Чтение онлайн

– И что дальше? – вздохнула Венгильда.

– Сложно что-либо утверждать с абсолютной вероятностью. Не стоит забывать, что эта связь обоюдная.

– Неужели и тебя тоже тянет… ко мне?

– Да. Как ни странно, но наши звери тоже привязались друг к другу.

– Но… но это ненормально!

– Что именно? – спросила я, подходя к ней вплотную. – То, чего я хочу, чтобы ты была рядом? Или то, что мне приятно ощущать твоего зверя или хочется запустить руку в твои волосы, улавливать на себе твой запах?

Говоря это, я видела, как в глазах, в эмоциях валькирии отражались мои слова, я видела, чуяла их отражение в ее мыслях. Она могла ничего и не говорить, но сказала:

– Неужели… у тебя так же?

– Так всегда и бывает. Мы ощущаем близость друг друга, нашу связь. И эта связь притягивает.

Говоря это, я погрузила пальцы в ее волосы. Они были такие шелковистые и мягкие. Венгильда на секунду замерла от моего прикосновения, потом расслабилась, подалась ко мне и положила голову на мое плечо. Осторожно, словно боялась, что я отпряну. Убедившись, что у меня подобного и в мыслях нет, она тихо проговорила:

– Но все это так… ярко. Что если я не смогу… сопротивляться? Не смогу держать себя в руках?

– Все это совершенно нормально, – поспешила я ее успокоить, по-прежнему перебирая ее волосы, – Можешь спросить у Ирук. И не нужно так сопротивляться. Во многом именно потому все, как ты говоришь, ярко.

– А что будет, если я поддамся, не буду сдерживаться?

– Ничего. Во всяком случае, ничего страшного. Вполне возможно ты обретешь покой, или просто воспримешь это как данность. Не волнуйся, ты справишься. В конце концов, это лишь отголоски моей связи с остальными Сейши-Кодар.

– Отголоски? – удивленно переспросила Венгильда. – Значит то, что ты испытываешь к ним, еще сильнее?

– О, да! Наша связь настолько тесна, что даже находясь здесь я могу со стопроцентной вероятностью сказать, где сейчас каждый из них, что делает и в каком настроении находится.

– Ужас! – выдохнула валькирия.

– Вовсе нет. Это стало привычкой. Обычно это просто как гул, который не замечаешь, пока на нем не сконцентрируешься. Это помогает нашей защите. Если вдруг связь обрывается или поступает тревожный сигнал – мы уже начеку. Конечно, степень контакта зависит от расстояния. Хотя некоторые моменты мы почувствуем всегда.

– Значит все имеет свою пользу?

– Именно так, – кивнула я, откидываясь на кровати.

– И все равно, это так… необычно, – вздохнула Венгильда, снова садясь на кровать.

– Это пока, – подала голос Ирук, пододвигаясь на кровати так, чтобы моя голова оказалась у нее на коленях. – Привыкнешь, и все будет казаться само собой разумеющимся и абсолютно естественным.

– Что тебе хочется сейчас? – спросила я.

– Свернуться на кровати рядом с тобой, – ответила Венгильда, потупившись.

– Так иди сюда, дорогая, – я похлопала по кровати рядом с собой.

Поколебавшись пару секунд, Венгильда приняла приглашение. Да, ей еще только предстоит научиться наслаждаться простыми короткими моментами жизни. Но у нас было достаточно времени, чтобы учиться и учить.

Так, шаг за шагом, Венгильда отходила от своей северной холодности, все больше вписываясь в мое окружение. Но впереди ее ждало суровое испытание.

Мы получали довольно скудные вести об отдаленном мире, они доходили до нас изрядно погуляв по свету, но, тем не менее. Однажды, спустя почти полвека с того времени, как Венгильда впервые вошла в Бубастис, до нас дошли и новости с севера. Новости о северных богах.

Говорили, что Один в ярости. Он обнаружил, что валькирии втайне от него якшались с Фенриром, волком – предвестником Рогнарека, и, что еще хуже, очень многие понесли от него детей. Разгневанный Один изгнал всех валькирий из Вальхаллы и отнял божественные силы. Теперь единственное, что они могут, так это обращаться в волков. Но кровь Фенрира все-таки возвышает его отпрысков над смертными.

Один пытался истребить щенков, но матери спрятали их по всем закоулкам страны. К тому же кровь Фенрира сделала их способными передавать свой дар через сильные раны. Если жертва выживала, то тоже становилась оборотнем.

Когда Венгильда узнала обо всем об этом – у нее был шок. Я всем сердцем ощущала ее боль. Она впервые обратилась напрямую к Баст, дабы та подтвердила или опровергла эти новости. Моя богиня подтвердила.

После этого Венгильда была сама не своя. Три недели она оплакивала своих сестер, никого не подпуская к себе. Лишь на исходе третьей недели она открыла мне дверь. Выглядела она ужасно для бессмертного существа. Под глазами темные круги, лицо осунувшееся, потухший взгляд.

Я сходу обняла ее и прижала к себе, успокаивая, утешая. Она обхватила меня, словно я была спасательным кругом. В принципе мы были почти ровесницами, но сейчас я ощущала себя намного старше. Я была опорой Венгильде, и не могла себе позволить быть хрупкой.

Когда Венгильда подняла на меня глаза, они походили на две чаши боли, но все-таки не было той безнадежности, что поразила меня вначале. Она сказала:

– Я бы хотела попрощаться сестрами.

– Конечно. Но как ты собираешься это сделать? И ведь они не умерли.

– Это вопрос времени. Они более не валькирии. Лишь девы, чей век быстротечен. И многие погибли в этой борьбе. Они все были воительницами, и достойны погребального костра.

– Что ж, думаю, это можно устроить, – ответила я, секунду поразмыслив.

– Спасибо. На самом деле этот костер будет и по мою душу тоже.

– В каком смысле? – тотчас насторожилась я.

– Мне больше нет возврата домой. Там меня не ждут и не потерпят. Если бы я не была здесь, то разделила бы участь сестер. Лишь то, что я здесь, не позволило Одину лишить меня силы, испортить свой же подарок, – грустно усмехнулась Венгильда.

– Может, Один еще одумается, – предположила я.

– Он отходчивый, но никогда не меняет своих решений, – ответила воительница. – И погребальный костер будет не только оплакивать моих сестер, но и меня. Он окончательно разорвет мою связь с Вальхаллой. Я никогда более не надену доспехов валькирии.