Чтение онлайн

Поэтому, пока остальные вдохновенно заливались соловьями, рассказывая о своих новостях, Наташа, пользуясь своим стратегически выгодным положением, нет-нет, да поглядывала на ведущего машину Воронцова, казавшегося ей несколько более задумчивым и напряженным, чем в прошлый раз. Правда, прошлый раз состоялся около двух лет назад, а виртуальное общение не слишком-то позволяет понять, какое выражение лица является обычным для твоего корреспондента.

– Не такой? – переспросил Данил. – Что ты имеешь в виду?

– Такое ощущение, будто у тебя что-то произошло.

Воронцов сжал губы. Ох уж эта женская проницательность! Вечно из-за нее проблемы!

– Да ничего особенного, – отозвался он, надеясь исчерпать этим тему.

Увы, тщетно: направление разговора уже поменялось, и остальные не замедлили его подхватить.

– А ведь верно, господин молчун! – заговорил Олег. – Чего это мы все о себе да о себе? У тебя-то какие новости?

Мда, вопросик… С новостями у Воронцова как раз было не густо. По крайней мере, с теми, которыми можно было поделиться. «Странные» отношения с Кирой и еще более странные события сегодняшнего утра к таковым не относились. В остальном же его жизнь представляла собой достаточно скучное и банальное чередование дома и работы… Хотя… Друзья ведь на то и нужны, чтобы выслушать и поддержать, а то и совет дать дельный. Серж, например, как опытный компьютерщик, может подсказать что-нибудь по поводу аномалии, связанной с электронными средствами коммуникации. Каким образом человек может исчезнуть сразу отовсюду? С другой стороны, а как объяснить странный ответ менеджера «Техно-Эксперта», когда Данил позвал к телефону Киру?

– Ну, что задумался? – поторопила его Эжени.

– Даже не знаю, с чего начать…

– Думаю, с начала, – сострил Олег. – Только не с собственного рождения.

– Хорошо, – решился Данил. – Тут какая-то чертовщина творится…

И он поведал друзьям таинственную историю сегодняшнего утра, умолчав лишь о том, какое на самом деле место в его жизни занимает Кира Туманова, и представил ее, как своего друга. По ходу рассказа он краем глаза наблюдал за выражениями лиц всей «великолепной четверки». За Наташей – боковым зрением, а за остальными – через центральное зеркало заднего вида. Результаты наблюдений оказались весьма любопытными. Если лица мужчин просто выражали сильное удивление, то женщины… Наташа ощутимо скучнела, и в глазах ее тускнел жизнерадостный и азартный блеск. Данил приписал этот феномен своему не слишком веселому рассказу, ибо других причин для таких перемен не находил. А вот Эжени его по-настоящему напугала: лицо ее заметно побледнело, а в глазах заплескалась нешуточная тревога. Учитывая ее эзотерическую специализацию, это наводило на довольно мрачные размышления.

Надо будет потом отвести Эжени в сторонку и пообщаться приватно: при остальных она может всего не сказать…

Завершив рассказ, он замолчал и некоторое время просто сосредоточенно вел машину, ожидая реакции слушателей. Первым разродился Серж.

– Вот заинтриговал, так заинтриговал! Дамы и господа, есть идея. У нас почти сутки до отбытия. Почему бы нам всем вместе не взяться и не распутать это загадочное дело? Есть возражения?

Их не оказалось.

– Значит, решено, – резюмировал Серж. – Не переживай, Данил. Одна голова хорошо, а пять – лучше. Мы этот твой детектив на раз-два щелкнем, как орех щипцами!

Воронцов кивнул, и на лицо его пробилась улыбка первого, пока еще робкого оптимизма.

Вещи они оставили в камере хранения аэропорта, так что мобильности их не стесняло ровным счетом ничего. Изначально планировалось в качестве штаба для расследования использовать квартиру Данила, но этому неожиданно воспротивилась Эжени.

– Аргументируй, – попросил Серж, несколько удивленный ее энергичным отпором.

– А вы подумайте сами, господа Пинкертоны, и подумайте хорошенько. Вы вот взялись тут в детективов играть, абсолютно не представляя, с кем связываетесь, и каковы возможности нашего потенциального противника. Времени на все про все у нас сутки, и отнюдь не факт, что нам их окажется достаточно, чтобы распутать это дело. Вы тут сейчас лихо шашками размахивали, но мы-то завтра в это время будем уже в самолете, а Данилу здесь еще жить. Есть вероятность и немаленькая, что этих суток нам только и хватит на то, чтобы разворошить осиное гнездо, а при таких обстоятельствах светить перед противником жилище нашего общего друга весьма неразумно.

– А какие же еще варианты? – удивился Олег. – Снять номер в гостинице?

– Вовсе нет. У меня в Екатеринбурге, чтоб вы знали, квартирка имеется. «Хрущевка» двухкомнатная. Я ведь тут жила до переезда в Питер. Так вот, я ее сдаю – все-таки кое-какой дополнительный доход. Но на лето мои квартиранты обычно в деревню уезжают. Надеюсь, так они поступили и на сей раз. А ключи я на всякий случай с собой прихватила. Так что, милости прошу к моему шалашу!

– Да ты у меня просто гений! – восхитился Серж, с чувством поцеловав свою миниатюрную жену в макушку. – Я, честно говоря, напрочь забыл про твою местную хату!

– Что же, в таком случае, решено, – подвел итог прениям Данил. – Едем к тебе. Где твоя квартира?

– На ВИЗе, недалеко от «Карнавала».

– Оп-па, вот так совпадение! – удивился Данил.

– В смысле? – спросила Наташа.

– Там неподалеку раньше Кира жила, пока замуж не вышла. Родители ее еще и сейчас обитают в том районе. Думаю, в качестве первого шага расследования будет совсем нелишним туда заглянуть.

– А что, разумно, – задумчиво произнес Олег, а Эжени и Наташа молча кивнули.

– Принято единогласно! – жизнерадостно улыбнулся Серж. – Поехали!

День Изменения. 13:00–14:00.

Последний шанс… Именно такие мысли крутились в голове Киры, когда она ехала к дому родителей. Кто угодно мог забыть ее, даже Антон, но только не они! Ни отец, с которым Кира столько лет прожила душа в душу. Ни мама, которая не только родила ее, но и все детство надышаться не могла на свою любимую дочь. С их памятью подобного произойти просто не может. Так она себя уговаривала в трамвае, потом заходя во двор, и пуще прежнего – поднимаясь по лестнице на четвертый этаж. Ибо с каждым шагом страх потерять эту последнюю отчаянную надежду (каким бы оксюмороном ни звучало это словосочетание) делался все сильнее и настойчивее.

Перед дверями квартиры родителей Кира замерла на долгих две минуты. Рука, которую требовалось поднять, чтобы нажать на кнопку звонка, вдруг, казалось, стала весить как минимум полтонны. Неопределенность, однако, была хуже, а потому, в конце концов, Кира резким движением «взяла вес» и позвонила…

Дверь открыла мать. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Кира – не в силах произнести ни слова от волнения и страха, а Ирина Львовна Лунина – в ожидании, пока выскажется гостья. Напрасно Кира искала в ее взгляде хоть искорку узнавания. Так смотрят обычно на абсолютно незнакомого человека.

Ирина Львовна не выдержала первой:

– Простите, я чем-то могу вам помочь?

Одному Богу известно, чего стоило Кире в этот момент сдержать рвущееся из груди наружу рыдание.

– Это вы извините, – глухо произнесла она. – Я, похоже, квартирой ошиблась. Миловановы тут живут?

– Таких тут нет.

– Это дом 21б?

– Нет, 21а.

– Ну вот… Вечно я адреса путаю! Простите еще раз.

И не слушая вежливого ответа Ирины Львовны, Кира стремительно побежала вниз по лестнице…