Чтение онлайн

— Мы ищем Олю, — произнес Алискер, указывая на соседнюю дверь, — она здесь комнату снимает.

Возле бабкиных ног, обутых в старые кожаные тапки, отороченные мехом, терлась пара кошек.

— А-а? — старушка приложила сложенную рупором ладонь к уху.

— Мы ищем вашу соседку, — наклонившись к ней, крикнул Мамедов.

— Нету ее, — поняла, наконец, старушка.

— Когда она будет?

Овчарки у дома напротив немного успокоились и теперь только порыкивали.

— Не знаю, милый, ее уж, почитай, два дня как нету.

— Два дня? — Алискер сделал удивленное лицо, — а где же она? Может, загуляла, а?

— Все может быть, — философски заметила старушка, — только раньше она так надолго не пропадала. Да вы уж не первые, кто ее разыскивает. Вчерась тоже двое приходили.

— Наверное, приятели, — как можно громче произнес Мамедов.

— Может кому и приятели, только не Оле.

— Это почему же? — спросил Мамедов.

— Потому, — старушка наклонившись, погладила своих кошек, — вот взять к примеру вас, сразу видать, люди порядочные. А энти приперлись ни свет ни заря, весь двор перебаламутили, я с ними даже разговаривать не стала. Тьфу, — старушка в сердцах плюнула на порог.

— Понятно, — задумчиво произнес Алискер, — а как хоть они выглядели?

— Эти двое-то? Ну, знамо как выглядели, как уроды какие. В костюмах с ненашенскими надписями, в глазах туман, на головах ежики. Тьфу, как после пятнадцати суток.

— Ага, бритоголовые, значит? — решил уточнить Мамедов.

— Во-во, милай, совсем безголовые, — согласилась старушка, — а вы что же, Олины приятели?

— Приятели, — Мамедов достал из кармана визитную карточку и вложил в старческую руку, — у меня к вам будет просьба: передайте это Оле. Попросите ее позвонить, скажите — это очень важно!

— Передам, милок, че ж не передать, — старушка снова потрепала кошек по загривкам, — как только ее увижу, так сразу и передам.

— Спасибо вам, бабушка, вас как звать-то?

— Бабой Верой меня здесь кличут, люди хорошие и за хлебом и за молоком мне ходят, и животным моим рыбки приносят.

Она, похоже, еще долго могла бы рассказывать о своей жизни и о помощи сердобольных соседей, но Алискер с Женькой попрощались с ней и пошли к машине.

Женька попросил отвезти его домой.

— Поехали, — сказал Алискер и нажал на педаль акселератора.

На обратном пути Алискер заскочил в «Сигму-А», поинтересовался, не приняли ли они решения по поводу установки дверей и сигнализации.

— Пока думаем, — заместитель директора, плотный усатый мужчина с плешью вяло покуривал, сидя за огромным столом.

— Если возникнут какие-то сомнения, сразу звоните, — Алискер даже не присел, — с прошедшими вас.

— Ага, — ответил зам, встал и, подойдя к холодильнику, достал две бутылки пива, — не хочешь?

— Благодарю, я за рулем. Ну так до встречи? — попрощался он.

Когда он поъехал к офису «Кайзера», часы на приборном щитке его «Нивы» показывали половину четвертого. В конторе было тихо и прохладно как на осеннем кладбище.

— Привет, Алискер, — Антонов-старший вышел из дежурки.

— Здорово, Шурик, — Мамедов пожал протянутую ему руку, — ты сегодня дежуришь?

— Да, сегодня с Маркеловым.

— Как у Валандры настроение?

— С утра к ней патрон заходил, а после его посещений, сам понимаешь, какое может быть настроение.

Затрахала меня мещеряковская въедливость. Ну что человеку спокойно не сидится? Все-то ему нужно знать, во все сунуть свой мясистый нос. Ну, понятно, достала тебя дома жена, так приди на работу, возьми книжку какую и отдыхай от дома. Так нет же, надо на мне отыграться! Подумаешь, мэр его не поставил в известность, напрямую ко мне обратился! Так работа у меня такая, деликатная. Ты скажи спасибо, что я тебя в известность поставила.

Никакой личной жизни. Откуда-то узнал про Виктора! Я же не бегаю за ним по подвальчикам. Прошлый раз все совершенно случайно получилось, ей богу. Возвращалась домой после десяти вечера, забыла Максу мюсли его любимые купить, спустилась в этот магазинчик, он круглосуточно работает, а там шеф собственной персоной! Водочки уже принял и пивом ее, родимую, запивает. Ладно бы еще заведение было приличное. Два ободранных стола, вокруг которых трутся недоросли из ближайшего общежития. И Мещеряков. В помятом, как всегда, костюме, да еще продавщице глазки строит.

Но это же его дело. Я-то ему ни словом об этом ни обмолвилась. А он запомнил. Вот теперь и расхлебываю. Вообще-то как профессионал, администратор он свое дело знает. Ну создал структуру, которая приносит тебе стабильный немалый доход, и отдыхай! Так нет же, ему надо и мою жизнь наладить.

Я отложила тетрадь и ручку и закурила.

Взгляд Вершининой скользнул по висевшему над журнальным столиком портрету Ларошфуко кисти одного тарасовского «пикассо». Полотно было подарен Валандре мужским коллективом «Кайзера» на Восьмое марта и с тех пор не переставало забавлять ее или раздражать — смотря по настроению. Сейчас его барометр замер где-то на нуле. Волна недовольства дотошностью Мещерякова схлынула, но во рту оставался неприятный привкус досады.

Как раз за этим «смакованием» и застал ее Мамедов. Постучав в дверь, он толкнул ее и вошел в кабинет.

— Валентина Андреевна… — Мамедов застыл посреди комнаты.

— Садись, Алискер, что у тебя?

— Ситуация следующая, — он снял плащ и, перекинув его через спинку стула, подсел к столу, — Беспалову убили в подъезде дома по улице Тараса Бульбы, где она незадолго до этого сняла квартиру. Прежде она жила на улице Рыжова сорок пять дробь девятнадцать. Мне кажется она…