Чтение онлайн

Чаевые были включены, так как это была такая большая вечеринка.

Вдох.

Выдох.

Выгружаю все свое разочарование на стоянке, проклиная без остановки достаточно громко, чтобы разбудить мою мертвую бабушку и напугать дерьмо из старой пары, входящей внутрь. Женщина прижимает к груди свою маленькую красную сумочку, пока муж ведет ее внутрь, и оба смотрят на меня так, словно я сошел с ума.

— Ублюдки! — Кричу я, размахивая кулаками. — Гребаные засранцы! — Пинаю бордюр, а потом изрыгаю очередную порцию проклятий, когда бетон задевает мне ногу. — Блядь. Твою мать. Putain de merde (перев. с фран.: Черт возьми!). К черту мою жизнь!

Ругательства слетают с моего языка, как приливная волна, но ничего не делают, чтобы успокоить бурю внутри меня. Я подсчитываю один дерьмовый изъян за другим: в конце сегодняшнего дня буду должен родителям четыреста долларов — галочка. Надо мной издеваться мои чертовы товарищи по команде — галочка. Я учусь в колледже в глуши — галочка. Я не знаю ни единой души, кроме тех придурков, которые только что меня надули — галочка.

Они также оставили меня без машины.

Галочка.

Я выдергиваю телефон из кармана, чтобы отправить сообщение своим идиотским соседям по комнате.

Я: Тащите сюда свои задницы и заберите меня.

Гандерсон: LOL ты уже успокоился?

Я: Вернись и узнай.

Гандерсон: Нет, если ты собираешься затеять драку.

Я: Скажи мне только одно: чья это была идея?

Гандерсон: Я не собираюсь говорить.

Я: Тогда я могу только предположить, что это был ты.

Гандерсон: Нет. Чувак, поверь мне.

Я: Почему бы мне не верить тебе?

Гандерсон: Зачем мне это делать, если я должен ЖИТЬ с тобой?

Я: Ну, ты позволил ИМ ОСТАВИТЬ МЕНЯ ЗДЕСЬ.

Гандерсон: Да, потому что последнее, что мне нужно, это чтобы команда делала то же самое со МНОЙ.

Я: Большое спасибо, мудак

Гандерсон: В любое время, чувак. Позволь мне снова надеть штаны. Заеду за тобой через десять минут.

Лорел

— Эй, ты видела тех парней?

Я сижу в закусочной и просматриваю программу по английской литературе, чтобы убедиться, что не пропустила ни одного пункта в статье, которую должна написать; я не могу позволить себе потерять ни единого пункта.

Откинувшись на спинку виниловой кабинки, я кладу маркер и поднимаю голову, удивленно глядя на своего соседа по комнате Донована.

— Каких парней?

— Если ты скажешь, что не заметила, я назову тебя лгуньей. — Он смеется, отправляя в рот кусок вафли. Взбитые сливки прилипают к нижней губе, и он облизывает ее, прежде чем откусить еще кусочек. — Бог свидетель, могу.

— Я здесь не для того, чтобы искать свидания.

— Верно, но иногда свидания находят тебя. Парни не могут не засматриваться на тебя. — Он подмигивает, запихивая в рот еще вафлю. — Я никогда не видел такую группу гетеросексуальных мужчин.

— Бедный Донован, — поддразниваю я. — Пускает слюни по группе натуралов.

— История моей жизни. — Он театрально вздыхает надутыми губами, вертя соломинку в стакане с водой. — Но это не мешает мне строить глазки.

— Ты даже не пытаешься.

— Не читай нотаций. — Донован делает паузу, чтобы запихнуть в рот еще еды. — О, черт возьми, дерьмо вот — вот станет реальностью.

Моя голова все еще наклонена, маркер яркими мазками летит по учебному плану. Мой сосед говорит, как спортивный комментатор, давая полный обзор событий, происходящих на другой стороне комнаты.

— Вот они, ребята, десять… нет, двенадцать рослых парней, выскакивают за дверь. Замыкает шествие номер семь, медленный стартер с безупречными бедрами. Каштановые волосы, этот чемпион — звезда, но не может стоять на ногах.

Я удивленно поднимаю глаза. Смотрю, как какой — то парень в красной рубашке зацепился за что — то в дверях, спотыкаясь у выхода. Крики и вопли у автомата со жвачками. Вываливается на стоянку.

— Вот они, леди и джентльмены, и держу пари, что они либо задолжали налоговому инспектору, либо не оплатили счет. Что бы это могло быть?

Я вытягиваю шею, бросаю взгляд через опустевшую закусочную, в окно, на парковку, где здоровяки, все спортсмены, рассаживаются, как цирковые клоуны, в три машины. Они срываются с места, не оставляя ничего, кроме пыли.

Мои рыжие брови взлетают вверх.

— Поели и смылись?

— О да, конечно.

Подбородком нажимаю на колпачок желтого маркера.

— Я никогда не видела, чтобы кто — то делал это.

— Неужели? Ты никогда не сбегала от оплаты счета?

Я недоверчиво смотрю на него.

— Ты серьезно? Нет! А ты?

— Однажды. — Он смеется. — Ладно, дважды, но я был молод и глуп, и у меня не было денег. Я ещё украл меню и посуду. — Хихиканье. — Так глупо.

Не могу с этим поспорить, поэтому сосредотачиваюсь на еде, пока она не остыла: порция блинчиков, сосиски, картофельные оладьи и чай со льдом.