Вопросы
Шрифт:
– Где Таня? – спросил Рига сурово.
– Не знаю, – покачал головой Руст. – Я не нашел ее.
– И никто ее не видел? Нигде? Ни в одной точке?
– Нет.
Теперь и Рига смотрел в глаза Русту очень пристально. Даже Дим почувствовал себя неуютно. Глаза Руста совсем не умели врать.
– Ты хочешь сказать, что… не нашел ни одного следа? – нажал Рига.
– Не нашел, – сказал Руст хмуро.
– Придется начать поиски заново, – вмешался Дим, пытаясь нейтрализовать нарастающее напряжение.
– Подожди! – Рига подошел к Русту вплотную. – Ты мне хочешь сказать, что вернулся ни с чем? Отлично… Другой попытки у тебя не будет. Я предупреждал тебя: вернешься без Тани – тебе не жить. Ты это помнишь?
– Помню, – ответил Руст равнодушно.
– Значит, ты не очень стараешься выжить. А мы здесь – без тебя – очень старались: мы разбирались со Смолом, мы воевали, мы хоронили наших ребят…
– Как обычно, – заметил Руст.
– Да, это наша обычная жизнь. Обычная жизнь сети. Знаю, что она всегда тебя не устраивала, и могу утешить – ее для тебя скоро не будет.
Рига достал из кобуры пистолет, с которым никогда не расставался, и направил его на Руста. Тот дернул массивными плечами.
– Делай, что хочешь.
Рига взвел курок.
– Последний твой шанс, парень: где она?
– Я не знаю.
Дим, некоторое время наблюдавший молча, вдруг понял, что Рига, действительно, выстрелит. Уже только потому, что не отступит от своих слов.
– Рига, прекрати! – вмешался Дим. – Парень не виноват, что не нашел ее. Начнем все заново.
– Что?! Ты разве не видишь, что он врет? Я уверен, что он виделся с ней и теперь так благородно жертвует своей жизнью ради ее спасения. Ты думаешь, это такая игра, Руст? В рыцарей и прекрасных дам? Думаешь, я играю с тобой? – Рига усмехнулся, губы дрогнули. – Так вот… сейчас твои мозги растекутся по этой стене – и красивого в этом ничего не будет, говорю тебе прямо.
Руст снова пожал плечами.
– Мне все равно.
– А ведь это ничем ей не поможет. Я найду ее и верну в «Фортуну»! Пусть поплачет потом на твоей могиле.
Руст спокойно стоял под дулом пистолета. Не пытался даже ударить Ригу или выбить ствол: видно, уже приходилось сталкиваться с ним в рукопашной. Он просто ждал, когда Рига выполнит свою угрозу.
– Последний вопрос, – Рига подвел черту. – Где Таня?
– Я не знаю, – покачал головой Руст.
Рига уже не пытался выровнять дыхание. Злая досада застлала все перед глазами.
– Ну, прощай. Ты плохо справлялся со своей работой, хоть и был «хорошим парнем». Сети не нужны «хорошие парни». Нужны, наоборот, чуть похуже…
Это была уже эпитафия. Рига больше не раздумывал и не колебался.
Дверь вдруг открылась, и в комнату вошла Таня. Рига мгновенно спрятал оружие. Руст, стоя спиной к двери, не мог понять внезапной перемены его намерений.
И Дим увидел, что Таня – не прежняя. Так отрешенно человек может ступать только по битым стеклам.
Руст оглянулся и замер, словно окаменел. Лицо исказилось гримасой отчаяния.
Рига шагнул ей навстречу.
– Таня!
– Я вернулась, – сказала она просто. – У бабушки гостила. А вы здесь… что решаете?
И только теперь взглянула на Дима, замершего у стены.
– Да вот… Дима встречаем! – нашелся Рига. – Вернулся наш Маугли!
– Я знала, что ты вернешься, – сказала ему одному и усмехнулась. – Я словно попала в музей восковых фигур. Все такие знакомые… и такие мертвые… И никто не может никуда уйти.
– Сегодня я здесь … самый живой! – насилу улыбнулся Руст.
Она кивнула, поняла, что успела. Подошла и обняла Ригу.
– Я очень соскучилась по тебе. Отпусти всех, давай поговорим спокойно.
Было бы лето – было бы легче. Были бы гости и это… отвлекало бы. Но март тянулся в бесконечность – они жили в «Фортуне» втроем. Может, раньше кто-то из них видел бы в этом идиллию. Но сейчас Таню не покидало чувство, что уже никто из них не властен над собственной жизнью.
– Ты болела? – спросил потом Рига.
– Да. Даже умерла. Но потом меня оживили. Один доктор…
– Денег ему дать?
– Не надо. В провинции люди привыкли работать ради чистой совести.
Ответ Ригу успокоил.
– Я не могу с тобой сексом заниматься, – добавила Таня.
– Ничего. Все, как всегда.
И по его лицу Таня не могла понять, рад ли он ее возвращению. Наконец, он обнял ее, прижал к себе и поцеловал в щеку холодными губами.
– Рига? – Таня снова заглянула ему в лицо. – Что происходит? Что здесь делает Дим?
– Дим… вернулся. Просто вернулся. Да он и не уезжал, если по правде.
– И что будет дальше?
– Будет семейный бизнес: я, ты и Дим.
– Только не я, – Таня покачала головой.
Каждый вечер они ужинали вместе. Со стороны это выглядело странно. Между ними стеной стояла пустота, не давая вести даже самые обычные разговоры. И оттого, что никто никого больше не ревновал, не подозревал ни в чем и не мучил расспросами, и Дим, и Рига все больше казались Тане призраками тех, кого она давно знала и за кого – до такой степени – болело ее сердце.
Потом – впервые за долгое время – она осталась с Димом наедине. Хотелось узнать о его жизни в Австралии, но он отвечал односложно. Только глядел на нее огромными синими глазами. И она с каждой секундой убеждалась в том, что перед ней уже не Дим, а тень из ее сбывшихся и закончившихся снов.
– Там… я очень дергался поначалу. Сходил с ума, пытался переломить свою жизнь, а потом набрел на привычную тропу: казино, выпивка, проститутки, сеть… Сеть везде, Таня. Есть люди, которые не различают какой-то оттенок, или не воспринимают какой-то звук. А я различаю и воспринимаю только сеть. Я на нее настроен.