Восторг
Шрифт:
Когда он снова открыл глаза – не осознавая, что вообще закрывал их – он увидел ее лицо перед собой.
– Как ощущения? – хрипло спросила она. Прекрасно зная сама.
А потом она окончательно раздела его.
Матиас рывком схватил ее плечи и притянул Мэлс к своим губам, жестко целуя. Когда она начала основательно ласкать его, ее ладонь двигалась вверх-вниз по стволу, поначалу медленно, потом быстрее, каждый раз обводя головку и слегка сжимая ее.
Матиас абсолютно потерялся в том, что она делала с ним, и в этой изумительной дезориентации он облизывал губы Мэлс, погружался в ее рот, зарывшись рукой в ее густые волосы на затылке. Больше… ему нужно больше…
Он быстро прижал ее к своей груди и перекатился на нее, забираясь сверху.
– Я хочу войти в тебя, – сказал он напротив ее губ.
Она тут же кивнула.
– Давай я посмотрю, что у меня есть.
Быстро поцеловав его, она встала с кровати и подошла к сумке. Она копалась в ней и бормотала молитвы.
– Слава тебе Господи.
Когда она повернулась, в ее руке лежало два презерватива.
– Для ясности, они принадлежат моей подруге… и я ношу их для нее, когда мы гуляем вместе. Это правда.
И он поверил ей.
Но, хватит с них разговоров.
– Иди сюда, – потребовал он, протягивая руку.
Все развивалось со сверхзвуковой скоростью, когда они позаботились о необходимом; они снова оказались там, где были, ее бедра были раскрыты, он устроился у ее лона.
Пока он целовал ее, играя с мягкими губами, она своими талантливыми руками направила его прямо в свое лоно. Дальше он действовал сам. Мощным рывком его бедра двинулись вперед, и он почувствовал проникновение всем своим нутром, ее влажный жар принял его до упора, сжал его в хватке, от которой он стал еще тверже.
Мэлс в ответ вскрикнула, ногтями впившись в его спину, ее тело взмыло вверх, к его, ее лоно сжималось во время оргазма.
– О, Боже, – простонал он, прижимая ее к своей груди и начав двигаться посреди ее разрядки.
Он собирался быть медленным. На самом деле.
Но когда она скрестила ноги вокруг его бедер и принялась тереться о него, что-то сломалось. Он мгновенно обрушился на нее, его бедра свободно двигались, желание достигло высот, так что он начал буквально вбиваться в нее.
И, Боже благослови ее, Мэлс была с ним, каждую секунду, желая всего, что он мог дать, принимая его, когда он кончил…
Разрядка сокрушила его так же, как и тот взрыв в пустыне… разнесла его в клочья, унося высоко в небеса.
Разница в том, что вместо того, чтобы погрузить его в ад на земле, оргазм вознес его в рай…
***
Чувствуя содрогания члена Матиаса внутри себя, Мэлс прижимала мужчину к себе, впитывая его оргазм, и обретая свой собственный. Обнимая Матиаса, она уткнулась лицом в его шею и плечи, чувствуя его мощь, когда тело, бывшее сломанным, вновь стало целым.
Это было… чудо.
Иного слова не подобрать.
Когда она, наконец, собрала свои мысли, то заметила, что он смотрит на нее, его лицо было серьезным… если не мрачным.
– Я в порядке, – сказала она с улыбкой. – Ты не сделал мне больно.
Он открыл рот, будто собирался сказать что-то, но потом просто нежно поцеловал ее.
Он по-прежнему был возбужден.
Перекатившись, он не разрывал соединения.
– Я не хочу, чтобы это заканчивалось, – сказал он хрипло.
Она тоже не хотела этого.
Они быстро разобрались с деталями, надев на него второй презерватив ее подруги.
В этот раз, Мэлс была ведущей.
И она хотела оседлать его.
Устроившись на его бедрах, она положила руки на его плечи и начала двигаться на нем, его член входил и выходил из ее тела, снова разжигая огонь. Темп нарастал, и они шли синхронно, секс набирал обороты сам по себе.
Они кончили одновременно, его разрядка дошла до нее, ее лоно выжимало его, удовольствие было столь резким и долгим, что приносило некую боль…
А потом, после, как казалось, вечности, все кончилось.
Мэлс упала на него; потом устроилась на боку, так, чтобы они лежали вместе.
– Ты невероятна, – сказал он, заглядывая в ее глаза.
– Ты ошибся с местоимением.
Он пригладил прядку за ее ухом. А потом, нежно, пальцем провел по ее лицу, будто запоминал ее с помощью касания.
– Ты уедешь этим утром, ведь так? – прошептала она, испытывая внезапный ужас.
Он медленно и уверенно кивнул.
Мэлс закрыла глаза и откинулась на подушки. Положив руку под голову, она уставилась на потолок.
Блин… так больно…
– Я люблю тебя, – сказал он хрипло.
Ее голова резко повернулась. Матиас все еще смотрел на нее, его взгляд был спокойным и пронизывающим, мужественное лицо – смертельно серьезным.
В какое-то мгновение умопомрачения ей захотелось ударить его. Он собирался свалить из города, чтобы никогда не возвращаться, и при этом вываливает на нее это?
Да пошел он.
– Я просто хотел, чтобы ты знала.
– Перед твоим отъездом, – пробормотала она.
– Некоторые слова должны быть сказанными.
Она повернулась к нему и обняла себя руками… инстинктивно.
– Если это правда, тогда почему ты уезжаешь?
– Это зависит не от меня.
– Значит, кто-то купит тебе билет и заставит пуститься в бега? – Боже, она говорила как стерва. – О, черт… слушай, я не хочу, чтобы ты уезжал. Но ты знаешь это… так что, мы там, где мы есть.
Он любил ее.
И, когда она смотрела ему в лицо, ее чувства были кристально-ясными.
Протянув руку, она дотронулась до его щеки… и не с целью ударить, дать пощечину.