Возвращение
Шрифт:
— Да, — подтвердил Синак. — Несколько человек из нашей деревни бежали в горы, спасаясь от инксов. И там, в Андирских горах, мы увидели небольшой дом, стоящий меж скал…
— Знаю, знаю! — нетерпеливо перебил его я. — Но, когда же это было?
— Десять лет назад, — ответил Синак.
— А ты говоришь — двадцать пять лет учился колдовству! — возразил я. — Как же так?..
— Да, снова согласился Синак. — И все же это так. Я не знаю почему, но в том мире, где мы оказались, время течет иначе, чем в Межгорье. Даже все мои знания не дают ответа на вопрос, почему так происходит? И только недавно мы смогли найти дорогу назад. Моя магия помогла мне вернуться. И еще несколько колдунов, отличающихся трудолюбием и талантом, тоже сумели возвратиться в Межгорье.
— А в том мире, где ты был… Там как? — с интересом спросила Йорка. — Клево, да?
— Не знаю, что ты хочешь сказать, — недоуменно пожал плечами Синак, — но тот мир очень отличается от мира Межгорья. Особенно отличаются люди, его населяющие. Мне там было очень неуютно. И я рад, что сумел вернуться обратно.
— И что теперь? — спросила Йорка. — Ты будешь жить в этом замке?
— В замке?! — поразился Синак. — В крепости инксов?! Нет!!! Я здесь для того, чтобы помочь уничтожить их! У меня все уже готово для этой цели! Я обрушу стены крепости на их головы, когда инксы вернутся сюда! Мои заклинания принесут пользу Межгорью! Может быть, и небольшую пользу, но одной инксийской крепостью под этим небом станет меньше!..
— Успокойся, Синак, — усмехнулась Йорка. — Мне кажется, что с этим ты пролетел!..
— Куда пролетел?! — не понял Синак.
— Ты просто опоздал, — объяснил я более понятным ему языком. — Инксов в Межгорье больше нет. Ни одного.
— Подобные мысли уже посещали меня, Оке, едва ты назвал свое имя, — улыбнулся Синак. — Я сразу подумал, что мои знания окажутся ненужными, если в Межгорье снова появился Бессмертный Оке. Ты опять собрал Степь? И повел ее на Лаоэрт? Да?
— Да, — ответил я. — И Лаоэрт перестал быть инксийским городом. Теперь там живут люди. Война окончена. Всего несколько дней назад. А по поводу того, что ты оказался здесь ненужным, — не переживай. Не один ты оказался здесь не нужен…
— Значит, моя магия не принесет пользы, — задумчиво произнес Синак.
— А ты что, только крепости умеешь рушить? — поинтересовалась Йорка. — Больше ничему не научился?
— Я могу многое! — гордо ответил Синак. — Если Бессмертные пожелают, я могу выполнить все, что будет угодно городу Вечных! Я могу заранее сообщить, где готовится кровопролитие. Могу определить, что именно кузнец собирается изготавливать в своей кузнице — плуг или меч — еще до того, как он разожжет огонь в печи. Могу…
— Бессмертных не интересует вся эта фигня! — усмехнулась Йорка. — Бессмертные больше не хотят управлять людьми. Так что и здесь ты пролетел. Как фанера над Парижем… Я правильно говорю, Оке? Только я забыла, что такое фанера… Париж — город, а фанера?..
— Подожди, — отмахнулся я. — Не сейчас… Слушай, Синак. Ты собирался обрушить стены этой крепости. Каким образом?
— При помощи состава, приготовленного из листьев пига, крыльев ночной птицы Пак и кожи трех утренних змей. И заклинания, известного только мне…
— А ты сможешь объяснить, как мне побыстрее разрушить город Вечных?
— Разрушить город Вечных?! — вскричал Синак, изумленно вытаращившись на меня. — Ты ли это говоришь, Бессмертный Оке?!
— Да, — кивнул я. — Город Вечных — мой город. И я сделаю так, как решил. Захочешь ты мне помочь или нет, но городу Вечных больше не бывать в Межгорье!..
— Слова Бессмертного — закон, — склонил голову Синак. — Я дам тебе волшебный состав, объясню, что надо делать, и напишу нужное заклинание. И пусть твоя воля будет исполнена, Бессмертный Оке…
* * *
На рассвете мы с Йоркой принялись собираться в дорогу. Волшебный состав Синака будет сохранять свою магическую силу всего десять дней. Так что теперь нам нужно было торопиться.
Йорка приладила к седлу своего коня сумку с этим зельем и свитком, на котором было записано заклинание. По обоюдному нашему согласию эта честь — разрушение города Вечных — должна была принадлежать Йорке. Во-первых, сам я так и не смог научиться правильно произносить заклинание (то ли из-за страха перед тем, что крепость Сорот может, вопреки заверениям Синака, рухнуть нам на голову; то ли я просто не поверил в эту абракадабру), а во-вторых, Йорке ужасно хотелось самой немножко поколдовать. У нее аж глаза загорелись, когда выяснилось, что такая возможность ей представится. И теперь она тщательно оберегала от любых случайностей и кувшин с магическим раствором, и сам свиток с заклинанием.
— Вот, интересно, — задумчиво бормотала Йорка, поглаживая своего коня, — а сама я смогу научиться таким штучкам?
— Тебе-то это зачем? — спросил я.
— Это же так клево! Ну, как ты не понимаешь? Ведь колдун может все! Если ему вдруг захочется… — Йорка замолчала.
— Чего ему вдруг захочется? — спросил я и посмотрел на Йорку.
Она медленным и плавным движением вытягивала из ножен меч, и взгляд ее был устремлен куда-то в лес. Я сразу понял, что она кого-то там увидела. Тело мое отреагировало быстрее, чем разум, и через миг я тоже стоял с обнаженным мечом в руке, озираясь в поисках грозящей опасности.
— Златоглазый… — злобно прошипела Йорка, и тогда только я увидел причину резкой перемены ее настроения.
Эска приближался к нам спокойной уверенной походкой. При виде его у меня сжалось сердце. «Неужели опять? — подумал я, сам не знаю почему. — Опять — все сначала? Опять?.. Он же говорил, что уничтожит все камеры перемещения! Как же тогда он сам оказался здесь?! И что теперь будет?..»
— Привет, Оке! — улыбнулся Эска, останавливаясь шагах в десяти от нас. — Здравствуй, Йорка! Куда направляетесь?
— Отдыхать, — коротко ответил я. — У нас отпуск. За свой счет…
— Отпуск, значит, — кивнул головой Эска. — А ты знаешь, что под Лаоэртом идет бой?
— Что?! — Мне показалось, что я ослышался.
— Инксы?! — выдохнула Йорка.
— Нет, — ответил Эска. — Не инксы. Люди. Кавар и Сакр. Две армии выясняют отношения. Решают, присоединить ли Закриарье к Межгорью или наоборот.
— Ставлю своего коня против ржавой подковы, что Сакр победит, — неожиданно спокойно произнесла Йорка, возвращая в ножны свой меч.