Чтение онлайн

Дверь комнаты открылась и закрылась. Ди раздул ноздри и почувствовал слабый запах ползучего гада.

— Добрый вечер, Никколо, — не оборачиваясь, поздоровался Ди.

— Добро пожаловать в Париж, — заговорил Макиавелли на латыни с итальянским акцентом. — Полагаю, перелет был спокойным и комнатой ты доволен?

Макиавелли распорядился, чтобы Ди встретили в аэропорту и в сопровождении полицейского эскорта отвезли в его особняк у площади Канады.

— Где они? — грубо спросил Ди, игнорируя вопросы хозяина и сразу утверждая свой авторитет.

Может быть, он и младше итальянца, но здесь он главный.

Макиавелли вышел из комнаты на балкон и встал рядом. Чтобы не помять костюм о перила, он убрал руки за спину. Высокий, элегантный, гладко выбритый итальянец с коротко остриженными белокурыми волосами был совсем не похож на низенького мужчину с острыми чертами лица, козлиной бородкой и стянутыми в хвостик седыми волосами.

— Они все еще в доме Сен-Жермена. Недавно туда явился Фламель.

Доктор Ди покосился на Макиавелли.

— Удивлен, что ты удержался от соблазна схватить их, — ехидно проговорил он.

Макиавелли бросил взгляд на город, которым правил, и спокойно ответил:

— О, я подумал, что лучше оставить это право тебе.

— Точнее, тебе приказали оставить это право мне, — огрызнулся Ди.

Макиавелли промолчал.

— Дом Сен-Жермена полностью окружен?

— Полностью.

— И в доме только пять человек? Ни слуг, ни охраны?

— Алхимик и Сен-Жермен, близнецы и Тень.

— Со Скатой много хлопот, — проворчал Ди.

— Возможно, у меня есть решение, — предложил Макиавелли.

Он подождал, пока волшебник не посмотрит на него. В его серых, как камень, глазах отразился свет уличных фонарей.

— Я послал за дизирами, заклятыми врагами Скаты. Три из них только что прибыли.

Ди позволил себе улыбнуться. Потом отошел от Макиавелли и слегка поклонился.

— Валькирии? Поистине удачный выбор.

— Мы же на одной стороне, — поклонился в ответ Макиавелли. — Служим одним хозяевам.

Волшебник хотел уже вернуться в комнату, но, услышав эти слова, обернулся к Макиавелли. На секунду в воздухе едва ощутимо запахло тухлыми яйцами.

— Ты даже не представляешь, кому я служу, — сказал он.

Дагон отворил высокие двойные двери и отступил назад. Никколо Макиавелли и доктор Джон Ди прошли в богато украшенную библиотеку, чтобы поприветствовать гостей.

В комнате находились три женщины.

На первый взгляд они были так похожи, что могли бы оказаться тройняшками. Высокие и худые, с белокурыми волосами до плеч, одетые одинаково в черные майки под кожаными куртками и голубые джинсы, заправленные в сапоги до колен. Их лица состояли как будто из одних углов: острые скулы, глубоко посаженные глаза, выдающиеся подбородки. Только по глазам можно было различить, кто есть кто. Глаза были разных оттенков синего цвета, от светлого сапфирового до темного, почти фиолетового индиго. Все три выглядели лет на шестнадцать-семнадцать, но на самом деле они были старше большинства цивилизаций.

Это были дизиры.

Макиавелли вышел на середину комнаты и посмотрел по очереди на каждую женщину, пытаясь различить их. Одна сидела у рояля, другая развалилась на кушетке, а третья прислонилась к окну и смотрела на город, держа в руках нераскрытую книгу. Когда он подошел поближе, все три повернули к нему головы, и он заметил, что цвет их глаз совпадает с цветом лака на ногтях.

— Спасибо, что пришли, — заговорил он по-латыни.

Латинский, как и греческий, относился к тем немногим языкам, которые были доступны старейшинам.

Женщины продолжали молча смотреть на него.

Неожиданно в комнату вошел Дагон и затворил за собой дверь. Он снял темные очки, открыв выпуклые глаза, и негромко заговорил на языке, воспроизвести который не под силу речевому аппарату человека.

Женщины его проигнорировали.

Доктор Джон Ди издал театральный вздох. Он уселся в кожаное кресло с высокой спинкой и с хрустом сцепил маленькие ладони.

— Довольно ерунды, — заговорил он по-английски. — Вы здесь из-за Скаты. Так она нужна вам или нет?

Женщина, сидевшая за роялем, уставилась на волшебника. Если он и заметил, что ее голова повернута под невообразимым углом, то не подал виду.

— Где она? — спросила женщина на безупречном английском.

— Совсем рядом, — ответил Макиавелли и медленно двинулся по комнате.

Три женщины переключили внимание на него и снова завертели головами, точно совы, выслеживающие мышь.

— Что она делает?

— Охраняет алхимика Фламеля, Сен-Жермена и двух людей, — сообщил Макиавелли. — Нам нужны только люди и Фламель. Ската ваша. — Он помолчал и добавил: — Сен-Жермена можете тоже забрать, если хотите. Он нам не нужен.

— Тень. Нам нужна только Тень, — ответила женщина за роялем.

Ее пальцы, накрашенные лаком цвета индиго, забегали по клавишам, и зазвучала приятная мелодия.

Макиавелли отошел к столу у стены и налил себе кофе из высокого серебряного кофейника. Он вопросительно посмотрел на Ди, подняв кофейник. Волшебник отрицательно покачал головой.

— Вы должны знать, что Ската по-прежнему очень сильна, — продолжил Макиавелли, обращаясь к женщине за роялем. Зрачки ее глаз были узкими и располагались горизонтально. — Вчера утром она вывела из строя отряд лучших полицейских.

— Люди, — пренебрежительно бросила дизира. — Ни один человек не может победить Тень.

— Но мы не люди, — подхватила женщина у окна.

— Мы дизиры, — закончила женщина на кушетке. — Мы щитоносицы, избранницы мертвых, воительницы…

— Да, да, да, — нетерпеливо прервал ее Ди. — Мы знаем, кто вы. Вы — валькирии. Вероятно, величайшие воины, каких видел свет. Во всяком случае, так утверждают ваши пиарщики. Мы хотим знать, можете ли вы противостоять Тени.