Чтение онлайн

С нетерпением правитель поерзал на троне. Все это казалось смутно знакомым. Ох, боги…

Вознеся короткую молитву, которую он как-то выучил на досуге, герцог принялся следить за происходящим над головой его далекого предка. Иллюзия была настоящим шедевром. Намного лучше, чем предыдущая с драконом. Докирр расстарался, молодец. Герцог потрепал мага по плечу.

По дороге, уходящей в сторону раскинувшейся на горизонте громады Сторхейльма, шел человек. Один-одинешинек. Вокруг не наблюдалось ни одной живой души. Но на то была причина - конные разъезды городской стражи заблаговременно оцепили местность и перекрыли все дороги. Кроме одной, ведущей к самому городу. Фактически герцог вложил заботу о своей безопасности в руки бандитов. При этой мысли его пробрала дрожь.

Скопа шел в Сторхейльм. Где же ликантропы?

– Идет, сучий потрох, - послышался громогласный голос.

Герцогу чудом не заложило уши. Чертыхаясь, Докирр вскочил с кресла и убавил громкость.

– По-моему, они уже подключились, - сказал кто-то другой значительно тише. Но все равно голос этот мог принадлежать гиганту.

– Вот как? Мы на связи? Что ж…

Картинка резко сменилась. Теперь на площадь глядела великанская морда какого-то небритого мужика. От удивления фанаты Скопы даже не успели вспомнить оскорбления покруче, как физиономия резко затряслась. Затем небритый поднес проектор сначала к одному глазу, потом к другому.

– Ладно, если вы нас слышите, то идите-ка все…

Картинка вновь потеряла устойчивость. Замелькали разбойничьи лица. Потом вновь появилась дорога, по которой киллер успел отойти на изрядное расстояние. Чего они там копаются?
– возмутился герцог.

– Его Светлость герцог, дамы и господа, я рад приветствовать вас на нашем шоу, - послышался из-за края видимости чей-то приятный голос.
– Сегодня мы продемонстрируем вам чудеса храбрости и боевого искусства, а также то, какими опасными бывают вампиры и некоторые другие порождения ночи…

– Хватит трепаться. По коням.

С этими словами проектор вновь перешел в другие руки. Уровень земли приподнялся, а затем показалась конская шея и голова. Лошадь прядала ушами. Между их острыми концами на дороге виднелась маленькая черная фигурка.

– Стойте!
– послышался другой голос. Женский. Совсем девичий.

– Что за черт…

… - сказал Хёд.

И для порядка направил проектор на пришельцев, чтобы те, в городе, знали - с их стороны все чисто.

У подножия холма, перед сидящей в седлах бандой стояли пятеро девчонок. Запыхавшиеся, с лицами, измазанными белой пудрой. Пот, стекающий с бровей, прочертил в ней ровные дорожки. У каждой кожа вокруг рта была измазана помадой, символически изображающей кровь.

– Девоньки, - удивленно потянул Бальдр.
– Что это с вами такое?

– Это с вами что такое, - ворчливо ответила старшенькая, лет семнадцати от роду.

– А что с нами?

– А вот поглядите, - продолжала девчонка.
– Здоровые, крепкие мужики, целая банда, а собрались на одного. Нехорошо!

– Ерунда, - добродушно отмахнулся ликантроп.
– Он ведь вампир, а таких всей деревней травят. Вот герцог нас и нанял.

– Понятно, что сам не пойдет, - огрызнулась грязнуля.
– А жаль. Раз Скопа по его душу идет, то и встретить его положено самому наместнику. В четном поединке, один на один…

Оборотни едва сдерживались, чтобы не расхохотаться в голос.

– Разве я сказала что-то смешное?
– подружки недоуменно переглянулись. И, заметив проектор, красивый хрустальный шарик: - Ой, а что это у вас, дядя, такое?

Хёд молчал. Но и не улыбался. Девчонка же все более менялась в лице, на огромных красивых глазах проступили слезы.

– Это та самая штука, с помощью которой дедушка-волшебник станет творить свои ил… иллюзии?

Хёд кивнул.

– Ой, мамочки… - девчонка разревелась.
– Это что ж теперь будет? Они же все слышали…

Подружки бросились ее утешать. Оборотни нетерпеливо поглядывали на Хёда. Вроде не за тем собрались, соплячек тут слушать…

– Посмотрите на него, - воскликнула вдруг горемычная, взмахнув рукой в сторону дороги.
– Он такой одинокий…

Ревели уже все.

Хёд развернул коня и махнул рукой в сторону дороги. Хватит сопли жевать.

Маленькая фигурка неуклонно приближалась. Разбойники неслись бешеным галопом, желая наверстать упущенное время, да и Скопу напугать. Кого-то городе, должно быть, здорово укачало.

Обернувшись, Скопа остановился и расставил ноги пошире. Расслабленные руки были опущены вдоль тела. Кавалькада из тринадцати огромных коней со здоровенными мужиками в седлах должна была просто раздавить, растоптать и разорвать на куски одинокого путника. Очевидно, взору вампира предстала жуткая картина. Бледные лица, распахнутые в злобном оскале рты, горящие жутким огнем глаза и взмыленные кони под ними. Стук копыт казался дробью сотни барабанов.

Однако вампир даже не пошевелился. Стоило разбойникам поравняться с ним, как он просто исчез. Никто не понял, что произошло, а он уже стоял позади, все так же спокойно разглядывая всадников. Что ж, ликантропов такими штучками не проведешь. Проскользнуть между лошадьми - не велика хитрость.

Разбойники спешились. В седле остался один лишь Рагнар, в руках удерживающий магический проектор. Он и сам понимал, что его участие в драке сыграет только на руку вампиру. Да и боязно маленько…

На лошадях ликантропы будут мешать друг другу, поскольку таким манером больше чем вдвоем к Скопе не подобраться. Вампир же явно был обучен манере боя с конным противником. Поэтому лучше действовать общим фронтом, как умеют лишь волки, окружая и разрывая на части.

Кстати, до захода солнца осталось совсем недолго.

– Готовься к смерти, сука, - сказал Бальдр.

Ощерившись мечами, оборотни растягивались в кольцо. Упырь не ответил, но полоса серой стали медленно покинула ножны. Скопа по-прежнему не сходил с места, даже не поворачивал головы. Именно этого момента и дожидались ликантропы, поскольку за спиной у киллера в любой момент находился кто-нибудь с клинком наготове. Вампир смотрел прямо перед собой, на проходящих мимо разбойников. Рагнар обратил внимание на его глаза. Абсолютно черные, они не выражали ничего, словно принадлежали мертвецу. Однако если тот глядел в вечность, то вампир жаждал жить. Крови, которая эту жизнь продлевает. Наверное, нелегко умирать тому, кто бессмертен…