Чтение онлайн

Уолтон, вскочив, бросился к турникетам и, игнорируя протестующие вопли контролера, перепрыгнул через заграждение.

Хэкет, последовав его примеру, бросился вдогонку за беглецом, который уже проталкивался к эскалатору, опускавшемуся еще глубже в недра земли.

Сбегая по металлическим ступеням, он прилагал отчаянные усилия, чтобы не отстать, при этом даже не подозревая, что и его преследуют.

Он задыхался, губы его пересохли, в горле саднило. Каждая клеточка его плоти вопила об отдыхе, но он знал: если ему удастся настигнуть Уолтона на платформе, тому уже не ускользнуть.

Где-то на середине лестницы Хэкет споткнулся, но все же удержался на ногах, успев заметить, что Уолтон, уже добравшийся до нижней ступеньки, ринулся направо.

До него донесся грохот приближавшегося поезда, повергший его в отчаяние: если Уолтону удастся вскочить в поезд, преследование на этом закончится.

Перед ним стояло человек двадцать пассажиров, большинство из которых, услышав грохот поезда, подвинулось к краю платформы. Хэкет глянул по сторонам, утер с лица соленый пот, заливающий глаза, и снова осмотрелся. Уолтона и след простыл.

В туннеле показался поезд, напоминающий огромного червя с горящими глазами.

Хэкет метался по платформе. Тут подошел поезд, двери открылись. Учитель дико озирался, в эти минуты он напоминал безумца — потный, растрепанный, задыхающийся от бега...

Где же этот чертов Уолтон?

Услыхав знакомое жужжание — двери закрывались, — он в последний миг успел его заметить: Уолтон вскочил в последний вагон.

Бросившись к ближайшему вагону, учитель просунул руку в почти захлопнувшиеся двери. Створки чуть приоткрылись, позволив ему проскользнуть в образовавшуюся щель. В следующее мгновение поезд тронулся с места: набирая скорость, он все дальше уходил в туннель.

Хэкет стал пробираться в конец вагона, ближе к хвосту поезда. Добрался наконец до двери с надписью: «Пользоваться только в случае крайней необходимости». Нажал на ручку — дверь отворилась. Едва он шагнул на узкую площадку, как в лицо ему ударила волна теплого воздуха. Вагоны покачивались из стороны в сторону — поезд набирал скорость. Хэкет, балансируя на узенькой площадке, устремился к следующей двери. Уже почти добравшись до нее, он вдруг оступился, замирая от ужаса. Хэкет почувствовал, что падает вниз, под колеса... Выбросив вперед руку, он судорожно ухватился за ручку двери, которая тотчас отворилась.

Ввалившись в вагон, Хэкет распластался на полу. Удивленные взгляды пассажиров мало его трогали. Отдышавшись, вскочил на ноги и тотчас устремился к дверям вагона — до следующей остановки оставались считанные секунды. Когда поезд остановится, он выбежит на платформу и добежит до вагона, в котором скрывается Уолтон.

Поезд вынырнул из тьмы туннеля, и Хэкет прижался к раздвижным дверям, готовый, едва лишь створки отворятся, выскочить на платформу. Поезд замедлял ход. Наконец остановился. Секунду спустя Хэкет уже бежал к хвостовому вагону.

Уолтон, словно догадавшись о намерениях преследователя, выскочил из вагона и, сбив с ног стоявшую перед ним женщину, устремился к узкому проходу и к лестнице, ведущей к другой линии метро. Хэкет, уже почти не чувствуя под собой ног, бросился вдогонку. Уолтон оглянулся и увидел, что преследователь догоняет его. Перепрыгнув последние три ступеньки, Уолтон свернул направо, к платформе другой линии. Возможно, это было прокисшее мороженое, а может, сгусток блевотины, извергнутый из чрева одного из многочисленных пьянчуг, оккупировавших подземные переходы. Чем бы это ни было, а Уолтон не заметил лежавшую у него на пути склизкую массу. Только он покачнулся, ноги его разъехались, и он, неуклюже размахивая руками, заскользил к краю платформы. Еще мгновение — и он с отчаянным воплем рухнул на рельсы.

Подбежав к краю платформы, Хэкет услышал шипение и треск, тысячевольтный разряд прошел по распростертому на шпалах телу, мгновенно почерневшему. Обуглившийся труп Уолтона слегка подергивался под воздействием мощного потока электричества.

Хэкет, тяжело дыша, уставился на своего врага, напоминавшего теперь обгоревшую спичку.

В нос ударил запах горелого мяса. Хэкет почувствовал, что его вот-вот вырвет. Но секунду спустя тошнота отступила. Остались ломота в суставах и жжение в груди. На платформе раздались громкие крики; рядом с Хэкетом пронзительно завизжала женщина. Он еще раз взглянул на обуглившееся тело Уолтона. Хэкет по-прежнему не замечал, что за ним следят.

Эдвард Кёртис бросил в огонь еще одно полено. Откинувшись на спинку обитого кожей стула, он завороженно смотрел на оранжевые языки пламени, пляшущие за каминной решеткой. Нахмурившись, доктор потянулся к рюмке бренди, стоявшей на столике. Взгляд его по-прежнему был прикован к полыхавшему в камине огню. Его мать говорила, что, если как следует вглядеться в пламя, можно увидеть все на свете.

Но сейчас перед глазами Кёртиса стояла одна картина — изувеченная рука Илейн Крэйвен.

— Думаю, что ситуация выходит из-под контроля, — вполголоса проговорил доктор.

— Кроме тебя, никто с этим не совладает, — подал голос мужчина, сидевший по другую сторону камина. Взгляд его был прикован к лицу Кёртиса.

— В последнее время имело место несколько подобных инцидентов, — продолжал доктор. — Дочь Киркхэмов в гостинице. Младенец Льюисов, а теперь эта история с Филипом Крэйвеном.

— Они знали, на что идут, Эдвард, это не твоя вина.

— Вина — не то слово. Я не чувствую вины за то, что произошло или произойдет. Ты прав: они знали, на что идут. Но видишь ли... меня не покидает чувство... Я сам многого не понимаю.

— Ты хочешь сказать, что следует остановиться? — спросил собеседник Кёртиса с некоторым вызовом.

Кёртис взглянул на него и покачал головой.

— Слишком много поставлено на карту, чтобы останавливаться. — Он отхлебнул из рюмки. — А кроме того, я уже слишком далеко зашел. Мы оба слишком далеко зашли. — Он вновь наполнил свою рюмку и рюмку компаньона.

— Согласен, — отозвался тот. — Теперь мы просто не имеем права останавливаться.

Кёртис молча наблюдал за собеседником. Поднявшись со стула, тот подошел к окну и, отодвинув штору, взглянул на огни Хинкстона, раскинувшегося у подножия холма.