Чтение онлайн

— Питер рассказал, что у тебя со стиральной машиной возникли проблемы, — заметил Тони.

— Тебе-то какое дело, — пробормотала Дженни, не заботясь о том, что он услышит. Она задумалась, не удалить ли волоски над верхней губой? При таком освещении щетинка очень видна, нужно же за собой ухаживать. В последние несколько дней эта мысль посещала ее неоднократно. Может, она слегка распустилась? Не то чтобы совсем, но это скользкая наклонная дорожка. Розовый спортивный костюм, который валялся рядом со стиральной машиной, — яркое тому подтверждение. Ей нельзя впадать в депрессию и распускаться. Таких женщин все время показывают в дневных телешоу.

— Я знаю свои обязательства перед тобой, Дженни, — произнес Тони, отвлекая ее от мысленного похода в косметический салон, который располагался как раз над парикмахерской: по понедельникам у них практиковали ученики мастеров, и стоило это в два раза дешевле.

Тони говорил голосом, который, по ее догадкам, должен был вызвать у нее уважение и глубокое чувство благодарности. — Хочешь, я заеду и взгляну на твою машину? Не хочу, чтобы у тебя произошел потоп, ты и сама должна это понимать.

Очевидно, бросив ее без денег, оставив после себя лишь чувство глубокой горечи и битый «Форд Эскорт», Тони вовсе не считал, что устроил «потоп». Она заворчала.

— Мы же вроде договорились, что ни к чему таить злобу друг на друга, Дженни. Всякое в жизни случается, и я не желаю тебе ничего плохого. Я хочу, чтобы ты это знала. И я виноват по меньшей мере на пятьдесят процентов в том, что произошло между нами. Я первый это признаю.

Как благородно в твоей стороны, подумала Дженни, учитывая, что это ты меня бросил, ты сбежал, прихватив с собой фургон, классический «Ягуар», и худосочную крашеную блондиночку, едва вышедшую из пубертатного периода. Крашеную блондиночку, которая, как поведали Дженни ее подружки из паба, отзывается о ней в разговорах не иначе как о «старой серой кобыле». Дженни оскалилась на свое отражение.

На другом конце провода Тони все еще говорил:

— … Я с самого начала тебе сказал. Я всегда буду заботиться о тебе и Питере. Я мужчина, а не робот. Наверное, я буду всегда беспокоиться за вас: нельзя же отрезать часть себя только потому, что многое в твоей жизни изменилось.

Что это он имеет в виду? Ее жизнь вовсе не изменилась, только вот денег стало гораздо меньше.

— Так вот, насчет стиральной машины. Сейчас я не могу раскошелиться на новую, Джен. Торговля нынче идет медленно. Летнее затишье, сама понимаешь. Но если старая еще на что-то годится, почини ее, отдай в сервис, все что угодно, никаких проблем. Я справлюсь, компенсирую ущерб, но если случится самое худшее, я знаю одного парня, который торгует подержанной бытовой техникой в Фэйргрин. Если хочешь, я позвоню ему, может, он сделает скидку, частичный обмен или что-то еще, посмотрим.

Дженни сменила позу, чтобы можно было любоваться своим профилем в стеклянную дверь. Частичный обмен на твою задницу, подумала она. Она прекрасно знала, что мисс Взвешивай и Экономь получила новую сосновую кухню от компании «Кантри-стиль» на Тауэр-стрит: женщина из магазина ей сказала. Кухня со встроенной техникой и специальной дверцей для холодильника из соснового дерева, все по полной программе.

Дженни втянула щеки и встала очень прямо, чтобы грудь торчала как можно выше. Тони, должно быть, с ума сошел, что бросил ее ради той девчонки. Несколько лишних фунтов сгладили морщины. Возможно, сесть на диету не такая уж хорошая идея.

— Может, он купит те промышленные морозильные камеры из гаража, если ты его попросишь, — произнесла она, как будто ей это случайно пришло в голову. — Они должны стоить пару сотен. И вечно путаются у меня под ногами. Пришлось выключить их, тех денег, которые ты мне даешь, не хватает, чтобы платить за электричество. И машину поставить невозможно, столько там всего нагромождено. Это такая старая машина, что по ночам ее надо загонять в гараж. Кузов и так изношенный. Порог пробит с водительской стороны, — она перевела дыхание. — Думаю, машина не пройдет техническую проверку. И, знаешь, мой адвокат посоветовал, чтобы я…

Ей не нужно было заканчивать предложение, чтобы услышать, как Тони нахохлился:

— Ты же говорила, что больше не пойдешь к адвокату, что мы можем договориться, как взрослые люди.

Дженни саркастически хмыкнула:

— Взрослые люди?

Взрослые люди, которые не платят по счетам из-за того, что якобы «разорены», но вместе с тем находят деньги, чтобы свозить мисс Взвешивай и Экономь на уикенд в отель с дорогими дубовыми панелями в самом сердце Котсволдса. О да, Дженни все известно об их поездках в Котсволдс от подруги из местного турагентства.

— Да, взрослые люди, — Тони понизил голос и замурлыкал. — Знаешь, она не умеет ухаживать за мной так, как ты, детка. Не умеет готовить, следить за домом, как ты. Она многого не умеет делать… — Его намек повис в воздухе: горячий, пошлый намек, горящий белым огнем в его воображении. Может, идиллия с мисс Взвешивай и Экономь не так уж безмятежна?

— Иногда я думаю, что, бросив тебя, я совершил самую ужасную ошибку в своей жизни, цветочек. Мне ненавистна мысль, что ты сидишь там в полном одиночестве и чахнешь от тоски. Если я могу хоть что-то для тебя сделать, все, что угодно… — его голос затих и перешел в низкое гортанное мурлыканье.

Дженни залилась пунцовой краской. Его слова словно ударили ее электрическим током в самое сердце. Высокомерный ублюдок, как это возможно, что он до сих пор способен причинить ей такую боль? Она расправила плечи. Ни за что на свете она не покажет Тони, что он задел ее за живое.

Она сделала вдох. Воздух обжигал ее легкие, как пламя.

— Брось ты, Тони, — как можно более беззаботно произнесла она. — Времена меняются. Как ты сказал, в нашей жизни многое изменилось.

Проклятье. Похоже, сорока, которая, по расчетам Дженни, должна была разносить новости на хвосте, так и не долетела до уютного маленького любовного гнездышка Тони.

— Я рад, что ты это понимаешь, Джен. Я знал, что рано или поздно ты поймешь, что так будет лучше.

Дженни невесело усмехнулась.

— Лучше? Знаешь, может, ты и прав. Ты словно прочитал мои мысли. Я так рада, что наконец-то обрела свободу. — Она сделала паузу для драматического эффекта. — Ты не единственный, в ком еще бурлит жажда жизни.

— Что, цветочек?

Дженни опять рассмеялась, на этот раз более звучно, будто Тони только что пропустил самую смешную шутку на все времена.