Чтение онлайн

Миллз улыбнулся.

Он попросил дать ему координаты Хэкета.

Ему сообщили номер телефона и нужный адрес в городе Хинкстоне.

«Просите, и воздастся вам».

Миллз смотрел на единственную запись в блокноте, на «пушку» и на нож.

И на свой кровоточащий большой палец. Он знал теперь, где найдет Хэкета. Оставалось добраться туда. Медленным движением Миллз провел порезанным пальцем по блокноту, оставляя на белом листке жирную красную полосу. Так что дело теперь только во времени. «Ищущий да обрящет».

Он захохотал.

Когда он вышел из дома, под ногами похрустывал иней, Кёртис шагал прямо по широкому газону, расположенному за домом. Он не спешил, глубоко вдыхая воздух. Прохладный воздух раннего утра, пахнущий чистотой и свежестью. Изо рта шел пар. Бледное солнце медленно поднималось в небо, явно не спеша в первые минуты рассвета согреть мир своими лучами. Да оно еще и не настолько окрепло, чтобы растопить иней.

В саду и вокруг дома стояла тишина.

В этот ранний час шоссе было пустынным — ни в Хинкстон, ни из него никто еще не выезжал и не въезжал. Да и вообще дом стоял достаточно далеко от трассы, чтобы какой-нибудь автомобилист мог нарушить покой его обитателей.

Кёртис шел по саду. Единственное, что улавливал его слух, — это пересвист птиц, затаившихся среди ветвей деревьев. Когда Кёртис проходил под ними, птахи взволнованно чирикали, а непоседа воробей с любопытством взглянул на человека.

Кёртис все больше углублялся в сад, продвигаясь к высокой, тщательно подстриженной естественной изгороди из бирючины, поднимавшейся на добрых девять футов.

В изгородь были встроены сварные металлические ворота в деревянной раме, краска на ней местами вспучилась и облупилась. Кёртис отворил ворота — петли протестующе заскрипели, он прошел внутрь.

За изгородью находился небольшой участочек — размером не более двадцати квадратных футов. Его окружала более густая изгородь, довольно аккуратно, но не безупречно подстриженная. И трава на этом участке была более высокая, чем на других газонах: то там, то здесь проглядывали сорняки. Изучая квадратик земли, Кёртис мысленно упрекнул себя за нерадивость: это в его обязанности входила забота об этом участке сада.

Садовнику запрещалось заходить за ворота.

Кёртис постоял у ворот, разглядывая высокую изгородь, покрытую тонким узором инея. Бирючина возвышалась над ним фута на три, прекрасно скрывая участок от любопытных глаз. Он медленно двинулся к центру, к лежавшему там камню.

На камне под воздействием времени и сил природы местами проступили трещины. Кое-где из них проглядывал мох, напоминая разъедающую раны зеленую гангрену.

Кёртис взглянул на имя, выбитое на камне. Под надписью стояла покрытая ржавчиной ваза, он вынул из нее полдюжины засохших розовых стеблей, заменив их свежими цветами, которые держал в руке, и расставил их так, что красные розы, казалось, засветились на мрачном фоне камня — на могиле заалели пятна крови.

Кёртис выпрямился, прошел в угол укромного зеленого участка и опустил мертвые стебли в металлическую урну. Отряхнув руки, он вернулся к могиле, пристально вглядываясь в надпись на камне.

Казалось, он стоял тут целую вечность, умиротворенный, не думающий ни о чем. Щебет птиц не нарушал его покоя.

Но вот за воротами послышался шум шагов.

За изгородью.

Тяжелая поступь, нарушившая целостность белого покрова. Кёртис повернул голову к воротам — он ждал. Лязг засова сменил скрип открывавшихся ворот.

В воротах возникла фигура, она двинулась к Кёртису. Не обращая внимания на вошедшего, Кёртис вновь обернулся к могиле, сложив на груди руки.

— Я слышал, как ты уходил из дома, — сказал пришедший, становясь рядом.

— Прости, я не хотел тебя беспокоить, — мягко и проникновенно произнес доктор, словно опасался нарушить благоговейную атмосферу.

Оба долго стояли молча, не отрывая взгляда от могильного камня. От высеченного на нем имени.

— Я никогда не думал, что это правильно, — сказал Кёртис, кивая на могилу. — Чтобы она лежала здесь, хотя это и наш дом.

— Лучше здесь, чем там, со всеми, — промолвил второй тоном, в котором звучал вызов.

Кёртис кивнул, соглашаясь.

— Ты уже принял решение, что делать с этой женщиной? — спросил собеседник Кёртиса.

— С миссис Хэкет?

— Да.

Кёртис тонко улыбнулся.

— Да, принял, — подтвердил он, не отрывая глаз от камня. — Она должна прийти ко мне сегодня. — Улыбка его стала шире. — Думаю, время настало.

Женщина взбиралась по ступенькам, с трудом удерживая в руках кипу книг, и Хэкет уже представлял, что произойдет дальше.

Когда она поставила ногу на последнюю ступеньку, верхний том качнулся, и учебники посыпались на пол: штук пять-семь книг со стуком упали на лестничную площадку. Женщина что-то пробормотала себе под нос и принялась подбирать книги. Хэкет взлетел вверх по лестнице и стал ей помогать.

Он мельком взглянул на нее, а она пожала плечами и улыбнулась.

Выглядела она очень привлекательно. «Ей, наверное, двадцать с небольшим», — подумал он. Каштановые волосы по плечи и большие серые глаза. Хорошая фигура.

Малышка типа Никки?

Он отправил эту мысль на задворки сознания, сердясь, что она вообще пришла ему в голову.

— Похоже, вам понадобится помощь, — сказал он, засовывая с полдюжины учебников под мышку.

— Если б у вас под рукой оказался грузоподъемник, было бы и вовсе здорово, — отозвалась она с улыбкой. — Вы ведь новенький, верно?

Он кивнул:

— Новый мальчик. Именно так. — Он протянул ей правую руку, не выпуская кипу книг из-под левой: — Джон Хэкет.

Она ответила на рукопожатие.