Чтение онлайн

Братья припарковались около ближайшего к пруду здания и спустились с холма к воде. Оба были вооружены: Дин на этот раз зарядил дробовик обычными патронами, а не солью, а Сэм нес пластиковый пакет, украшенный логотипом сети крупных супермаркетов.

– Не знаю, что и думать про твой этот план, Сэмми. Это немножко чересчур даже для тебя.

Сэм не стал огрызаться на подтекст, который явственно читался в словах брата – что именно хрупкое равновесие его рассудка ответственно за такой нетипичный план приманивания чудовищной собаки.

– Мы знаем, что Франкенпес питается жизненной энергией, так? А после нашей вчерашней встречи он сильно пострадал. Ему нужно исцелиться, а значит – поесть.

– Если он, конечно, в принципе может исцеляться, – заметил Дин. – Вдруг он как киношный зомби: просто продолжит гнить и становиться все омерзительнее, сколько бы не съел?

– Возможно, – ответил Сэм. – Но вчера никаких следов разложения не было, так?

– Нет, вроде. Мерзкая была псинка, но мясцо свежее.

От пруда братья свернули и углубились в лес.

Сэм понизил голос:

– Если ему нужно вылечиться, он будет голоден, но искать он станет не еду, которую можно съесть, а жизненную энергию, которую можно вытянуть. Ее-то мы ему и дадим. Или притворимся, что дадим.

– Логику я улавливаю, – не уступал Дин. – Я просто не думаю, что Франкенпсина на такое купится. Может, этот пес и урод, но все-таки собака, а их чувства слишком хорошо развиты, чтобы… – он затормозил и указал на что-то пальцем.

Сэм посмотрел в указанном братом направлении и увидел на земле тело кролика, частично укрытое зарослями. Наверное, кролика, во всяком случае. Тело усохло так, что животное выглядело просто скелетом, обтянутым чересчур просторной шкуркой.

– Похоже, Франкенпсина уже перекусила, – тихо заметил Дин.

Сэм кивнул, и они углубились еще дальше в лес.

По пути братья увидели иссушенные трупики еще нескольких животных – кролики, пара лесных сурков и кошка. Ошейника на кошке не было, из чего Сэм заключил, что она бродячая.

Когда они вышли на небольшую полянку, Сэм сказал:

– Думаю, подойдет.

Дин встал на страже, подняв обрез, а Сэм принялся за работу. Опустившись на колени и поставив рядом пакет из магазина, первым делом он извлек оттуда очень правдоподобного пупса, купленного в игрушечном отделе. Уже в машине он снял упаковку, и теперь только осталось уложить розового голыша на небольшую груду листьев.

– Боже, ты только взгляни на нас, в куколки играемся, – пробормотал Дин.

Сэм это замечание проигнорировал.

Затем на свет появилась коробочка детской присыпки: «Мягкость любимой кожи!» – гласил слоган фирмы. Присыпкой Сэм щедро посыпал куклу. Потом достал банку готового детского питания и плеснул густую белую жидкость кукле на губы. Не очень много: как будто ребенка покормили, и теперь ему не помешает вытереть ротик. Ну а затем пришел черед самой важной части иллюзии. Из кармана пиджака Сэм выудил смартфон, поставил звук на максимальную громкость и запустил скачанный из интернета аудио-файл. По лесу разнесся детский плач, и Сэм оставил смартфон около кукольной головки. Братья отступили к близстоящим деревьям и затаились. Поставив вещи на землю, Сэм вытащил «Беретту».

План объяснялся просто. Франкенпсу нужна была жизненная энергия, а у чего еще может быть больше жизненной энергии (хотя бы в мистическом смысле), чем у ребенка? С такой точки зрения ребенок полон потенциальной жизненной энергии, прямо как банковский счет, с которого еще никто не снимал деньги. Таким образом, ребенок – богатый источник пищи для такого существа, как Франкенпес. По край ней мере, Сэм на это надеялся.

В дни пребывания без души Сэм, наверное, использовал бы в качестве приманки настоящего ребенка. Да, он бы сделал все возможное, чтобы тот не пострадал, но даже если что-то пошло бы не по плану и ребенок погиб, бездушный Сэм не стал бы… не смог проливать по нему слезы. От одной подобной мысли Сэму стало не по себе, и он радовался, что те дни в прошлом. Когда он впервые поделился с братом своей затеей, Дин признал, что из идеи может выйти толк… пусть она и слегка безумна, но потом высказал некоторые сомнения.

– Ты можешь заставить эту штуку звучать, как настоящий ребенок, но кукла по-прежнему пахнет пластиком и резиной. Как только Франкенпес подберется достаточно близко, чтобы как следует обнюхать Сэмми-младшего, то сразу поймет, что что-то не так, и унесет ноги.

Сэм согласился, что такой исход возможен, и потому использовал присыпку и детское питание: чтобы кукла больше смахивала на настоящего ребенка. Он понятия не имел, жил ли Франкенпес когда-нибудь, как обыкновенная собака – или обыкновенные собаки – до того, как стать эдакой корпорацией монстров, но если да, то Сэм надеялся, что собачий мозг сохранил память о том, как пахнут дети. Ну а если нет, он лелеял надежду, что тварь настолько проголодалась, что сердитых криков будет достаточно, чтобы приманить ее и отвлечь от запаха пластика.

Аудиофайл он поставил на повтор, поэтому несколько минут братья слушали детские крики, а от Франкенпсины не было ни слуху, ни духу.

– Может, он уже наелся и больше не голоден? – предположил Дин. – Или слишком далеко и не слышит?

Сэм рассудил, что возможны оба варианта.

– Давай подождем еще немного, пока… – он осекся.

Уголком глаза он уловил какое-то движение и резко развернулся, приготовившись стрелять. Он ожидал увидеть изготовившегося к нападению Франкенпса, но увидел человека, стоящего метрах в десяти поодаль, у подножия старого дуба. Сэм не мог его хорошенько разглядеть, будто смотрел сквозь пелену: мужчина был среднего роста, одет в темный костюм. Синий? Черный? Сказать наверняка не удавалось. Волосы были светлые, русые, наверное, хотя может быть, и белые. Возраст определить не получилось, а вместо лица была размытая муть телесного цвета, которая постоянно шла рябью, словно вода.

– Что? – спросил Дин, с дробовиком наготове оглядывая окрестности.

Не успел Сэм ответить, как человек исчез. В один момент был здесь, а в следующий – пуф! – будто его и не было. Накатила волна головокружения вместе с ужасной усталостью, которая растеклась с головы до ног. «Беретта» внезапно показалась тяжелой, и Сэм подумал, что пистолет может сейчас выскользнуть из пальцев и упасть на землю. Но он сумел удержать оружие, а моментом позже головокружение схлынуло и усталость уменьшилась, хотя полностью не ушла.

– Ничего, – ответил Сэм. – Показалось, будто там что-то есть. Просто почудилось.

Дин нахмурился, глядя на него, и Сэм вполне мог догадаться, о чем он думает.

– Со мной все нормально, – возразил он. – Все мои шарики и ролики более или менее на месте.

– Это меньшее, что меня беспокоит, – проворчал брат.

Сэм ничего не ответил. Ну случилась у него галлюцинация, и что с того? Не первая, и он сомневался, что последняя. Главное, что длилась она недолго и не отвлекла его от…