Чтение онлайн

— Девки, решайте быстрее, пока он не передумал! — обратилась к «самаритянкам» верная боевая подруга. — Денег огребете немерено, Эдька парень щедрый.

— А по очереди нельзя? — смеясь, поддержала ее Люся.

— Ты, Люлю, не лезь где не спрашивают! — мнимо сердито одернула ее Алла. — Во-первых, росточком не вышла, во-вторых, Астралова — существо неземное, возвышенное, а ты будешь хихикать не переставая и не впишешься в образ.

— Я бы смогла, — вызвалась Ирина.

— Нет, Ирэн, ты не годишься, — отмела ее кандидатуру любительница розыгрышей. — Спору нет, ты хорошая актриса, но у тебя сисятник слишком большой, а Астралова дама плоская по причине вечной девственности. Еще доброволицы есть?

— Могу я попробовать… — не очень уверенно произнесла Лена.

— Ленок, разве тебе надоело у Николаши? Ты же вроде была довольна и работой, и окладом жалованья.

— Мне в «Геракле» нравится, но я хотела выручить Эдика…

— Молчи! — перебила ее Алла. — А то сейчас Танька тебе глаза выцарапает. Гляди, как пронзает гневным взглядом! Только сцены ревности нам не хватало!

Доверчивая Лена с извиняющейся улыбкой повернула голову и встретила смеющийся взгляд жены издателя.

— Танька, — обратилась к ней неугомонная тамада, — а почему бы тебе самой не обрядиться в хламиду и диковинный головной убор, скрывающий лицо, и не изобразить Астралову? Подсоби хазбенду-то, бизнес ведь семейный.

— Мне пятьдесят шесть, и год назад я законно вышла на пенсию, — все еще смеясь, отказалась Татьяна. — Теперь работаю бабушкой.

— Ну надо же! Столько отличных баб и никто не хочет сшибить деньжат. Ну, девицы, решайтесь по-быстрому, а то придется Толяна наряжать в хламидомонаду Астраловой.

— Еще че! — Верный оруженосец, начисто лишенный чувства юмора, принял все за чистую монету, оскорбился до глубины души и обиженно отвернулся.

— И в самом деле, ты не подойдешь, — тут же дала задний ход верная боевая подруга и пояснила нарочито серьезным тоном:

— Трехдневную щетину можно спрятать под густой вуалью, а вот два метра роста никуда не денешь.

— А можно работать не постоянно? — спросила Аня. — Как я понимаю, интервью, презентации и посещение церкви случаются не каждый день.

— А что? Это мысль! — воодушевилась Алла. — Эдик, тебя устраивает такой вариант? Платить будешь сдельно — в зависимости от астрало-часов, то бишь сколько «самаритянка» пребывает в образе звездной писательницы. Сэкономишь, приятель.

— Я согласен, — поддержал игру тот.

— Тогда по рукам, — хлопнула в ладоши верная боевая подруга. — А с тебя, господин издатель, причитаются комиссионные, поскольку фирма «Самаритянин» берет мзду за трудоустройство.

Эдуард Леонидович, смеясь, полез за бумажником, но она жестом остановила его:

— Нет, это относится к сфере официальной деятельности нашей конторы, так что гонорар за посреднические услуги переведешь безналом. Мотя, дай ему номер расчетного счета. Глянь, как я вам подсобила, а, ребята? Хоть пока считаюсь нетрудоспособной, но посильно приношу пользу. «Самаритянину» еще не приходилось трудоустраивать на должность знаменитой писательницы, но ничего, главное — начать, а потом освоим и этот бизнес. Эдик, сделай нам рекламу среди коллег по ремеслу, пусть и другие издатели к нам обращаются, а мы им будем поставлять кандидаток на исполнение роли звездных авторесс. Но и сам про нас не забывай. Как только придумаешь новую мифическую звезду, сразу к нам, девки сыграют как по нотам. И с «неграми» мы тебе подсобим, наша контора на все горазда.

— Подруга, а кто написал этот портрет? — Казанова показал на подаренную Филиппом картину, висевшую на противоположной стене.

— Это моя скромная девичья тайна, — потупилась Алла. Бросив быстрый взгляд на Ларису, она добавила:

— Повесила как напоминание об ошибках молодости.

— По-моему, классно, — не согласился он. — В этом портрете — вся твоя суть.

— Ага, — кивнула верная боевая подруга. Вздохнула, помолчала и уже серьезным тоном произнесла загадочную фразу, понятную только ей и Ларе:

— Грехи прошлого.

Казанова еще раз Оглянулся, на портрет и пожал плечами:

— По-моему, тут изображена не грешница, а очень сексапильная, красивая и уверенная в себе женщина, каковой ты и являешься.

— Не все ты про меня знаешь, Игорек, — усмехнулась верная боевая подруга. — В моем прошлом немало грехов, но я сделала из этого правильные выводы. В прошлом заложено будущее, главное, чтобы они в пути не разминулись.

— Напарница, ты впервые не наказала человека, виновного в убийстве. Даже в двух убийствах, — напомнил Виталий. — Что это с тобой?

— Добрею, наверное, — отшутилась та и пояснила для Эдуарда:

— Это он о господине Бобкове. Эдик, ты не брал с меня слова держать язык за зубами, а потому в узком кругу близких друзей я его распустила. Не боись, они твоего другана Сеньку не заложат, мы много тайн знаем, но в этом аспекте надежнее могилы.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся ее приятель.

— Ничуть не осуждаю Семена Бобкова за то, что с его подачи прихлопнули сволочную супружницу, потому и не собираюсь его наказывать. А то, что он подстроил аварию компаньону, — меня не касаемо, я не нанималась мстить за всех убиенных бизнесменов. Может, покойник был такой гнидой, что я бы и сама его шлепнула. Забегу на днях к Семену, пожму руку человеку, избавившему моего хорошего друга Эдика от головной боли по имени мадам Бобкова.

Алла выдержала драматическую паузу перед следующей частью своего спича и предварила его словами:

— А сейчас, ребята, вас ожидает а-агромадный сюрприз. Честно признаюсь, терпела из последних сил и никому о нем не поведала, чтобы, как и положено в детективной истории, разгадка состоялась в самом конце.

Все присутствующие смотрели на нее с улыбкой, ожидая очередного розыгрыша.

— Ну-ка, угадайте с трех раз, кто застрелил Валентину Бобкову? — Алла обвела глазами друзей.

— Киллер, — уверенно произнес Эдуард Леонидович.

— Двойка тебе за дедукцию, Эдик. — Верная боевая подруга состроила рожицу. — Не стать тебе популярным детективщиком.

— Даниил, — предпринял попытку Виталий.

— Фи, сыщик, — скривилась она. — Тоже неуд.

— Филипп, — подала голос Лариса.

— Увы, подружка, — развела руками Алла. — И ты не попала в яблочко.

— Так кто же? — почти хором вскричали несколько гостей.

Верная боевая подруга еще немного потомила их, изобразив загадочный вид и поглядывая на своего верного оруженосца, и наконец сжалилась: