Чтение онлайн

— Я не смогу. Давай ты, — предложил Влад, протянув севру чешуйку.

— Осторожней! — шарахнулся он, чуть не оступившись с края лестницы.

— Нет? Так вот и не рассказывай мне тут. И вообще. Я придумал. Вы его отвлечете, а я прошмыгну.

— Хм. Уверен, что пока он будет нас доедать, тебе хватит времени?

— Да все будет нормально. Вы его только чуть-чуть задержите. А потом можете отпустить. Он же старый, пока ковыляет за мной я уже буду далеко.

— Стойте, а что вы собрались делать с этой штукой? — спохватилась Гарья.

— Понесу к Змею. Как Фродо с кольцом на гору Арарат или как ее там, — сам с собой нервно посмеялся Влад.

— Но как же…? Ты разве не хочешь занять место князя?

— Ага, а ты с ним рядом на трон сядешь, — глумливо поддержал ее мысль Север. — Какая разница, правильно? Зря, что ли, короновали?

Гарья его остроумие не оценила и со злости по привычке пихнула брата локтем от всей души. Север не успел даже схватиться за перила. Взмахнул руками и с грацией летучей мыши на каблуках прошел задом несколько ступеней, а с остальных повалился, распластавшись на полу лестничной площадки.

— Ты там нормально? — поинтересовался Влад, попутно бросив на Гарью осуждающий взгляд.

— Ага, — машинально простонал Север, садясь. — Ничего, к этому я давно привык....

Заметив что-то боковым зрением, он медленно повернул голову и скосил взгляд во мрак лестницы второго этажа. В тусклой багровой дымке были видны два красных глаза и седой горб холки. Север мгновенно развернулся и сделал выпад ногой в сторону оборотня. За нее волк и схватился, шустро потащив охотника вниз по ступеням. Татий поволок его к купели, зная, что Влад как миленький побежит за своим ненаглядным охотником и обменяет на него чешуйку. Черт с ним, с Чистым, сойдет и Змееград. Остаться без дара вообще — недопустимо.

— Пустите его! — попросил Влад, ковыляя следом.

Вцепившись в добычу, так отчаянно упирающуюся и хватающуюся за любой косяк, Татий только ухмыльнулся, оголив дальние желтые зубы. А потом вместо легких неловких шагов услышал тяжелый стук копыт. Оборотень выпустил из пасти ногу, вскинул голову и взвизгнул когда на него, перепрыгнув охотника, обрушился кентавр.

Досталось не только ему. Задним копытом Йур он случайно придавил Севру ногу.

— Давай! — крикнул Йур.

— "Север, с дороги!"

— Да как я тебе..., — он бросил попытки убрать лошадиную ногу со своей и просто откинулся на спину пропуская Влада.

Волчок с чешуйкой в зубах прыгнул прямо по его животу, потом через кентаврий зад и исчез во мраке лестницы.

Татий рычал, рвался и кусался, буквально прогрызая себе путь на свободу. Йур в ответ бил его кулаком по носу и по голове, но старому волку удалось вывернуться из-под него. Вывалившись на лестницу, оборотень, поджимая переднюю лапу, тут же развернулся, чтобы растерзать обидчика. Но передумал, видя, что кентавр, несмотря на укусы, встал, бьет копытом и пышет не меньшей яростью, чем он. Волк оскалился в широкой улыбке, тем самым обещая поквитаться позже, и отступил во тьму.

***

Пошел мокрый снег с дождем. Огонь на улицах и домах медленно и неохотно съеживался. Пересмешники, словно получив приглашение к столу, набросились на мертвые и спящие под действием сонных дротиков тела. Влад старался на них не смотреть.

—Их можно спасти. Иди к воде и прими мой дар. Никто больше не будет страдать,— нашептывал голос Владу в самое ухо, пытаясь сойти за его собственный.

Внушаемые мысли казались Владу привлекательными и разумными. Но он устал, физически и морально. Слишком много событий для него за день, за последние несколько недель. Слишком много последствий. Слишком много сил потрачено. И именно поэтому он не мог позволить себе все бросить. Дар Змея — опасная игрушка в неумелых руках и вечное яблоко раздора. Его нельзя оставлять.

Хотя Влад уже сомневался, что доберется до Змея. Тяжелая пластина мало того что оттягивала челюсть, так еще и цеплялась за ветер, норовя вывернуться и шлепнуть по голове, либо попасть под лапы. Мокрый снег крупными кусками лепил в морду, заставляя щуриться. Влад толком не видел, куда бежит и не помнил дороги. Животный инстинкт услужливо вел его к городским воротам той же улицей, по которой его вез сюда Ивар.

Пересмешники на пути почему-то разлетались вороньем, бросая добычу. Зато сзади послышался рык пополам с одышкой.

"Все-таки увязался", — огорченно подумал Влад, оглянувшись на хромающего седого оборотня. — "Прет как паровоз. А то старым прикидывался".

С последним усилием, волчок ускорился и оторвался от погони. Однако впереди ждала новая подстава — закрытые ворота и толпа Татьевых сторонников.

«Ну, все, пан или пропан» — невесело усмехнулся про себя Влад, и, сжав челюсти и мохнатые «булки», почесал прямо через толпу. Тролли, фавны и русалки двинулись на него, но так и не смогли бросить ни одну сеть. Остановленные неведомой силой, они обескураженно замерли и расступались перед волчком. Они не могли даже швырнуть в него сеть или камень. Их парализовало, как Влада тогда перед Лютомиром. Дело в чешуйке? Возможно, если Влад теперь частично ее владелец, то и Татия нечего было бояться.

Ворота снова были закрыты. Но они не должны были стать препятствием. В первый раз Влад через них уже убежал и вряд ли с того времени сильно растолстел. Но в тот раз у него не было при себе багажа. Проклятая кругляха не пропихивалась, какой стороной ее не прикладывай. Влад ощущал себя ребенком пытающимся просунуть фигурку со звездочкой в дырку для месяца. Теперь ясно, откуда взялось выражение «Ни в какие ворота не лезет». Оборотень перестал тыкаться наугад и осмотрел герсу. Семью клетками выше ряд между прутьями был больше. Влад полуобратился и полез на решетку.

Толпа нечисти воинственно оживилась, приветствуя старосту как последнего бегуна в марафоне.

Старый опоздал. Чешуйка уже провалилась, со стуком упав на мостовую по другую сторону ворот. Влад полез в эту же дырку, но не успел. Его схватили за хвост и грубо сдернули с ворот, отшвырнув в сторону, точно кота с занавесок.

Татий выплюнул клок черной шерсти и двинулся к Владу, замершему в ожидании. Верхняя губа волчка дрожала в неуверенном испуганном оскале. Рядом с трепещущим от страха сердцем едва теплилось несмелое рычание, больше похожее на храп хомячка.