Чтение онлайн

– Смотреть всё будем?
– Петрович обратился к Аллее.

– Всё, - безапелляционно ответила демоница.

– Нам тоже всё интересно, - переглянувшись с Аделаидой ответил Виктор Оболенский.

– Ну, тогда пойдемте, - немного грустно заметил полковник, - пыль и разруха. Хорошо хоть не полная. И систему отопления в цехах отключили правильно. Ничего не разморожено, и почти все можно восстановить. Приложив определенные средства и усилия.

Обойдя все закоулки пристроек последнего цеха, экскурсанты вышли на дорогу к «складам длительного хранения». Находящимся в сопке.

По дороге к КПП складов, Аллея спросила:

– А коровьи шкуры где перерабатывали?

Заречный на ходу снял фуражку и почесал затылок.

– Здесь из них точно ничего не делали. В советское время, наверное, собирали и отправляли на какой-нибудь кожевенный завод. А после «Перестройки» скорее всего вместе с требухой просто вывозили на свалку. Я не знаю, если честно.

– Наш клан занимается выделкой кожи на броню, и одежду мы из кожи тоже делаем, - пояснила Аллея Оболенским свой интерес, - и я посмотрела в интернете про коровьи шкуры, и нашла их вполне пригодными для использования.

– Кожевенные предприятия, а… э… сильно воняют, - возразила Аделаида, - а мы здесь вроде как жить собрались?

– Я думаю с прочими товарами переброска подготовленных к транспортировке шкур на Инферно будет более чем рентабельна. Особенно если этих шкур будет много, - Аллея задумалась, - а мы сможем стать монополистами по забою?

Оболенские переглянулись.

– Для этого нужно будет значительно расширить цех забоя и первичной переработки мясопродуктов, - Виктор Иванович, как недавно Петрович почесал затылок, - с нашими ресурсами ничего невозможного нет. На нашем областном уровне, по крайней мере. Нужно все обдумать и просчитать. В том числе и скупку конкурентов.

– Хорошо, - удовлетворенно кивнула демоница.

– Это со мной, - просто сказал Петрович дежурному, - пойдем в главный коридор и седьмой склад. Открывай.

Откозыряв старшина скрылся в помещении КПП, и через пять минут огромная гермодверь начала открываться.

– Раньше здесь были соляные шахты, - Заречный подошел к стоянке электромобильчиков и показал на крайний, - садимся. Но соль была грязная, с песком и имела сложный состав. И калий и кальций. Поэтому как пищевую соль её добывать перестали. А как калийную соль, стало нерентабельно после начала добычи калийных удобрений на верхнекамском месторождении. А вот под склады длительного хранения эти шахты подходили почти идеально. Влаги практически нет, выемка грунта сравнительно простая. Вот и нарыли хозяйство.

Петрович подождал пока все рассядутся и покатил по высокому и широкому подземному коридору.

– С первого по седьмой по левой стороне, а с восьмого по двенадцатый по правой. Двенадцатый у нас вроде как арендует областное МЧС. Он и с краю, и по площади как два с половиной обычных, - автомибильчик катил мимо гермодверей с номерами складов. По высокому потолку были проложены трубы вентиляции и кабели освещения, - седьмой склад у нас пустой. И самый недоделанный. И самый дальний и глубокий. Практически штрек соляной шахты. Зато самый красивый. Ну это скоро увидите. А остальные – заставлены поддонами и ящиками до потолка. Мы в них и не суемся. Раз в полгода осмотр, да вот общая инвентаризация была недавно.

– А план самого соляного месторождения есть? – спросила Аллея.

– Что-то такое я видел на бумагах еще пятидесятых годов, но я в этих разрезах и диаграммах ни в зуб ногой, - полковник подъехал к очередной, последней слева гермодвери и выйдя из средства передвижения встал у электрического щитка.

Шелкнув парой тумблеров Петрович подошел к открывающейся двери.

– Дальше пешком.

Экскурсанты вошли в волшебное красочное царство. На бело-серой расцветке тоннеля стали появляться розовые полосы. И чем глубже уходили Аллея и Ко, тем причудливее и насыщеннее становилась окраска «стен и полотка». Ярко розовые, оранжевые, серые, белые, а местами даже черные полосы превращали картину тоннеля во что-то волшебное и нереальное.

Заречный с умилением смотрел на провожаемых.

– Как мне рассказывал один из старожилов, в этом месте большая концентрация калийных солей, и прочих примесей, которые отложились в доисторическом море такими вот слоями. И получилась такая картина. Я сюда всех вожу, кому интересно. По тому как, даже в сотый раз смотря на это, не перестаешь удивляться, какая на свете бывает красота.

– В этом есть еще один неоспоримый плюс, о котором вы Аркадий Петрович не знаете, - Аллея подошла к стене и положила на неё руку. От ладони демоницы во все стороны пошла волна розового света, - соль накапливает жизненную силу. И если здесь мы построим свой дом, то магические существа будут прекрасно себя чувствовать внутри. В прямом смысле слова – «как у себя дома», а может быть даже лучше.

– Осталось только провести замеры месторождения и прилегающих пород, - суккуба посмотрела на Оболенских, - закажем у Белли специалистов, и с той недели они начнут изыскания.

– Вы Аркадий Петрович постарайтесь сегодня отсканировать все что у вас имеется по месторождению и возьмите домой на флэшке. И всю информацию по последней инвентаризации. Я кого-нибудь пришлю за ней, - улыбнувшись суккуба повернулась, - давайте еще посмотрим.

Пройдясь немного вдоль штрека и полюбовавшись на удивительную красоту соляного месторождения, вся компания направилась обратно.

***

Беллариэль обнаружилась в «кабинете».

Они находились за столом и подкреплялись. Калари голая сидела на коленях не менее голой демоницы, а вплотную справа от них в таком же облачении на своем стуле сидела тата. И все кормили друг друга. При этом полукровка рассказывала какую-то смешную, судя по улыбкам суккубы и таты, историю из своей студенческой жизни.

– … а она снизу говорит, - ну что тебе жалко, что ли, для профессора.

Подождав, когда дамы отсмеются, младшая демоница обратилась к старшей:

– Белли, ты сейчас думать можешь?

Старшая Тионда засмеялась.

– Не смотря на всё, что с нами происходит, - с кончика хвоста, дотянувшегося до груди полукровки щелкнула молния, от чего та взвизгнула и подпрыгнула, - я себя замечательно чувствую, и в моральном плане, и в интеллектуальном. Ну а то, что эмоции зашкаливают, так на таком гормональном фоне, это еще цветочки… как Нинэр говорит.

– У тебя что-то серьезное, о погрязшая в трудах и заботах племянница?
– в этот раз щелчок искрового разряда послышался откуда-то сзади таты.