Второгодник
Шрифт:
– Я?! – заметно удивилась Ташша. – Ты давно не спрашивал у меня совета! Что-то случилось?
– Нет, не случилось! Но иногда взгляд со стороны – он более полезный, чем собственный!
– Возможно…. Я предлагаю оставить все как есть!
– Но – почему?
– Твои товарищи, парни и девушки с твоей планеты…. Они теперь знают, что за опасность их может ждать за стенами этого города, точнее того, что от него осталось. Знают и будут заблаговременно готовиться к схваткам с этими животными! Ленивых это знание не спасет, зато для остальных будет стимул!
Заречнев задумался, спустился вниз, бегом направился в сторону частой одиночной стрельбы и уже довольно близкой отметки.
– Да! Наверное, ты – права! – наконец, признал он. – Пусть все так и будет! Но – в следующий раз. А сегодня я доведу начатое до конца! Тем паче, как ты понимаешь, эти мои товарищи о хищниках пока не знают ничего!
Женщина-змея ничего не ответила. Сашка догадался, что Ташша, возможно, в чем-то не согласна с ним, но зная его упрямый характер, спорить с ним не стала.
– Вот и хорошо! – выдохнул Александр, забираясь на очередной остов того, что когда-то служило людям в качестве жилища. – А тут, как я посмотрю, полный порядок! В смысле – «маленькая война» война идет полным ходом, а зверей в округе не наблюдается!
Вмешиваться в «зарницу» звездных рекрутов «второгодник» посчитал делом ненужным и даже опасным. Он забрался повыше, еще раз осмотрелся.
За его спиной из плато огромным светло-коричневым диском вырастал Эрг, перед лицом увлеченно воевали звездные рекруты…
«К тому моменту, когда сюда доберутся звери; если они вообще появятся здесь сегодняшней ночью, Торос поднимется настолько высоко, что станет достаточно светло! – думал Заречнев. – Достаточно для того, чтобы обнаружить зверей и все толпой отбиться от них»!
Он спустился вниз, двинулся в сторону «точки С», ориентируясь по прибору «соседа»…. Хлопки выстрелов и крики людей он вновь услышал только минут через сорок непрерывного бега, в хорошем темпе. К этому времени Сашка окончательно расстался с «ночником» на глазах – четвертинка «мамы», освещенная лучами Тороса, светила ровно и ярко.
«Одна из самых светлых ночей за все время пока мы здесь»! – подумал Сашка. – «Именно поэтому Дита и дала всем нам такое задание – продержаться до утра! Она знала, что полный Эрг дает очень много света! Больше, чем Луна; значительно больше! Скоро здесь будет так же светло, как в пасмурный день на Земле, или даже светлее»!
Александр перешел на шаг. Он осмотрелся. Выбрал здание повыше, забрался на него. Вид, который открылся его глазам, его потряс. Сашка опоздал.
Из пяти групп, соперничающих за контроль над контроллером, живых набралось бы не более чем на две. Остальные звездные рекруты были или убиты, или серьезно ранены.
Тела поверженных землян лежали где попало и как попало – там, где из застала смерть.
В радиусе в несколько сотен метров не было ни одного хищника. Курсантов убили их же собственные товарищи, такие же звездные рекруты, как и они. Оставшиеся в живых продолжали кровавое неистовство.
На Сашкиных глазах, в сотне метров от него один из парней догнал другого, сильно прихрамывающего, прикладом саданул ему между лопаток. Курсант упал. Тот, второй, подскочил к нему и несколько раз ударил тяжелым прикладом по его голове. Откуда-то из-за развалин во «второго» кто-то выстрелил несколько раз. Парень свалился на землю.
Через долю секунды до Александра донеслись запоздавшие хлопки и громкий крик поверженного.
Из-за камней выбрался осторожно тот, кто стрелял во «второго». Он осмотрелся, наклонился….. Сашка увидел в его руках большой булыжник. Камень поднялся вверх и быстро опустился вниз.
«Отмороженный» с трудом проглотил ком, застрявший в его горле, заморгал часто и быстро, стремясь остановить влагу, начавшую сочиться из его глаз.
«В живых останется не более пяти человек»! – вяло констатировал его мозг. – «Или не окажется никого, если сюда доберутся звери!
И хорошо было бы, если бы добрались»! – волна ненависти накатила на него. – «Те, кто выживут в этой мясорубке – они же теперь настоящие крысоеды, если не хуже»!
Почему именно – крысоеды, Сашка сообразил не сразу. Это слово первым промелькнуло в его разуме, когда он узрел кровавую вакханалию, развязанную вокруг «точки С».
«Крысоед…. – вспоминал он, спускаясь вниз. – Кажется, именно так одноногий дядя Ваня называл крысу, специально подготовленную для истребления таких же, как она. Он даже рассказывал, как именно она «готовится». Берется железная бочка, в которую помещают несколько пойманных крыс….»
Сашка остановился, тыльной стороне ладони вытер набежавшую на глаза влагу.
«Дита! Это все она! – с ненавистью думал он о своей патронессе. – Это она делает из нас крысоедов. Тех, потом и глазом не моргнет, если надо будет прирезать кого-то. Даже если этот «кто-то» – твой лучший друг!
Да День Патруля, по сравнению с этой «зарницей» – просто пикник какой-то! Легкая расслабуха, если сравнивать число погибших там и здесь»! Заречнев проморгался и не оглядываясь побежал в сторону «родной» точки…
– Ну, что там? – вопрос, который задала ему Рипли, волновал, разумеется, всех.
– Плохо! – тяжело вздохнул Сашка. – Много погибших! На третье точке выжило, я думаю, не более пяти человек. За его спиной кто-то присвистнул.
– Ого! – сказал командир «соседей». – А чё так много-то? Звери?
– Нет! – опустил голову Александр. – Сами….. Друг друга….
– Выходит….. – подала голос Злата. – Выходит, и нас ждало что-то типа этого?
– Что именно? – уточнил «сосед».