Возвращение
Шрифт:
— Фантастика! — девушка держала руку под струёй воды. — Откуда вы это знаете?
— Хороший писатель должен уметь всё, — я смотрел в фиолетовые глаза и с трудом удерживался на ногах. Что и говорить, самогонку мой братец держал термоядерную. — Кто-то говорил о пиве…
— Ой, извините! — пробка с шипением слетела с запотевшей бутылки, на столе явился вожделенный напиток.
10
Говорящие о вреде пьянства — обманщики. Как иначе человек почувствует себя человеком. Я встал с кровати одноклеточной амёбой. После второй бутылки я ощущал себя венцом творения. Ясность в мыслях, упругость в мышцах, уверенность в себе! И три бутылки в запасе… Что ещё нужно человеку, после вчерашних возлияний?
— Отец всю ночь колобродил, — рассказывала девушка. — Когда вы легли. Ругался с кем-то. Плакал. Сегодня с утра пиво купил и их гаража не выходит. Опять со своей машиной возится. У него всегда так. А вы уезжаете?
— С чего это?
— Отец сказал. И бабушка волнуется. Считает, зря вы явились…
— Чёрт возьми! За меня все всё решили. Даже спросить не захотели. А я вот возьму и останусь! Я ехал писать книгу и не тронусь с места, пока хотя бы черновик не накидаю. Так и передай и отцу, и бабушке, и всем, кто хочет от меня избавиться! Ясно?
— Круто! — она восторженно звякнула посудой. — Я хочу, чтобы вы остались. Так интересно — настоящий писатель! Здесь кроме как с Вороном и тусануться не с кем. Да и он, по правде говоря, зануда.
— С Вороном?
— Да, самый продвинутый в Калиновске перец. Я вас познакомлю.
— А я ему как-нибудь ноги повыдёргиваю, — мрачный Игорь проковылял грязными сапогами по французскому линолеуму. Выглядел он отвратительно. Судя по всему, после вчерашней ссоры, братец провёл остаток ночи в беседах с Бахусом. — Бабушке обед приготовила?
— Уж, наверное, не забыла, — девушка взяла поднос с дымящимися тарелками и отправилась на второй этаж. — У меня же голова с похмелья не болит, — бросила она, не оборачиваясь.
Игорь поморщился. Сейчас ему было не до дерзящей дочери.
— Уже поправился, Шурик? — он смотрел на полупустую бутылку.
— Да уж, — я чувствовал себя неловко. — Спасибо Алле. Выручила.
— Она выручит. Жди больше… Я это самое… Вчера немного… Забудь.
— Какие проблемы! Не рассчитали мы с тобой вчера, с кем не бывает.
— С кем не бывает, — Игорь налил из-под крана стакан воды и залпом выпил.
— Может пивка?
Он затряс головой:
— Я сегодняшнюю норму с утра опрокинул. Боюсь, развезёт… Ты это самое… Извини, что до платформы не подвезу. Понимаешь о чём я? Не могу в таком состоянии за руль.
— А зачем меня куда-то подвозить? Тебя на вчерашние дрожжи опять переклинило?
Игорь долго смотрел на меня. Кровь прилила к его щекам, ладони сжались в кулаки.
— Так ты не уедешь? — он сверлил меня мутно-злым взглядом.
— И не подумаю, — я старался выглядеть спокойным, сделал глоток из бутылки.
— Нет, ты уберёшься! — Игорь схватил меня за запястье. Горлышко ударилось о губы. Я почувствовал солоноватый привкус.
— С цепи сорвался! — мой кулак ткнулся в плечо братца. Тело, ослабленное ночной пьянкой отлетело к раковине. — Ты чего творишь?! — я вытер губу тыльной стороной ладони.
Вид крови на моей руке привёл Игоря в состояние ступора. По крайней мере, потасовку он не продолжил.
— Ты не понимаешь, — он, чуть ли не стонал. Его пальцы вцепились в край раковины. — Ты забыл, как тебя увозили отсюда? Твои родители клялись, что ты не появишься в городе. Только потому тогда это дело замяли. Ты хочешь, чтобы нашу фамилию опять слоняли на каждом углу? Алке, между прочим, замуж выходить. О ней хотя бы подумай!
— Чем же я поврежу репутации твоей дочери?
— А ты не догадываешься?
— Несчастный случай семнадцатилетней давности распугает женихов? Не говори чепухи! К тому же моя невиновность была доказана.
— Доказана?! Тебя пожалели, идиот! Не захотели выносить сор из избы! Увезли подальше! Теперь ты возвращаешься, и всё начинается по новой!
— Что начинается?!
— Всё! Вчера, в посадках нашли тело девушки! Девочки! Тринадцатилетней девочки! — Игорь опустился на стул. — И сразу появляешься ты. Кое-кто вспомнит давнюю историю…
— Что за ерунда? — я ничего не понимал. — Какая девочка? Вчера я был в Москве… Я же тебе звонил с Курского вокзала… Поздно вечером…
— Откуда я это знаю? Ты псих! Понимаешь о чём я? Днём происходит убийство, вечером заявляешься ты!
— Я никого не убивал. Ни тогда, ни сейчас.
— Уезжай.
— Нет.
— Тогда, — он поднялся со стула, — убирайся из моего дома. Понимаешь о чём я? И попробуй только подойти к моей дочери… Я…
— Может, хватит уже, — мы не заметили, как вернулась девушка. — Ты чего разошёлся?!
— Иди к себе!
— Сейчас, разбежалась! — Алла поставила поднос с грязной посудой на стол. — Вас бабушка хочет видеть, — обратилась она ко мне. — А на него внимания не обращайте. Допился до чёртиков.
— Да я вас… , — низвергнутый отец давился возмущением. — Вы у меня… Я… , — он выбежал из кухни. Через пару минут хлопнула входная дверь. Кирпичные стены дрогнули.
11
Я поднялся на второй этаж. Шедшая вперед Алла, остановилась у последней по коридору двери.
— Проходите. Она ждёт. И извините за отца. Не знаю, что с ним.
— Ничего. Между родственниками такое случается, — я повернул резную ручку, толкнул дверь. На всякий случай стукнул костяшками пальцев о косяк.
— Это ты внучек? — голос остался прежним. Всё осталось прежним. Словно Игорь переместил комнатку из обычной пятиэтажки в свой особняк. Простенькие обои, бормочущий телевизор, чёрно-белые фотографии в допотопных рамках, фарфоровые статуэтки на массивном комоде. У меня закружилась голова. А ещё говорят — путешествия во времени невозможны!