Чтение онлайн

«Вот моё лекарство, — подумала Настя, — лекарство во мне. Надо лишь помнить об этом…»

* * *

Знакомство с домочадцами Саши прошло бурно и весело. Видимо, не так часто он бывает дома, и каждый его приезд — это праздник для семьи. Был поздний завтрак с шутками и пирогами, случилась поездка на какое-то озеро с совершенно прозрачной водой и песчаным дном.

Насте не давали скучать: то что-то рассказывали, то куда-то звали, то заставляли мыть-резать огурцы-помидоры, то её, задумавшуюся, мальчишки облили озёрной водой. Пришлось сушить одежду, расстелив её на автомобиле. А озорники — Васька и Виталька — отсидев ровно полчаса наказания в том же автомобиле, утянули её играть с мячом…

А после поездки она, уставшая и с массой впечатлений, уснула, так и не успев покопаться в перипетиях своей судьбы.

В семью Саши Настя вжилась легко и непринуждённо. Его жена, Елена, была удивительно спокойной и доброй женщиной. Но и строгой, особенно по отношению к детям. Её слушались почти беспрекословно, хотя и проказничали немало. Отстоят по требованию мамы каждый в своём именном углу и опять сотворят что-нибудь придуманное за время затишья.

Саша не знал, надолго ли гостья останется в их доме. Как он сказал, необходимо тщательно продумать её дальнейший жизненный путь. Предстоят роды, а значит, и походы по врачам. Но тогда она попадёт в базу беременных, а затем и в базу детской поликлиники. И рано или поздно её найдут.

Настя настояла на помощи по дому. Научилась пеленать и переодевать маленького Гришу, менять подгузники — памперсами Елена пользовалась только в поликлинике — стирать и гладить детское бельё. А ещё по просьбе Саши занималась со старшими сыновьями английским языком, предварительно изучив в интернете рекомендации по детскому обучению. Она старалась не сидеть без дела, чтобы как можно реже думать о Стасе. Почти любое воспоминание о нём будило заглушаемые любовь и боль.

Хотя было и то, что привносило в её душу равновесие и нежность… Ведь именно Стас «вложил» неё частичку счастья. И эта частичка росла и всё чаще занимала её мысли, отодвигая с переднего края своего отца.

Саша то появлялся дома, то исчезал. Иногда исчезал на пару дней, иногда на пару недель. Его жена относилась к таким отъездам спокойно. Во всяком случае, внешне. Но, как она призналась Насте, не имела представления, где работал её муж. То ли в какой-то охранной службе, то ли у бандитов, то ли на государство. Не раз возвращался с очередным шрамом после лечения непонятно где. И в доме находились два помещения, в которые она не имела права входить, хоть и была его женой. Одно из помещений — кабинет, куда её приглашали только прибраться в его присутствии. Другое — без окон — всегда было закрыто. Даже если Саша внутри.

На третьем месяце беременности Насти, Саша пригласил её в кабинет, почти ничем не отличавшийся от современных кабинетов руководителей. Разве было побольше компьютерной техники на столе: вплоть до трёх мониторов и четырёх разношёрстных закрытых ноутбуков, лежащих стопкой на его углу. А ещё стоял большой сейф, из которого он достал папку, предварительно посадив Настю в кресло у журнального столика.

— Здесь твои новые документы, — Саша положил папку на стол. — Теперь можно встать на учёт по беременности. Жить будешь с нами. Когда возникнет необходимость, уедешь в любой город страны. Ни Стас, ни его отец с Куртом не смогут тебя найти… если ты сама этого не захочешь.

— А… — Настя чуть замялась, — они… новые документы не фальшивые?

— Ну… не обижай меня. Мы вышли на нужных людей и оформили их по программе защиты свидетелей.

— Спасибо. Но… но ты обещал рассказать, почему помогаешь мне. Кажется, пришло этому время.

— Согласен, — кивнул он, — подожди немного.

Саша встал, открыл дверь и, шагнув к лестнице, позвал жену. Она откликнулась быстро.

— Ленок, пришли мне с Васькой коричневый фотоальбом.

Васька, естественно, прибежал не один, а на пару с братом. И как не рвались они в кабинет, но были остановлены отцом на пороге и отправлены к матери.

Саша немного полистал альбом и вынул две фотографии. Сел в кресло напротив и протянул одну из них Насте.

— Узнаёшь?

— Да, конечно. Это моя мама. А кто этот мужчина?

С фотографии ей улыбались два человека: ещё совсем молодая мама — почти такой же её запомнила Настя — вторым был широкоплечий мужчина, державший на руках розовый конверт с младенцем.

— Но как? — задохнулась Настя, — у меня есть… была… есть сестра?

— Нет. Это ты. Переверни фото, там указана дата.

Настя посмотрела оборотную сторону и побледнела.

— Ничего не понимаю… Это мой отец? Но этого не может быть…

— Теперь посмотри вторую фотографию.

Настя схватила её и с жадностью впилась взглядом в изображение. Там был тот же мужчина, но с другой женщиной. На его правой руке лежал голубой свёрток с младенцем, а другой рукой он обнимал ту женщину. Посмотрела дату на обороте. Год и месяц совпали с первым фото. Она подняла недоумевающий взгляд на Сашу.

— Немного терпения, Настя. Сейчас ты всё узнаешь. Когда Стас заинтересовался тобой вплотную, то велел Максу прощупать вашу семью до седьмого колена их службой безопасности. Отцовскую он задействовать не мог. И Макс узнал, что ты его сестра по отцу.

— Макс — мой брат?!

— Да. Это он в голубом конверте. Марков был женат на твоей матери, а любил мать Макса. Вы родились с разницей в две недели в одном и том же родильном доме. Почти сразу после гибели отца твоя мать вышла замуж за Лазарева. Он удочерил тебя. Растил с двухгодовалого возраста. И, насколько знаю, впоследствии очень ответственно относился к обещанию, данному жене: вырастить тебя и выучить.

Настя резко выдохнула и, встав с кресла, отошла к окну.

— И всё-таки предал…

— В нашей конторе быстро засекли, что Марковым кто-то заинтересовался, — продолжил рассказ Саша, не отреагировав на реплику Насти. — Вышли на Макса, встретились, поговорили. Выяснили, что он серьёзно зависел от Стаса Ларского. Кто именно и с какой целью его подставил, не знаем, но Макс оказался на грани уголовного дела. Стас его прикрывал, а тот старался вести себя тихо и ждал окончания срока уголовной ответственности. Макс согласился быть нашим осведомителем по делам семьи Ларских. Куратором был назначен я. Поэтому он и обратился ко мне за помощью, когда понял, что не сможет оградить тебя от поползновений Стаса. Открыто Макс не мог выступить в твою защиту, он был нужен нам, да и Стас мог сдать его правоохранительным органам. А лишние тёрки с МВД нашей конторе не нужны.