Чтение онлайн

Он испуганно вздрогнул, заметив Панчо, который шел

через огород, и шепнул:

— Вот он!

— Не говори ему ничего, — тихо ответила Элена.—

Я сама поговорю с ним в нужный момент и, надеюсь, су¬

мею сказать правду так, чтобы он не принял это как

смертельный удар.

Она взяла пустую чашку, которую Эмилио все еще

держал в руке, и быстро ушла на кухню, чтобы оправить¬

ся от потрясения, пока ее не увидел муж.

Никому другому на ферме приезд Эмилио и Лауры не

принес так много радости, как Хулии. Повседневные встре¬

чи и разговоры укрепили взаимную привязанность деву¬

шек. Веселая и неугомонная Лаура втягивала Хулию в

свои проделки и шалости. Элена с удовольствием замеча¬

ла, как меняется дочь под влиянием двоюродной сестры.

Панчо тоже благожелательно смотрел на эту дружбу и

даже поощрял проказы племянницы, в которых иногда

принимали участие Клотильда и Пабло. Один только Ма-

ноло оставался равнодушным к этим забавам и держался

в стороне. Он не выказывал неприязни к Лауре, но и не

проявлял к ней симпатии. В часы сьесты, когда девушки

играли и веселились, бегая по всей ферме, он сидел у себя

в комнате и читал книги, которые привез Эмилио, выходя

только в том случае, если его звали или слышался свист

217

отца. Никогда прежде этот свист не раздавался так часто!

Панно яростно свистел всякий раз, когда замечал исчез¬

новение сына и догадывался, чем он занят. Всегда, даже

во время сьесты, он находил для него работу.

Для неугомонной Лауры тоже не существовало сьесты.

Они с Хулией бегали под палящим солнцем, и то на ого¬

роде, то в курятнике слышался их приглушенный смех.

Как-то раз, притомившись, они зашли посидеть в сарай.

Не прошло и десяти минут, как Лаура встала и напра¬

вилась к ручной мельнице повертеть рукоятку. Но тут ее

внимание привлек старый сундук.

— Что в нем? — с интересом спросила она.

— Ненужные инструменты и всякое старье, — отве¬

тила Хулия.

Лаура с трудом подняла крышку, скрипнувшую за¬

ржавелыми петлями, и на свет появились старые, уже не¬

нужные вещи, в том числе аспидная доска, стоптанные

башмаки и многое другое. Девушка принялась с любо¬

пытством рыться в этом хламе, и вдруг что-то привлекло

ее внимание. Она показала Хулии запыленную игрушку.

Это была старая кукла с деревянными руками и металли¬

ческими тарелками, которой Маноло играл в детстве. От

времени и безжалостного обращения она пришла в полную

негодность. Тем не менее, когда Лаура нажала ей на жи¬

вот, паяц, хотя и с трудом, свел руки.

— Твоя игрушка?—спросила Лаура.

— Нет, Маноло. Правда, потом и я с ней играла, пока

не запрятала ее так, что сама не могла найти.

Хулия умолкла и, прислушавшись, с тревогой шеп¬

нула:

— Папа идет! Как бы он не увидел, что мы рылись в

инструментах.

— Давай спрячемся! — предложила Лаура.

Они бросились к сложенным в бунт мешкам с зер¬

ном, и не успели укрыться за ними, как в сарай вошел

Маноло. Он направился в противоположный угол и взял

там несколько досок, которые, улучая минуты, когда отца

не было дома, он обстругал и отшлифовал, чтобы сма¬

стерить из них этажерку для книг. Лаура, сдерживая

смех, переглянулась с Хулией и, подойдя на цыпочках к

столярному станку, около которого стоял Маноло, нада¬

вила на живот паяца. Тарелки не зазвенели, но раздался

скрип, и этого было достаточно, чтобы Маноло вздрогнул

218

и обернулся. Едва взглянув на кузину, он уставился на

старую куклу в истрепанном и вылинявшем платье, кото¬

рая, несмотря на усилия Лауры, лишь неуклюже шевелила

трухлявыми полусгнившими руками. Лицо его исказилось

яростью, и, не спуская глаз с куклы, он замахнулся, буд¬

то хотел выбить ее из рук Лауры, но сдержался, повер¬

нулся спиной к девушке и вышел из сарая, не взяв досок.

Его неожиданное и странное поведение ошеломило и Лау¬

ру, и Хулию. Пораженные, они посмотрели друг на друга.

Потом Хулия пролепетала:

— С чего это он?.. Что с ним случилось?..

— Сама не понимаю. Я думала сделать ему приятный

сюрприз, а видишь, что вышло!.. Какой твой брат стран¬

ный!

Это происшествие испортило им настроение. Они мол¬

ча вернулись домой, и долго потом не было слышно их

смеха. Только в сумерки, когда Пабло поил лошадей, де¬

вушки подошли к нему поболтать.

Под навесом, глядя на поле, погружавшееся в темноту,

беседовали Эмилио и Панчо. Фермер, хотя и держался уже

не так натянуто, горячо спорил со свояком, отстаивая

свою точку зрения.

— Вам, городским, все кажется легким. Надо сперва

побыть в нашей шкуре, а уж потом говорить.

Эмилио не менее горячо защищал свои взгляды.

— Пойми меня, Панчо!.. Времена меняются, наступил

век механизации: один трактор с успехом заменяет десять