Чтение онлайн

– Четыре, – спокойно уточнила Сирина.

– И что, как ты думаешь, станет с твоей карьерой? Ведь ты не сможешь вечно находиться на вершине, девочка. Появятся новые лица.

– Но ведь это случится в любом случае. А работать я смогу и в Лондоне.

Когда три недели спустя Сирина покидала Нью-Йорк, она отнюдь не ощущала уверенности: она устала, была бледной, страдала бессонницей.

Тэдди отвез их в аэропорт. Расставаясь, все трое плакали так, словно пришел конец света. Тэдди старался держаться спокойно, выдержанно, но когда он на прощание поцеловал Ванессу, по его щекам покатились слезы. Ванесса крепко прижалась к нему как к своему самому последнему другу. Сирине казалось, что она собственными руками разрушает свою дорогую, обожаемую семью. Сжав Тэдди в последнем объятии, Сирина не могла вымолвить ни слова. Единственное, что она смогла выдавить из себя перед самой посадкой в самолет, было:

– Я люблю тебя.

Помахав ему на прощание рукой в последний раз, они ушли. Перелет через океан прошел мучительно, Ванесса прохныкала большую часть пути, и, когда они подлетали к Лондону, Сирина была готова махнуть на все рукой и, если бы это было возможно, повернуть обратно. Сойдя с самолета, она увидела Василия, глаза ее наполнились слезами, и она рассмеялась. Василий больше походил на продавца воздушных шаров на ярмарке. В одной руке он держал огромную гирлянду по меньшей мере из пятидесяти шаров, в другой – огромную куклу.

– Это он? – Ванесса смотрела на Василия с интересом. Сирина вновь удивилась, как сильно дочь похожа на Брэда.

– Да. Его зовут Василий.

– Знаю. – Ванесса пренебрежительно взглянула на мать через плечо, и Сирина усмехнулась – какой серьезной и взрослой бывает ее дочь временами.

На кукле было синее атласное платье старинного фасона, с небольшим капюшоном из белого меха. Она походила на маленькую девочку, жившую лет сто назад.

Василий медленно приблизился к ним, люди вокруг улыбались.

– Привет, я могу продать тебе шарик, девочка?

Ванесса рассмеялась.

– Кстати, тут у меня есть и вот эта кукла. – Он вытащил из-под мышки куклу и протянул ее Ванессе. – Здравствуй, Ванесса, меня зовут Василий.

– Знаю. – Ванесса пристально смотрела на него, словно оценивая и измеряя.

Он рассмеялся:

– Рад, что ты приехала в Лондон.

Ванесса посмотрела на него и честно сказала:

– Я не хотела ехать и много плакала, когда улетала из Нью-Йорка.

– Да, отлично тебя понимаю, – мягко проговорил Василий. – Когда я был маленьким мальчиком, мне пришлось переехать в Афины, помню, тогда я очень сильно расстроился.

Сирина вспомнила, что когда погибли его родители, Василию было два года, так что он вряд ли помнил это. Но по крайней мере, его слова прозвучали убедительно для девочки.

– Теперь тебе лучше?

Ванесса посмотрела на шары и улыбнулась.

– Поедем домой? – Василий подал ей руку, и Ванесса взяла ее. Только после этого он выпрямился и посмотрел Сирине в глаза: – Добро пожаловать домой, дорогая.

Сирина почувствовала, как у нее растаяло сердце. Ей хотелось поблагодарить его за доброе отношение к Ванессе, но она понимала, что сейчас не время для этого. Она могла сказать о своих чувствах лишь взглядом.

В небольшом доме в Челси все было подготовлено для встречи Ванессы и Сирины. В маленькой гостевой комнате появился кукольный дом, стул специально для Ванессы. По всему дому стояли огромные букеты прекрасных цветов. Специально для ухода за Ванессой Василий нанял новую служанку. В их спальне стояла бутылка шампанского в ведерке со льдом. Сирина со вздохом опустилась на кровать.

– О, Василий… Я думала, что не выживу.

Сирина вспомнила прошедшие недели и передернула плечами. В течение всего полета она думала о Тэдди, о его мольбах не спешить выходить замуж. Прощаясь с Доротеей Керр, Сирина расплакалась. Она уже испытывала ностальгию по жизни в Нью-Йорке. Но она чувствовала, что так для нее будет лучше. Так уж получалось, что всю свою жизнь она говорила «прощай» дорогим людям и любимым местам, и каждый раз, прощаясь, она невольно вспоминала прошлые печали.

– Тебе было трудно?

Она взглянула на него с грустью:

– Да, но я все время думала, что возвращаюсь домой, к тебе. – Затем, посмотрев на него, Сирина нежно улыбнулась. – Мне так тяжело, приходится убеждать людей, что мы с тобой не сумасшедшие.

Она смотрела на него и горько улыбалась, неужели никто не верит в любовь? Но в глубине своего сердца Сирина чувствовала, что совершает сумасшедший шаг или по меньшей мере опрометчивый.

– Ты веришь в любовь, Сирина? – Василий взглянул на нее, протягивая бокал с шампанским.

– Меня не было бы здесь, если б я не верила, Василий.

– Хорошо. Потому что я люблю тебя всем своим сердцем. – Он неторопливо поднял бокал. – За женщину, которую я люблю… за мою принцессу…

Он прикоснулся к ее руке. Они сделали по глотку. Затем в его глазах заплясали искры.

– Так когда же наша свадьба?

Сирина нежно улыбнулась:

– Когда захочешь.

– Завтра, – сказал он, подтрунивая.

– Как насчет того, чтобы дать нам хоть немного времени осмотреться?

– Две недели?

Сирина кивнула.

– Итак, через две недели, миссис Арбас. А до того времени ты остаешься моей принцессой.

Он нежно улыбнулся, затем взял ее лицо в свои ладони и поцеловал, а несколько мгновений спустя их тела слились воедино на его огромной кровати. Тэдди, Доротея, Нью-Йорк – все провалилось в небытие.

Свадьба получилась великолепной, праздничной и состоялась в доме одного из друзей Василия в Челси. Присутствовало около тридцати человек и никаких представителей прессы. Сирина выглядела бесподобно в бежевом шелковом платье, ниспадавшем до самого пола, с небольшим букетиком орхидей в волосах.

Священник совершил обряд. Три предыдущих брака Василия были исключительно гражданскими, поэтому священник после небольшой дискуссии с женихом и невестой согласился обвенчать их. На свадьбе Ванесса стояла рядом с матерью, крепко держа ее за руку и поглядывая на Василия. За последние две недели он начал ей нравиться, но оставался чужим человеком, и она не часто виделась с ним. Большую часть дня Василий проводил в студии, а каждый вечер они с Сириной отправлялись куда-нибудь в город.

Сирина вымоталась от напряженного графика светской жизни. Она пыталась приноровиться, но никак не могла успеть за Василием. Они посещали вечера, балы, концерты, театр, за приемами вновь следовали приемы. Зачастую они добирались до постели, когда солнце стояло высоко над Лондоном. Как при такой жизни он умудрялся еще и работать, оставалось загадкой для Сирины. К концу второй недели у нее появились круги под глазами.