Чтение онлайн

Ну что же, ему есть с чем вернуться к совету пяти, а Свободным землям стоит принять теперь в расчет возможное возвышение клана Селены. Непростое все-таки это дело — политика.

Когда много лун назад пять кланов решили покинуть Империю, переживающую тогда очередную смену правящего клана, никто из Свободных не мог и представить себе, что им придется вернуться сюда и не просто так, а в качестве шпионов. Но время шло, и высоченная горная гряда из миррериума, материала блокирующего магию в любом ее проявлении, уже не казалась достаточной защитой от вездесущей Империи. И жители Свободных земель начали появляться на враждебной территории, используя умение торговых караванов грейфов проникать за гряду через лабиринт сквозных тоннелей. Этим же путем и ушли тогда пять кланов, которым не по нраву пришелся новый правящий клан Империи.

Рееслэнд оказался затерянным среди бескрайних водных просторов островом. Буря уже стихала, но громада острова все еще была погружена в пелену дождя. Судно медленно, но верно опускалось на воду к молу, выступающему глубоко в море. Мимо проплывали отвесные скалы с редкими огоньками, выхватывающие из темноты силуэты зданий.

Академия целиком занимала остров, и это было оправдано. Слишком опасны бывали опыты магов, а в особенности опыты и экзамены студентов недоучек. Во избежание жертв, все академии занимали отдельные обособленные территории с просторными и, главное, безлюдными, полигонами. В академии учили не только боевым заклинаниям. Жизнь любого воздушного после обряда Шеерданя была пронизана магией. Поэтому лекарь не мыслил лечение без ее применения, хотя бы для правильной постановки диагноза. Повар мог вскипятить воду без огня, определить годность пищи к употреблению. Даже будущие домохозяйки и то проходили сокращенный курс бытовой магии. Каждая академия могла похвастаться разнообразными факультетами. Студенты могли составить собственный перечень занятий, а срок обучения зависел от платежеспособности клана, отправившего юного отпрыска за знаниями.

Ксения оказалась единственной желающей попасть в Рееслэнд в такой неурочный час. Но провести остаток ночи под дождем в ожидании открытия академии, ей очень не хотелось. Она прошла по дощатому настилу и замерла перед мощными деревянными воротами, в которые упиралась пристань. Справа и слева от ворот плескались еще сердитые после шторма волны. Уже привычные шары рассеивали унылое одиночество, а сидящие около ворот каменные фигуры собак придавали им восточный колорит.

Девушка зябко передернула плечами. Она устала и жутко хотела спать. После побега ей не удалось заснуть ни на минутку, и сейчас организм срочно требовал отдыха. Ксения нерешительно потопталась у ворот, затем негромко постучала. Звук потонул в шуме волн. Она стукнула уже сильнее, но только ушибла руку. Нда, похоже, здесь ее никто не ждет. Потирая ушибленную ладонь, Ксения уже примеривалась по какой части двери ударить с размаху ногой, как ее остановил, раздавшийся сбоку приятный мужской голос: «Назови мне хоть одну причину, по которой я должен прервать свой отдых и пустить тебя в Академию».

«Вот это у них приемная комиссия!» — Ксения ошарашено разглядывала повернувшуюся к ней голову собаку, чьи глаза теперь светились красными угольками.

— Я учиться у вас хочу, — голос предательски дрожал, но собака лишь наклонила голову набок, и выжидательно уставилась на девушку. Ксения могла поклясться, что выражение ее морды было вполне человеческим.

«Вот и здесь без знакомства не пройдешь», — посетовала про себя она, а вслух добавила: «Меня к вам водяной, тьфу ты, Хранитель направил, рекомендовал, как лучшее место для учебы», — приврала для пущего эффекта Ксения. Кто знает, может собачка окажется падкой на лесть и ее, наконец, пустят в теплый домик.

— Хранитель, говоришь, — задумалась псина, склоняя голову почти к самому плечу, даже повисшие треугольники ее ушей говорили о глубочайших раздумьях их хозяина. Угольки в глазах почти погасли, вместе с терпением Ксении.

— Послушайте, — она нерешительно протянула руку и дотронулась до холодной каменной головы, — можно вы меня пустите внутрь, а уже потом решите вопрос с моим поступлением.

— Фрр, — выдохнула статуя, — можно и внутрь. Садись на гредда, и он тебя доставит до моего кабинета.

Ксения огляделась вокруг, в поисках таинственного гредда, но непонятный шорох заставил ее отступить от ворот. Перед ней переминалась с ноги на ногу каменная псина, а с ее спины свешивались два крыла.

— Так ты и есть гредд? — уточнила на всякий случай Ксения, но собака лишь посмотрела на нее потухшими глазами, терпеливо дожидаясь, когда же это непонятливое существо, наконец, сообразит залезть к ней не спину, и она сможет выполнить приказ хозяина и отвезти существо к нему.

Сидеть на каменной спине было крайне неудобно и жестко. Держаться за шею — тем более. А уж когда пес резко стартанул, оттолкнувшись передними лапами от деревянного настила, стало по-настоящему страшно. Ксения взвизгнула и вцепилась мертвой хваткой в собачьи уши. Гредд недовольно заворчал, но скорость снизил и резких пируэтов больше не закладывал. Девушка рискнула оглянуться и посмотреть вниз. За спиной черным прямоугольников выделялся силуэт ворот, а вот дальше до самого берега шумело море, взбивая белую пену об острые рифы. И никакого намека на переправу до берега. Похоже, не поступивших студентов просто оставляли у ворот. Сурово.

Гредд обогнул несколько башен (А как без них обойтись, маги все-таки!) и, встав на одно крыло, резко ухнул к верхней площадке обложенной зеленым камнем башни. Ксения судорожно вцепилась в своего летуна, прижавшись к нему всем телом. Чудо, что она вообще не свалилась во время его посадочного маневра. Похоже, он так и не простил ей вольного обращения со своими ушами. В метре от каменной площадки, собака растопырила крылья и медленно приземлилась. Потом Ксению просто стряхнули на пол, так как сама она разжать сведенные в страхе руки уже не могла. Потирая отбитые при падении части тела, девушка встала и, не удержавшись, протянула руку, чтобы почесать милую собачку за ушком. Зверюга намерений Ксении не оценила и, клацнув острыми каменными зубами в миллиметре от пальцев девушки, убралась восвояси.

За спиной Ксении оранжевым светом гостеприимно вспыхнула арка входа в башню.

Ксения прошла по узкому короткому коридорчику, ведущему вглубь башни. Она в нерешительности потопталась пару секунд около двери, сквозь стеклянные витражи которой проникал приятый оранжевый свет. Но что делают с человеком перенесенные лишения? Некоторых они ломают, других закаляют и делают тверже.

Ксения чувствовала себя отвратительно. Мокрое платье неприятно липло к ногам, путаясь и норовя опрокинуть на пол свою хозяйку. Повязка слетела с головы во время головокружительного полета на крылатой псине, и растрепавшиеся волосы добавляли свою ложку дегтя к общему облику. Чувство голода немного притупилось, но настроение было много ниже нуля. Ксения не стала стучаться, а резким рывком распахнула створки дверей. В кабинет стремительно вошла злая на всех особа, на лице которой пыталась удержаться маска уверенности в себе.

Вошла и замерла на месте. Необычное убранство кабинета не могло не поразить неподготовленного посетителя. С потолка до пола спускались гирлянды осветительных шаров разных размеров. Ни одна из них не повторяла друг друга. Внутри шаров плясали фигурки зверей, порхали крыльями диковинные бабочки, распускали пышные хвосты птицы, гасли и вспыхивали вновь чужие галактики. Умело подобранные по цветовой гамме, шары разделяли кабинет на несколько зон, в каждой из которых царил свой собственный световой театр.