Чтение онлайн

— Ни в коем случае! — раздался на всю пещеру возмущенный голос.

Все вздрогнули. Человек, которому они дали прозвище Никто, был так молчалив и необщителен, что все о нем быстро забывали. И когда он внезапно подавал голос, все пугались, словно голос этот звучал из пустоты.

— Ни в коем случае! — повторил Никто. — Наша сила в том, что нас много! Если разбредемся по лесу — нас переловят, как кроликов… Ваастан, неужели и ты?..

— Нет, — угрюмо отозвался наемник. — Здесь останусь.

— Хоть один умный человек… — облегченно вздохнул Никто. — В конце концов, с нами женщины! Мы обязаны о них позаботиться!

Ингила презрительно фыркнула.

— Мы не разбежимся по лесу, — спокойно ответил Ралидж. — Возьму с собой двоих, не больше. Погляжу, куда след ведет. Айфер, ты здесь останешься, женщин и впрямь поберечь надо. Раз Тихоня умеет следы читать, так мы с ним и вдвоем управимся.

— Не вдвоем, — внезапно сказал Челивис и поднялся на ноги. — Я лишним не буду.

Вей-о! Впервые за время путешествия высокомерный и нагловатый Сын Рода проявил беспокойство о ком-то, кроме своей драгоценной персоны!

— В эту игру я еще не играл, — ответил Челивис, встретив вопросительный взгляд Сокола. — И… и мальчишку все-таки жалко.

Пилигрим подался вперед, словно хотел вызваться, но оглянулся на бледное личико Фаури, которая изо всех сил старалась держаться храбро… и вновь опустился на подстилку из ветвей.

— А я? — возмущенно вскинулся Рифмоплет. — Я что же, здесь останусь?

— Я же не войной иду на этих гадов, — покачал головой Сокол. — Догнать… разведать… может, по-тихому вытащить пленников… Для этого троих вполне хватит.

Рифмоплет сник.

— Пусть мой господин возьмет беднягу, — снисходительно заступилась Ингила. — У него же на физиономии написано, что уже замыслена поэма. Героическая. Разве ж он в пещере усидит?

Ралидж усмехнулся и кивнул.

Тихоня и впрямь оказался мастером читать следы. Даже в сгустившихся сумерках не пропустил место, где женщина ухитрилась сбросить веревки и прыгнуть в кусты. К сожалению, похитителям удалось схватить беглянку, но, судя по переломанным вокруг ветвям бересклета, погоня продолжалась долго и порядком задержала мерзавцев.

И теперь Ралидж с друзьями сумел нагнать похитителей, а толку-то что?

В склоне горы чернела пещера, из глубины которой, словно налитые кровью глаза чудовища, светили огни факелов. Каменный свод оскалился железными прутьями: массивная решетка готова была в любой миг упасть сверху, перегородив вход. У входа разговаривали невидимые в сумраке люди. Орешку, лежавшему в кустах на склоне повыше пещеры, оставалось лишь слушать их беседу, благо каждое слово доносилось до него вполне отчетливо.

— Тебе что, трудно меня выручить? — возмущался знакомый голос, при звуках которого Орешек до крови прикусил губу. — Кусок от тебя отломится, если эти двое пару дней здесь посидят? Мне их сейчас к господину тащить несподручно, а ему из Наррабана как раз заказ пришел на партию акробатов, танцоров и прочих таких жонглеров.

— Да мне их и три дня подержать не трудно, — отозвался ленивый басок. — А только на кой нам это надо? Тебе и мне — а, Шершень? Понятно, за умельцев платят дороже, но ведь мне все время рабочие руки нужны! Рабы дохнут, добыча падает… Слушай, продай эту парочку мне! Заплачу, понятно, меньше, так ведь не господину, а тебе! И дальше можно так торговать — напрямую, а?

— Да ты что? — ужаснулся Шершень. — Господина обманывать?! Я и ахнуть не успею, как окажусь на самом дальнем твоем ярусе. Прибавлю тебе пару рабочих рук!

— Трусишь-то чего? Откуда господин узнает, если промеж себя все порешим?

— Кто? Господин? Этот — узнает! Его обманывать — самому себе костер складывать! У него когти совиные: вцепится — не выпустит!

— Ладно, ладно! Считай, я пошутил… Хорошо, пусть твоя парочка у меня посидит. Прямо здесь, в клетке. Завтра велю, чтобы их покормили.

Заскрипев, решетка обрушилась вниз, концы толстых прутьев лязгнули о камень. Смутные тени, удаляясь от пещеры, исчезли в ночи. По ту сторону решетки переливался багровый свет и звучали неясные голоса.

К Ралиджу подошел Рифмоплет. Он вместе с Тихоней ухитрился прокрасться к самому входу в пещеру, и теперь, с трудом пряча в голосе горделивые нотки, стал рассказывать:

— За решеткой стоит большая клетка. Туда пленников и посадили. В стене, на подставках, два факела горят. Под ними сторож устроился, дряхлый такой дедок. Прямо на полу набросано тряпье всякое. Он там и сидит, как в гнезде.

— Над головой — колокол, — мрачно уточнил из-за его плеча Тихоня. — Сигнальный. Начнем решетку ломать, а дед трезвон поднимет…

— А из пещеры — ход в глубь горы! — азартно перебил его Рифмоплет. — Черный такой, ничего не видно!

Облака разошлись, и огромная, почти полная луна обрушила на лес водопад лучей, разом высветив незадачливых «освободителей».

Ралидж, встав, задумчиво стряхнул с одежды сухую траву.

— Похоже, нам здесь делать нечего… Ладно, пошли отсюда. Дня два этих бедолаг никуда из клетки не денут. Завтра подумаем, чем им помочь.

— Хоть скажем мальчишке, что его родители живы… — отозвался Челивис.

Все побрели прочь от пещеры. На душе у них было препаршиво. Они отправились в погоню, чувствуя себя лихими героями, которым только бы настичь врага… Вот и настигли…

Их невеселые раздумья прервал короткий вскрик и энергичное ругательство: Рифмоплет по колено провалился в какую-то яму.

— Нора? — вопросительно бросил Челивис.

— Нет, — глухо ответил Тихоня. — А ну, пусти-ка…

Он вцепился в ветви растущего возле ямы куста — и куст неожиданно легко отошел в сторону, унося на корнях широкий пласт земли и мха и открывая в склоне черный лаз.