Чтение онлайн

Кочетов заплатил деньги, получил свою покупку, сунул её в карман и вышел на улицу.

На тротуаре его нетерпеливо ждал Рудницкий.

— Вот так удача, товарищ майор, — с трудом сохраняя спокойствие на лице, прошептал он. — Что делать будем?

— Продолжать поиски, — невозмутимо ответил Кочетов.

— Как? — удивился лейтенант, шагая рядом с Кочетовым. — Неужели вы не заметили за стеклянной перегородкой...

— Инвалида? Заметил.

— Разве он инвалид?

— Да, Алёша. У него нет обеих ног, — с большим сочувствием к чужому горю произнёс майор.

— Ног?.. Но... но его видно только до пояса!

— Верно. Однако в углу стоят костыли. Он прячет их за стареньким халатом, который висит там же, на крючке.

— Костыли, конечно, доказательство, — согласился Рудницкий. — Но почему вы считаете, что они принадлежат ему и что у него нет обеих ног?

— Работая, этот человек, чтобы сохранить равновесие, постоянно тяжело упирается на локти. Когда ему приходится потянуться одной рукой за инструментом, который оказался далеко, другой рукой он крепко хватается за край столешницы.

— Досадно, что я сам не заметил всего этого, — сознался Рудницкий. — Но этот человек ремонтирует автоматические ручки. А Гарри Макбриттен как раз такую и привёз в футляре...

— Ну и что же?

— Он явился в магазин и, не вызывая ни у кого подозрения, отдал инвалиду свою ручку, будто для ремонта. Она имела какие-то особенности, по которым инвалид узнал Макбриттена.

— А дальше что?

— Всё, что угодно! Инвалид мог передать ручку куда следует или, наоборот, вручить что-то Макбриттену.

— Но для этого Макбриттену не нужно было скрываться. Он мог всё это проделать в любой день, на виду у всех. И не только сдать ручку, а и получить её обратно, если это требовалось. Однако Гарри Макбриттен скрылся! А этот факт говорит о том, что Макбриттен должен сам что-то сделать, лично выполнить какое-то задание, которое, надо думать, гораздо сложнее того, что предполагаешь ты. Мне сдаётся — ему нужен помощник или временное убежище. Для дел, которыми занимается Макбриттен, безногий инвалид — плохой помощник. Проводить незаметно к убежищу ему тоже не легко.

— Но инвалид мог быть связным, — не сдавался лейтенант, — позвонить куда следует по телефону...

— И вызвать третьего? — закончил мысль Кочетов. — Нет. Характер такого телефонного разговора, если даже он облечён в самую невинную форму, требует соблюдения хотя бы элементарнейших условий конспирации. Во всяком случае, следует постараться, чтобы постороннее ухо ничего не слышало. Такой разговор удобно вести из кабинета. Но его в магазине нет. Столик заведующего приткнут в углу за прилавком, там находится и телефон. Пользоваться таким аппаратом крайне опрометчиво. Но ещё хуже было бы уйти от него к какому-то автомату. Тут уж каждый, заметив, сказал бы, что человек секретничает.

Лейтенант Рудницкий внимательно слушал Кочетова и думал:

«И когда он успел всё увидеть и осмыслить. Ведь, казалось, в магазине майор был занят мальчиком и покупкой куклы для дочурки».

— Нет, нет, инвалид, ремонтирующий автоматические ручки в магазине «Детский мир», не тот соучастник, который нужен Макбриттену. К тому же, — голос майора едва заметно дрогнул, — на правом лацкане пиджака инвалида сохранился след от ордена Красной Звезды, который он носил, когда костюм был несколько новее. Этот след говорит о многом. И я уверен, каждый советский человек, заметив его, с глубоким чувством уважения мысленно низко кланяется герою-инвалиду. Будем о нём думать хорошо.

— Значит, и здесь нам не повезло, — огорчился лейтенант, которому доводы Кочетова казались недостаточно основательными. И если он принимал их, то лишь потому, что верил опыту и знаниям майора. — Всегда вот так бывает, сразу не задастся какое-то дело, потом хоть бросай его.

— Так, может, бросим?

— Да нет, товарищ майор, это я, так сказать, к слову, — поторопился поправиться Рудницкий. — Понимаю, сказал неудачно, но досада одолевает. Хочется ведь поскорее найти...

— Хочется, — согласился Кочетов. — Но досада в нашем деле плохой советчик. Перейдём-ка лучше на ту сторону улицы и попытаемся понять, что искал Гарри Макбриттен за воротами строящегося дома.

На перекрёстке офицеры перешли улицу, миновали глухой покрашенный известью забор с козырьком и вошли в настежь открытые ворота.

Во дворе, заваленном грудами камня, песка, кирпича, досок и другими строительными материалами, из котлована поднимался первый этаж будущего здания. Каменщики работали ещё с небольших подмостков, а кое-где и прямо с земли.

Рудницкий смущённо покосился на Кочетова и перевёл взгляд на высоко взметнувшуюся в небо ажурную стрелу крана. Объект для иностранного разведчика был явно неинтересный. За информацию о том, что в городе, в котором гостила делегация, широко развёрнуто жилищное строительство, хозяева за границей вряд ли хорошо заплатят, а диверсию устраивать слишком рано. Кладка стен только началась.

За спинами офицеров послышались неторопливо приближающиеся шаги, сухой кашель и хрипловатый голос:

— Граждане! А граждане!..

Кочетов и Рудницкий оглянулись. Щуря колючие глазки, к ним вразвалку приближался невысокого роста старик в сильно поношенных сапогах, выгоревшем на солнце пиджаке, под которым виднелась тёмно-синяя косоворотка с белыми перламутровыми пуговицами.

— По делу пришли, — спросил он, — или полюбопытствовать? А?

— По делу, — сухо ответил Кочетов.

— Прораб нужен, главный инженер или Сидор Сергеевич? А? — потирая ладонью давно небритую щёку, недоверчиво поинтересовался старик.