Шрифт:
Premiere publication Carnets Nord, 2019
Published by arrangement with Lester Literary Agency & Associates
1
Petitesannonces.fr
Тема: Ищу спутника (спутницу) для последнего путешествия
Автор: Эмиль26
Дата: 29 июня 01:02
Сообщение:
Молодой человек 26 лет, приговоренный ранним Альцгеймером, хочет отправиться в последнее путешествие. Ищу спутника (спутницу), чтобы разделить его со мной.
Маршрут утвердим вместе. Альпы, Верхние Альпы, Пиренеи? Путешествие в кемпинг-каре с пешими походами (придется нести рюкзак и палатку). Физическая форма обязательна.
Отъезд: как можно скорее. Продолжительность путешествия: два года максимум (по прикидкам врачей). Возможно, меньше.
Профиль моего спутника / спутницы: специальных медицинских познаний не требуется – я не получаю никакого лечения и нахожусь в хорошей физической форме.
Сообразительность: у меня могут случаться все более серьезные провалы в памяти.
Вкус к природе.
Не пугаться несколько примитивных жизненных условий.
Желание разделить приключение.
Связаться со мной можно только по электронной почте. Мы сможем обменяться телефонами впоследствии.
Эмиль потирает подбородок. Эта привычка, когда он задумывается или в нерешительности, у него с детства. Он не уверен в своем объявлении. Он находит его холодным, бестелесным, да и немножечко безумным. Он написал его одним махом, не раздумывая. Час ночи. Уже неделю он почти не спал. Писать это не помогает.
Он перечитывает объявление. Ему кажется, что оно оставляет странный вкус во рту. Горьковатый. Вот и хорошо, решает Эмиль, текст достаточно черный, чтобы отпугнуть чувствительные натуры, и достаточно бессмысленный, чтобы обескуражить середнячков. Только человек, непохожий на других, способен вчитаться в это двинутое объявление.
С тех пор как ему сообщили приговор врачей, мать плачет, а отец стискивает зубы. Сестра худеет, лицо ее осунулось. А он – ничего. Он принял новость в полной ясности ума. Форма раннего Альцгеймера, сказали ему. Нейродегенеративное заболевание, приводящее к постепенной и необратимой потере памяти. В конечном счете оно поразит мозговой ствол до полного его разрушения. Мозговой ствол отвечает за жизненные функции: сердцебиение, артериальное давление, дыхание… Это хорошая новость. Смерть настигнет его быстро. Через два года самое позднее. Вот и отлично. Он не хочет стать обузой, провести остаток жизни, еще десятки и десятки лет, в раннем маразме. Нет, он предпочитает знать, что скоро умрет. Два года – хорошо. Есть время еще немного пожить.
И не так уж, в сущности, плохо, что Лора бросила его год назад. Иначе все стало бы куда сложнее. Он повторяет это про себя уже неделю, с тех пор как услышал приговор. Лора ушла и не дает о себе знать уже год. Ни одного звонка. Он даже не знает, где она сейчас живет. И тем лучше. Ничто его больше не держит. Он может уехать. Может отправиться в это последнее путешествие со спокойной душой. Не то чтобы у него никого нет… Есть родители, есть сестра Маржори и ее муж Бастьен, их близнецы. Есть Рено, друг детства, Рено, который недавно стал папой и ищет дом для своей семьи. Рено – отец и женатый человек… Вот это называется реванш! Никогда бы они оба и не подумали о таком. Рено был смешным толстяком в углу класса. Астматик, аллергик на арахис и посмешище на спортивной площадке. А Эмиль – он был непоседой, шалуном и даже немножечко бунтарем. Посмотреть на них вместе – непонятно, как эти двое могли сойтись. Увалень и бунтарь. Рено всегда оставался немного в его тени. А потом, с годами, все изменилось. К лучшему для Рено. Сначала он сбросил десять кило, потом нашел свой путь: стал логопедом. С тех пор он преобразился. Встретил Летисию, и теперь у них семья. А он, заводила, так и остался на обочине. Двадцать шесть лет, уже не такой непоседа. Не сумел удержать Лору…
Эмиль встряхивает головой, откинувшись на офисном стуле. Больше не время сентиментальничать и пережевывать прошлое. Теперь надо сосредоточиться на путешествии. Эта идея пришла ему в голову, когда он услышал приговор. Час или два он провел развалившимся на куски, а потом мысль о путешествии проклюнулась в его мозгу. Он не говорил об этом. Никому. Он знает, что ему не позволят. Родители и сестра поспешили записать его на клинические испытания. Врач, однако, выразился недвусмысленно: речь идет не о лечении, не о помощи, только о том, чтобы узнать больше о его редкой болезни. Что за интерес для него – провести последние годы в больничной палате в качестве подопытной свинки. Но родители и сестра настаивали. Он знает почему. Они отказываются смириться с его смертью. Цепляются за крошечную надежду, что эти клинические испытания смогут затормозить болезнь. Затормозить – и для чего? Продлить его жизнь? Продлить маразм? Нет, решено: он уедет. Утрясет все детали в полнейшем секрете, не сказав им ни словечка, и уедет.
Он уже нашел кемпинг-кар. Перевел деньги. Он заберет машину в конце недели. Поставит ее на парковку в городе, пока уладит все остальное, чтобы не возбуждать подозрений родителей и сестры. Насчет Рено он еще колеблется. Рассказать ему? Спросить его мнения? Эмиль не знает. Будь Рено холостяком, без детей, все было бы иначе. Они уехали бы вдвоем. Без всякого сомнения. Но все изменилось, вот так. У Рено своя жизнь, свои обязанности. И Эмилю не хочется тащить его в эти последние скитания. А ведь когда-то они вместе мечтали о приключениях. Они говорили друг другу: «Когда закончим учебу, уедем с палатками и рюкзаками в Альпы». Потом Эмиль встретил Лору. А Рено встретил Летисию. И мечты о приключениях остались в прошлом.
Сегодня он может наконец уехать. Почти ничто больше его не держит. Всего два года жизни впереди и близкие, которые уже готовятся его потерять. Теперь или через два года, невелика разница. Он в последний раз перечитывает объявление. Да, оно странное и безличное. Да, скорее всего, никто не откликнется. Не важно, он все равно уедет. Один. Он боится умереть в одиночестве, это тревожит его больше всего. Но если так должно случиться, если никто не отзовется на его объявление, что ж, тем хуже. Он уедет, потому что его последняя мечта сильнее страха. Эмиль кликает на «Отправить», и на экране высвечивается сообщение: объявление опубликовано. Он со вздохом откидывается в кресле. Четверть второго ночи. Если вдруг кто-то откликнется, если вдруг кому-то хватит безумия или мужества (он толком не знает, как это определить) ответить ему… в общем, в таком случае он убежден, что найдет лучшего спутника всех времен.
– Эмиль, старина, мне очень жаль, я не смог оставить малыша на Летисию, она работает. Впрочем, знаешь, она присоединится к нам, как только закончит.
Рено смущен, что заявился в больничную палату с пацаном на руках. Эмиль хлопает его по плечу.
– Прекрати, ты же знаешь, что я рад видеть твоего мелкого.
– Он должен уснуть. Не спал ночью. Сейчас его должно сморить.
Рено выглядит усталым. Эмиль смотрит, как он изворачивается с младенцем под мышкой, пытаясь разложить коляску. Младенцу едва минуло полгода, и Эмиль так и не привык видеть Рено с ребенком. Это все еще кажется ему абсурдным. А уж сейчас, когда тот раскладывает коляску с таким сосредоточенным видом, это сильнее его.
– Почему ты смеешься?
– Мне кажется, я вижу мираж.
– Как? Почему?
– Ты с мелким, ты король складной коляски.
– Ага, издевайся. С тобой тоже…
Он не заканчивает фразу, и Эмиль сразу понимает почему. Рено хотел ответить: «С тобой это тоже однажды случится», как обычно, но осекся. От своей промашки он стал пунцовым.
– Извини… Я…
Эмиль качает головой и отвечает с широкой улыбкой:
– Да нет, со мной этого не случится. По крайней мере это мне не грозит! Кто сказал, что жизнь плохо устроена?
Он пытается вызвать у Рено улыбку, но это напрасный труд. Рено оставляет в покое коляску и поворачивается к нему с перекошенным лицом.
– Как тебе удается? Я хочу сказать… Я не могу больше спать… Как тебе удается с этим шутить?
Эмиль пытается избежать его взгляда, будто бы рассматривая свои ногти. Он говорит с непринужденным видом:
– Все хорошо. Я хочу сказать… через несколько месяцев я даже не буду знать, кто я, так что… Ничего больше не будет иметь значения. Не стоит портить себе кровь.