Волчья кровь
Шрифт:
– К превеликому своему сожалению, не могу разделить вашу радость от встречи. Я привыкла к более галантному отношению, но коль уж так сложились обстоятельства…
– Охренеть! – договорить ей суженый не дал, зашелся смехом. – Дед, это ископаемое еще и высоким штилем изъясняться умеет!
Вопреки ожиданиям, благодетель заступаться за Ясю не спешил, сидел, скрестив руки на груди, наблюдал. Придется самой…
– Эй, кошка помоечная! – Тон суженого резко изменился, от недавнего ироничного благодушия не осталось и следа. – Морду тебе твои галантные кавалеры разукрасили?
Не то чтобы Ясю смутило подобное хамство, но все же стало как-то неприятно. Они еще даже не помолвлены, а этот козел уже смеет ее оскорблять. Бокал с шампанским пришелся как нельзя кстати, и рука, слава богу, не дрогнула.
– Меня зовут Ярослава, – отчеканила Яся, не без удовольствия рассматривая разводы от шампанского на рубахе суженого. Был, конечно, риск, что тот сорвется с катушек и одним фингалом на Ясином многострадальном лице станет больше, но за идею можно и пострадать.
Суженый действительно с катушек сорвался и даже дернулся в ее сторону, но под грозным взглядом деда медленно, с явной неохотой, опустился в кресло, схватил со стола салфетку, вытер лицо и только потом не сказал даже, а прорычал:
– Дед, ты это специально, да?
– Вадим, мы уже все обсудили. – Благодетель пригубил шампанское и одобрительно покачал головой: – Девочка всего лишь защищала свою честь.
– Девочка защищала свою честь? – шепотом повторил суженый. – Дед, ты сейчас о чем? Где девочка? Где честь? Да ты посмотри на нее! На ней же клейма ставить негде! И чешется все время, у нее блохи, наверное!
Пойманная с поличным, Яся, стыдливо улыбнувшись, расправила подол ненавистного платья. Да, она чешется, а как не чесаться, когда терпеть невмоготу?! Может, у нее аллергия какая?
– У Ярославы нет блох. – Благодетель перевел взгляд с Яси на внука. – Она прошла санобработку и полный медосмотр. У нее нет даже кариеса.
– А как насчет триппера? – Суженый поморщился так многозначительно, что Яся пожалела, что нет у нее под рукой больше шампанского. А может, его бутылкой по башке огреть? Бутылка – она даже понадежнее будет.
– Венерических заболеваний у Ярославы тоже нет, можешь не волноваться. – Благодетель, точно прочтя Ясины крамольные мысли, придвинул шампанское к себе.
– Спасибо, успокоил! – Вадим Закревский перехватил бутылку, плеснул себе в бокал, залпом выпил, придерживаясь за подлокотники кресла, встал. – Ну, предлагаю официальную часть считать завершенной. Увы, не могу сказать, что рад знакомству. – Он метнул в Ясю убийственный взгляд.
Будто она рада! Яся поежилась, едва удержалась, чтобы не почесать многострадальный бок. Ох, вляпалась…
– Сядь, – благодетель говорил тихо, но как-то очень весомо, так, что суженый не посмел спорить и с неохотой снова опустился в кресло.
– Было бы лучше, если б ты пришел на эту встречу с ясной головой. – Старик раздраженно поморщился. – Но коль закон для тебя не писан, слушай и запоминай. С этой секунды считай себя помолвленным, все предыдущие свои интрижки забудь.
– Интрижки?! – взвыл суженый.
Дед нетерпеливо взмахнул рукой, приказывая ему замолчать, и сказал с нажимом:
– Уже завтра в прессе появятся намеки на твою скорую женитьбу, Вениамин организует. Думаю, Ярославу пока широкой публике демонстрировать не стоит. Придумаем ей подходящую родословную, сочиним какую-нибудь захватывающую историю вашего знакомства, поднатаскаем девочку в вопросах этикета.
– Дед, ты в своем уме? – Вадим полным страдания жестом сжал виски. – Разве можно ЭТО поднатаскать?! Какая, на хрен, родословная, какой этикет?! У нее же на лбу написано: «Кошка драная, помоечная!»
– Сам козел, – буркнула Яся и отвернулась. Намного приятнее разглядывать пляску огня в камине, чем любоваться побагровевшей рожей суженого.
– У большинства твоих подружек на лбу написано то же самое. – Благодетель либо не расслышал Ясино шипение, либо намеренно его проигнорировал. – Но это не мешает им считать себя светскими львицами. Не вижу большой разницы: кошка, львица… Главное, что к моменту вашего отъезда девочка будет полностью соответствовать статусу твоей невесты.
– А про какой это ты сейчас отъезд? – озвучил суженый невысказанный Ясин вопрос.
– Через две недели мы уезжаем в Карпаты, в Рудый замок.
– Рудый замок?! – В глазах суженого мелькнул и тут же погас огонь. – Дед, Рудый замок – это никому не нужные старые развалины, если ты забыл.
– Уже нет, – благодетель растянул губы в улыбке. – Рудый замок отреставрирован и ждет своих хозяев. Кстати, хочу сказать, ваша свадьба и медовый месяц пройдут там же.
Медовый месяц… Яся передернула плечами. Мало того, что ей вообще грозит это безобразие под названием «медовый месяц», так ведь и случится оно не на Бали или, на худой конец, Канарах, а в какой-то богом забытой карпатской глуши.
– Когда ты только успел? – Похоже, суженого волновали совсем другие вопросы, впервые в его голосе послышался искренний интерес.
– Реставрационные работы начались два года назад. – Старик продолжал улыбаться. – Замок полностью восстановлен, территория вокруг него окультурена, вассалы пребывают в нетерпении.
Он так и сказал – «вассалы», без иронии, без улыбки, точно и в самом деле считал местное население своими верноподданными! Вот в какую чумовую семейку ей скоро предстоит войти на правах невестки и жены. Впрочем, о каких она правах?! Да у нее прав не больше, чем у тех несчастных вассалов, которые пребывают в нетерпении в карпатской глубинке.
– Теперь я могу идти? – Ясины раздумья нарушил голос суженого.
– Можешь, – старик кивнул. – Только проводи свою невесту до ее комнаты.
По тому, как суженый изменился в лице, стало совершенно ясно, что он бы с гораздо большей охотой Ясю придушил.
– Где ты это поселил? – процедил он сквозь стиснутые зубы.
– В шахматной комнате.
Яся так и не поняла, что произошло, отчего атмосфера, и без того напряженная, накалилась до предела, отчего суженый смахнул вдруг бутылку со стола и едва не опрокинул сам стол.