Чтение онлайн

Богдан махнул рукой и обратился к супруге:

– Ты-то чего уши развесила? Приготовь чего-нибудь, не видишь, кто к нам пришел?

– Боже! Неужели тот самый твой дядя? Что делается в жизни! Кто ж после скажет, то чудес не бывает! – заохала женщина, и начала накрывать на стол. – А вы знаете, дня не было, чтобы он про вас не говорил. Я сейчас, я быстро…

Появилось тушеное мясо в горшке из печки, соленые огурцы, грибы, моченые ягоды, каравай хлеба.

– Камрин не давал нам с голоду помереть в свое время, – приговаривал Богдан, помогая жене накрывать стол. – Спасителем нашим был. Я впервые-то поел нормально, когда он у нас появился…

Хозяин дома разлил по стопкам самогон, положил Камрину в миску мяса, пододвинул соленья.

– Ну, с Богом! Добро пожаловать в свой дом, свою семью, друг!

– Спасибо, брат! – память и благодарность тронула душу Камрина, они звонко чокнулись кружками и выпили.

– Ну, крепкий, – выдохнул Камрин, – видно, что сам сделал.

– Ты ешь, ешь. Конечно, сам гнал, из ягод. Ты о себе рассказывай, где пропадал? Сын бывает на большой земле, сдает в фактории пушнину. Я описывал тебя ему на случай, если встретит, наказывал, чтобы привез к нам. Не встретил… А бабушка перед смертью называла твое имя…

– Я тоже вспоминал вас, скучал. Вот, вернулся назад. Вы стали моей семьей на этой земле. Странствовал я много, столько стран обошел – не сосчитать. Сам не знаю, кого ищу, зачем?… И возраст меня не берет – уж старится должен. Это Ангела моя постаралась – устройство у нее такое было на корабле, жизнь продлевает…

Богдан присвистнул:

– Так на этом же знаешь, какие деньги можно заработать? А где оно сейчас?

Камрин с сожалением посмотрел на Богдана:

– Вот, и ты туда же… Деньги, деньги… Начнем с того, что этой машины уже нет – уничтожена, взорвалась. А если бы и была… Ну ладно, если бы счастье долгой жизни можно было бы дать всем людям. Так ведь нет же! Ваши богатеи, заполучи они такую машину, стали бы торговать долголетием – не каждому, а только тем, кто заплатит. Ладно, в общем, нет этой машины, нету!

Богдан вздохнул:

– Ну что ты так… Да нет, конечно, здорово было бы иметь такую машину, но ты, наверное, прав: простые люди ничего от этого не выиграли бы, все прибрали бы богатеи в свои лапы.

– Вот-вот, – сказал Камрин, – слава Богу, хоть ты понял. А что до долгой жизни – так не нужна она мне, без любви. А ее нет, потеряна, упущена. Мне и жить-то не хочется, но вот – живу, и долго. Смерть меня пока не берет, я от нее не прячусь, но – не берет!

– Перестань глупости говорить! Тебе надо строить жизнь – пока на этой земле, а другой, может, и не будет. Я не хочу обижать тебя, но ты сам учил меня говорить правду в лоб. Правда есть истина, истина есть Бог, верно? Я не забыл твои учения! Значит, вот что я тебе скажу: ты должен забыть прошлое, хотя бы на время!

– Прошлое человек не забывает, если даже очень сильно захочет. Прошлое – это есть настоящее и будущее. А теперь понимаешь смысл этих слов? Пока туда нет дороги, – Камрин большим пальцем указал вверх.

– Ну так и учись жить здесь. Может, сосватать тебя? Это помогает, знаешь ли. Сколько красивых девок мечтали бы выйти за тебя, – поддержала разговор жена Богдана.

– Слушай, – оживился Богдан, – а, может, и вправду девку тебе подобрать какую? У нас тут хорошие есть?

Камрин махнул рукой:

– Теперь ты глупость не говори, Богдан.

– Чего ж глупость-то? – снова вступилась Анастасия, – ты вон парень-то видный.

Богдан цыкнул на нее:

– Молчи, женщина, в чем не понимаешь, не суй нос! Соображай, чего говоришь. Он сам от себя бежит. Ему больно видеть, как его друзья стареют, умирают, а он хоронит их своими руками. Пойдем лучше выйдем на свежий воздух, Камрин, покурю я.

Выходя. Богдан захватил шапку из собачей шкуры.

– Надень-ка, а то холодно, простудишься, я заметил, ты без шапки. Хоть и одет тепло, и воротник высокий, голова-то все равно открытая. Здесь север и зимы морозные. Оставь себе шапку. Я сам себе сшил, но у меня еще есть…

Камрин почувствовал отцовское внимание и заботу Богдана, несмотря на то, что тот на много лет был моложе, и на душе у него стало чуть-чуть теплее.

35

С приходом весны лес становится похож на невесту. Все вокруг цветет, кружит голову лесной аромат цветов и листвы, птицы поют на разные голоса. Все оживает и продолжает радовать человеческую душу. Поистине в такие минуты лес напоминает райский уголок.

Камрин сидел с удочками у реки. Увидев приближающегося Богдана, проговорил несколько недовольно:

– Что так долго, ты же говорил, придешь следом за мной? Что-нибудь случилось?

– Да кабатчик местный не отстает от нас. Я уже рассказывал тебе. Отец его, что продал нам дом в свое время, умер, теперь сын его просит освободить участок. Говорит, что документы не в порядке. Вроде как старый обманул бабушку: не продал, а сдавал как бы в аренду. Теперь, мол, вышел срок, пора освобождать. Говорю – дай свадьбу внуку хоть сыграть, потом уйдем.

– Вы действительно хотите уйти?!

– Другого выбора нет. А то старосту привезет, тогда посадят. В моем-то возрасте только по тюрьмам скитаться. Да и внука жалко, горяч слишком. А как подумаю, что придется уходить отсюда, сердце кровью обливается. Ведь все мое детство прошло вот здесь.

– А ты не представляй, а действуй.

– Да как действовать-то?

Камрин задумался ненадолго, затем решительно сказал:

– Покажи, где этот кабан живет. Подождешь меня на улице, я сам разберусь.

– Может, не надо?.. – спросил Богдан с сомнением.

– Чего боишься, он же меня не знает. Сегодня вечером посмотрим, как живет ваш хозяин питейных заведений. А пока лучше лови рыбу, не грусти, все образуется, – улыбнулся Камрин. – Бабушка меня ангелом-хранителем называла, придется продолжить им служить.

Небо загорелось яркими звездами, и полная луна висела над крышами деревенских домов. Камрин с опаской осмотрелся по сторонам и глубоко вздохнул.

– Ну, Бог с нами! – и направился к дому кабатчика.

– Будь осторожен, – прошептал Богдан вслед, но тут же пожалел о том, что сказал.

«Какой я дурак, что разрешил! Если его поймают, что с ним будет? Старый дурень, захотел молодость вспомнить. Помилуй, Господи, больше этого не повторится!»

Так он стоял, переживая с полчаса, и, наконец, услышал чьи-то шаги. Богдан поспешно отступил еще глубже в тень деревьев, но тут же услышал шепот Камрина, зовущий его.