Чтение онлайн

Он поднял голову; над ним высилась бороздчатая скала, увенчанная каменным шпилем, торчащим последнюю сотню футов подобно лезвию ножа. Ретиф вернулся к трещине, в которой прятался. Сужающаяся расселина вела в темноту, из нее дул устойчивый поток холодного воздуха. Опустившись на руки и колени, он протиснулся в первое отверстие и обнаружил, что проход чуть расширялся. Небо отсюда казалось яркой синей чертой между высящимися стенами скалы. Ретиф поднялся, дробя хрупкие камешки под ногами, прижался спиной к одной стене «дымохода» и начал подъем.

На полпути наверх Ретиф обнаружил торчащую из скалы «полку», на которой можно было отдохнуть. Он съел половину припасенной плитки и запил глотком воды - последним во фляге. Затем продолжил путь.

Вскоре расселина сузилась, затем расширилась почти до величины пещеры, откуда прямо в лицо дипломату вылетела с ультразвуковым писком перепуганная стая крошечных серовато-черных куопян размером с пересмешников. Й снова полоску неба наверху пересекла черная тень руна, перекрыв на миг скудное освещение. Доспех впивался дипломату в кожу, садня спину, руки были поранены во многих местах о зазубренные кромки скалы.

В десяти ярдах от вершины лаз снова расширился. Последние несколько ярдов Ретиф карабкался по глубоко изрезанному склону, полузасыпанному обесцвеченными останками скелетов куопян и выбеленными солнцем органическими механизмами, из которых торчали сплетения изъеденной коррозией внутренней проводки. Похоже, руны были неряшливыми едоками.

Держась в тени, Ретиф исследовал открытое небо; в тысяче футах над ним лениво кружили два руна, не подозревая о вторгшемся в их владения непрошеном госте. Дипломат поднялся на ноги, отряхнулся от пыли и огляделся. Он стоял на овальной платформе размером пятнадцать на двадцать футов, на одной стороне находился трехфутовый каменный шпиль, сужающийся до игольной остроты, а остальная поверхность обрывалась в бездну, открывая поразительную панораму высящихся одиноких пиков. И лишь некоторые из них превосходили высотой удобный наблюдательный пункт, на Котором он находился. В глаза ему бросилась груда круглых булыжников - масляно-желтых сфероидов по одиннадцати дюймов в диаметре. Он подошел к ним и постучал по гладкой поверхности одного, послышался гулкий металлический звон. Их было шесть - яйца руна, выложенные здесь для «проклевки» на солнце.

Ретиф глянул на кружащихся в небе чудовищных родителей, все еще безмятежно не подозревающих о его присутствии.

Большие яйца были громоздкими и неуклюжими в обращении из-за своей кособокости. Дипломат поднял верхний сфероид, подкатил его к краю скалы и аккуратно установил его над самым обрывом. Следующие два он примостил рядом с первым. Еще пара образовала второй короткий ряд, а последнее яйцо он поместил поверх других. Ретиф отряхнул от пыли руки, надел отложенные в сторону шлем и перчатки, потом уселся напротив гаргантюанской «пасхальной витрины» в ожидании.

Холодный ветер налетал порывами из глубокой синевы неба. Ретиф следил за тем, как вдалеке кружили могучие старейшины-руны, неутомимые как ветер - качество, которым сам он, по здравом рассуждении, едва ли обладал.

Прошло полчаса. Ретиф наблюдал за белыми облаками, марширующими мимо подобно боевым кораблям, уносящимся в далекие сражения. Он принял более удобное положение, прислонившись к подходящему валуну, закрыв глаза от слепящей яркости неба…

Равномерный свистящий стук мгновенно вывел его из дремы. В сотне футов над ним показался гигантский рун, он пикировал на него, увеличиваясь на глазах, стегая ураганным ветром своих мощных винтов и вздымая облака удушающей пыли. Четыре ноги птицы были вытянуты, трехфутовые когти-резаки блестели на солнце синей сталью, а открытые челюсти казались достаточно широкими, чтобы проглотить дипломата целиком.

Ретиф напрягся, удерживая обе руки на верхушке пирамиды из яиц перед затеняющим солнце летучим гигантом.

В последний миг рун свернул и пронесся мимо пика подобно самолету-беглецу, оставив за собой эхо пронзительного вопля. Ретиф повернулся и увидел возвращающуюся птицу, тридцатифутовые пропеллеры которой выгибались под мощным давлением ускорения. Рун завис, когда их разделяло лишь несколько футов.

–  Кто смеет красть сокровища Гертудион?
– возопила гигантская тварь.

–  Мне нужно поговорить с тобой,- отозвался Ретиф.- Эта конструкция из яиц предназначена в помощь разговору.

–  Ты высоко заполз, добираясь до моего гнезда, и твой путь был долог,- проговорила птица голосом сродни паровозному гудку,- Я обещаю тебе быстрый обратный спуск!
– Она чуть приблизилась, покачиваясь на порывистом ветру.

–  Не гони на меня такой сквозняк,- предупредил Ретиф.- Я вот-вот чихну, но мне ужасно не хотелось бы случайно уронить твое будущее семейство в пропасть.

–  Отойди, похититель яиц! Если хотя бы одно из моих сокровищ упадет, я насажу тебя на каменный шпиль посушиться на солнце!

–  Предлагаю тебе перемирие; ты сдержишь свои порывы к насилию, а я позабочусь, чтобы с яйцами не случилась неприятность.

–  Ты угрожаешь мне, наглый пигмей? Хочешь подкупить меня моими собственными драгоценными рунятками?

–  Искренне надеюсь на это. Если ты соизволишь присесть неподалеку, я тебе все объясню.

–  Должна быть причина для подобного безумия! Признаюсь, что любопытство побуждает меня выслушать тебя!
– Птица перелетела через платформу и уселась на ее край, подняв тучу пыли и вцепившись в скалу четырьмя шарнирными ногами, похожими на серые полированные трубы. Голова наседки в ярд величиной маячила над Ретифом на высоте пятнадцати футов, по ее ороговелой коже скользили тени вращающихся на ветру лопастей.

–  Только не вздумай дернуться и отправить остаток твоего короткого будущего в бездну,- проревела дипломату гигантская птица голосом сродни органной мессе.- А теперь скажи мне, к чему было выбирать столь странный способ умереть?

–  Я вообще-то не собирался умирать,- поправил Ретиф.- Я разыскиваю отряд землян - ходульников вроде меня, и…

–  И думаешь найти их здесь?

–  Не совсем; но мне сдается, что ты сможешь помочь мне найти их.

–  Я, Гертудион, оказываю помощь тривиальным целям ползающего по планете пигмея? Разряженный воздух вершин затуманил твои мозги!