Чтение онлайн

Владислав не ожидал такого моментального перехода у сути проблемы, поэтому немного смутился

— Я же в прошлый раз предупреждал… — начал было он нагнетать обстановку, так как не придумал иного способа потянуть время, чтобы сориентироваться.

— Владислав Владимирович, — мой голос звучал укоризненно, — Мне самому не нравится ситуация. Больше того, прошу найти решение этого вопроса. Дело здесь не во мне, а в ней. Как Вы собираетесь решить проблему это касается только Вас обоих.

— И какие у Вас предложения? — собираясь сюда он готовился отчитать мальца и еще раз пригрозить. Встречной взбучки он никак не ожидал и растерялся.

— Я же говорю, что я здесь посторонняя, можно сказать пострадавшая сторона. Скажу Вам откровенно, только не смейтесь, пожалуйста! Я ее опасаюсь. Только Вы сами сможете найти подход к ней. Но точно скажу, бегать за ней Вам точно не следует, мне кажется это наоборот, сильно Вам навредит.

— Это как, — старшеклассник забыл, что беседует с малолетним школьником и вел разговор на равных.

Вообще парень отличный. Очень выдержанный, есть в нем настоящий мужской характер и внутреннее благородство. Почему бы и не помочь хорошему человеку. Свахой, конечно мне еще не доводилось бывать, но буду обогащать свой жизненный опыт. Надо красиво избавиться от опасной княжны.

— Я ничего не могу Вам советовать, но расскажу Вам забавную притчу.

Не знаю, существует ли у аборигенов старый земной анекдот про двух быков, но совет старого быка спуститься с холма медленно и неторопливо вызвал у Дюдичева вначале всхлипывание, а потом он уже ничуть не стесняясь вовсю хохотал, совсем не по аристократически держась за живот и похлопывая меня по плечу.

— Все, Адам, я тебя понял! Позже свяжемся. Если, что, обращайся… Надо же: все стадо, — с этими словами он пошел к лестнице, изредка вздрагивая плечами.

Все это время мои сопровождающие наблюдали за нами. Простолюдины с тревогой. Японка с кавказской княжной с любопытством, Юсупова с подозрительностью и немного с обидой.

Прозвенел звонок и мы, отбросив все напускную степенность как все нормальные школьники бросились в класс. Михаил Уланович за время моего отсутствия навел здесь казарменный порядок, поэтому давать ему повод для репрессий не стоило.

К счастью его самого еще не было и мы успели занять свои месте до того как он вошел в класс.

Едва войдя в класс, математик уставился на первую парту, туда, где должен был сидеть я. Увидев вместо мальчика девочку азиатской наружности слегка озадаченно обвел класс взглядом и увидел меня.

Тоташов, к доске! — похоже сейчас мне предстоит пройти экзамен на звание любимчика по предмету. Это всегда очень тяжело, но любимчикам сходят с рук многие прегрешения, самые легкие из которых невыполненное домашнее задание. Даже оценки в контрольных работах часто завышаются. Так что есть свои плюсы в этом звании. Из минусов разве, что время на подготовку к олимпиадах. Но мне-то как раз и нет нужды в дополнительных занятиях.

— Держи Таташов! — вручает мне в руки стопку их трех распечатанных листов, — Решай.

Разглядываю листы. Задачи олимпиадного типа, вплоть до девятого класса. Алгебра и геометрия.

Достаю из кармана ручку, вписываю готовые ответы и отдаю учителю, а сам иду к доске и начинаю рисовать на доске условие геометрической задачи, на котором требуется не численный ответ, а чертеж.

— Тоташов, начинай с первой задачи и забери условия, — Михаил Уланович машет листами, — Что ты здесь понаписал?

Всматривается в листы. Часто слышал поговорку «глаза полезли на лоб», этого конечно же не произошло, но брови изрядно переместились вверх.

— Тоташов! Немедленно объясни, что это такое!

— Это ответы, Михаил Уланович, — ответил не поворачиваясь ипродолжая рисовать на доске.

С минуту молчит, сверяясь с ответами в своих записях.

— Готово, Михаил Уланович! — я заканчиваю чертить геометрическую головоломку.

— Тоташов, ты заранее знал ответы на задачи? — ему можно посочувствовать, только что он нашел то, что искал всю жизнь. Ученик-мечта стоит перед ним и учитель, опасаясь спугнуть свою удачу достает из ящика стола исписанную неровным почерком тетрадь. Очень похоже на его личные записи. Учитель явно любитель составлять задачи. Идеальный учитель. Обязательно надо его задействовать для натаскивания моих будущих соратников. Моя будущая команда, это прежде всего мозги. Первыми пойдут под этот паровой каток педагогики конечно же, Орловы. Им вообще, много где придется быть первыми. Но в моей будущей структуре, потом решу, что это будет, я уже нашел им место.

Учитель подходит ко мне и не выпуская тетрадь их рук, немного дрожащим пальцем показывает задачу. Я смотрю на него с огромным уважением. Помимо фанатичной преданности профессии у него еще и мозги устроены крайне изощренным образом. Нагло выхватываю тетрадку и быстро пролистываю ее.

Обязательно подкину ему парочку идей, такой гений надо поощрять и продвигать. На последних двух страницах тоже задачи, но они даже не для школьников и даже не для студентов. Они больше подойдут маститым ученым обладающими знаниями, но те их решить не смогут, потому, что для этого требуются такие же разнузданные мозги как у Михаила Улановича ну или хотя такие мощности как у меня. Этот человек уже во многом мне ровня.

С потрясением закрываю тетрадь и невольно на японский манер двумя руками отдаю ее Учителю. Именно так, с большой буквы. Он принимает ее, некоторое время молча стоит.

— Можете садиться на свое место Адам Константинович.

Дальнейшее выяснение уровня знаний друг друга не имеет смысла, так как эмоции при рассмотрении последних задач я не удержал.

— А… он тянет, не решаясь спросить.

— Да, Михаил Уланович, — киваю головой.

Он повторяет жест, идет к своему столу, садится за него и замирает, невидящим взглядом уставившись сквозь класс. Так проходит больше пяти минут. Причем класс тоже молчит, что нехарактерно для такого возраста.

Наконец он встрепенулся и уперся взглядом в новенькую. Посмотрел в журнал.

— Сэйва. К доске! — отрывисто, как всегда командует он. Дает девочке новую распечатку, прочитав которую японка приступает к решению. На этот раз задачи именно для пятого класса. Учитель понял, что невольно прировняв остальных к моему уровню, он сделал ошибку. Остальные хоть и талантливые, но все же обычные дети. С этого момента их учеба вернулась в обычное русло. Русский язык прошел буднично как и в прошлый раз. На высоком уровне, но на то она и элитная школа, чтобы в ней преподавали лучшие учителя.