Чтение онлайн

— На колени! — рявкнул один из надзирателей, и пленники тут же подчинились. Некоторые для верности распластывались по полу, видимо, показывая, насколько они хорошие рабы. Риссу передернуло от омерзения, но она послушно бухнулась на колени вслед за остальными: ей и так проблем хватало, нечего на ровном месте новые создавать.

Ситх окинул их презрительным взглядом. Почему-то Риссу он разглядывал дольше других, и она невольно согнула спину еще ниже: на плечи словно навалили тяжеленный груз. Дыхание в груди перехватило. Рядом напряженно сопел Вильк. Рисса скосила на него глаза и украдкой коснулась его пальцев своими, но он даже не глянул на нее в ответ: весь дрожа, упорно пялился в пол.

— Выведите их, — холодно приказал ситх. — Хочу посмотреть, насколько они безнадежны.

Рисса ожидала, что сейчас их всех погонят из камеры, как скотину на убой, но команды на выход не последовало. Наоборот, надсмотрщики сами вошли внутрь. За ними серой крысой в белом халате просочился врач.

— Берите этого, — сказал он и указал на худосочного парня лет восемнадцати. Парень смертельно побледнел и едва не грохнулся в обморок, когда его неласково схватили под локоть и вытолкнули из камеры. — Еще третьего слева мальчишку и обеих девочек.

Рисса и пикнуть не успела, как ее сгребли за шиворот и вздернули на ноги. Рядом взвизгнула маленькая девочка.

— На выход, — скучающим голосом велел надсмотрщик. — На милорда глаз не поднимать и молчать, пока не спросят, если не хотите неприятностей.

Рисса нестерпимо захотела огрызнуться, но сдержалась: склонила голову и послушно поплелась к выходу. Хочешь жить — умей вовремя заткнуться. Это правило Рисса хорошо усвоила.

Их вчетвером выстроили в реденькую шеренгу перед ситхом. Рисса некстати отметила, что у него крутой пирсинг на лице: массивное золотое украшение на тонкой переносице и по ряду колец на бровях. Если кто-нибудь сможет грохнуть его в темном переулке и срезать все это золото, то здорово разбогатеет. Ситх лениво прошелся вдоль пленников, разглядывая их со скучающим интересом, как богач — не слишком роскошный товар.

Внезапно он схватил старшего парня за подбородок. Тот побледнел еще сильнее и наверняка упал бы, если бы надсмотрщик не удержал его за предплечье.

— Слабак, — заключил ситх, немного посмотрев парню в глаза. Он так брезгливо отнял пальцы от его лица, что Рисса почти ожидала, что сейчас ситх протрет их платочком. — Раб не только по крови, но и в душе. Если бы не закон, я не стал бы осквернять священную землю Коррибана такой грязью.

Он двинулся дальше. Мальчик-подросток, который был "третьим слева", удостоился неопределенного хмыканья и загадочного вердикта: "Из этого может выйти толк… Заслуживает шанса". Маленькую девочку, тихонько всхлипывающую и размазывающую слезы по лицу трясущейся ладошкой, ситх даже ободряюще потрепал по плечу. Рисса чуть не поперхнулась, услышав:

— Эта слишком маленькая. Распорядитесь, чтобы ее определили в приют на Дромунд-Каасе на ближайшие два года.

"Что он собирается с нами сделать?" — Рисса впилась ногтями в ладони, чтобы не одуреть от страха. Хуже неминуемого рабства была только жуткая неопределенность. Когда очередь дошла до нее, и ситх коснулся ее лица, Рисса инстинктивно мотнула головой и отстранилась. В груди поднималась волна злости, заглушившая и страх, и голос разума.

"Я тебе не скотина на рынке, тварь красномордая!"

Ситх удивленно хмыкнул. Его тонкие губы растянулись в ухмылке, обнажив заостренные зубы.

— А вот это уже интересно. Хорошая концентрация мидихлориан в крови, взгляд и повадки уличного волчонка… Ты можешь далеко пойти, девочка. — Он улыбнулся еще шире. — Если твоя наглость не погубит тебя раньше.

Он отвернулся от Риссы и обратился к надсмотрщикам:

— С этих троих — снять ошейники и подготовить к транспортировке на Коррибан. Насчет младшей распорядитесь отдельно. С остальными поступите согласно установленному порядку.

— Да, милорд. — Старший из надсмотрщиков уважительно поклонился. — Вы четверо, следуйте за мной.

Стоявшие впереди Риссы ребята потянулись к выходу — растерянные, напуганные, ничего не понимающие. Рисса и сама чувствовала себя так, словно ее тюкнули чем-то тяжелым по голове и для верности опоили спайсовой настойкой. Что это сейчас было? Почему их собираются освободить? Что за "священные земли Коррибана", будь они неладны, и что такое мидихлорианы?

Рисса бросила взгляд на камеру. Вильк и Деввен смотрели на нее во все глаза и молчали. Она сама не знала, чего ждала от них. Что они бросятся к ней? Позовут по имени, будут кричать вслед сентиментальные глупости вроде: "Держись, мы найдем и вытащим тебя!"? А может, она сама должна была пообещать им, что вернется?

— Что застыла? — окликнул ее надсмотрщик. — Хочешь остаться здесь?

Вздрогнув, Рисса отвернулась от друзей. Буркнула угрюмо:

— Нет. Не хочу.

И она поспешила к выходу из тюремного блока. Никто так и не позвал ее, а она не пообещала вернуться.

Даже из иллюминатора орбитальной станции Коррибан выглядел жутко неприветливо. По картинкам из учебников, которые Рисса года два назад штудировала более-менее регулярно, складывалось впечатление, что все пригодные для жизни планеты похожи друг на друга: синие океаны, зеленые материки с бурыми проплешинами гор и пустынь да редкие вкрапления вечных льдов. Коррибан эти наивные представления безжалостно ломал. Рисса, как ни вглядывалась, не заметила ни вкраплений зелени, ни хоть самого завалящего моря — что уж об океанах говорить. Зато нашлась целая цепь до того здоровенных вулканов, что их было видно невооруженным глазом даже с такого расстояния. Рванет хоть один такой — и все, трындец всему живому на сотни километров окрест. Впрочем, Рисса слабо представляла себе, как кто-то вообще может жить на планете, где вида природных зон имелось, похоже, ровно два: пустыни равнинные и пустыни горные.

Не было на Коррибане и больших городов, заметных из космоса. Если бы на орбите не висел целый флот, от размеров которого Ремис — пацан, которого забрали из талармской тюрьмы вместе с Риссой, — пришел в пищащий восторг, можно было бы подумать, будто в этом пыльном шарике нет вообще ничего интересного.

— Жесть. Это что, мы вот тут будем жить? — Рисса поежилась. Она понятия не имела, что ждет их на Коррибане, но он ей уже не нравился. Она почти готова была полюбить эту орбитальную станцию: здесь, по крайней мере, было чисто и прохладно. — Так себе у ситхов священное место.

Ремис так вытаращил на нее глаза, будто Рисса во весь голос пообещала разнести эту их Академию по священному камушку.

— Тихо ты! — шикнул он, больно впиваясь пальцами в ее предплечье. — Еще услышат!

— Да и хрен с ними. — Рисса презрительно фыркнула и гордо задрала подбородок, но голос все-таки понизила. Какой-то ее части даже хотелось нарваться на неприятности: за те два дня, что их везли от Талармы до Коррибана, злости в ней накопилось столько, что через край перехлестывало. Но инстинкт самосохранения пока брал верх. — Знаешь что-нибудь про эту дыру?