Второй этаж

Виктор очнулся лежа на полу в коридоре. Однообразное помещение с тусклыми окнами и десятком белых дверей. Конечно, в мире адской тусовки было не слишком комфортно. Но вернувшись назад, Коврин испытал отчаяние. Настолько проклятая школа казалась тоскливой.

Правда, душевное состояние было не единственной трудностью. От полученных ран и ушибов тело жутко болело. На лице и груди горели кровоточащие раны. Продолжать борьбу в таком состоянии стало физически невозможно.

– Очередная передряга… – простонал Виктор, перевернувшись на спину. – Надеюсь, я наконец-то умру и отмучаюсь. Знал, что школа похожа на пытку. Но не до такой же степени!

Парень поместил израненные руки под голову. Теперь он напоминал мечтательного подростка, который завалился на свежее сено в деревне.

Долго лежать не пришлось. Вскоре перед глазами появилась уродливая таблица. Системный голос монотонно сказал:

– Успешное прохождение уровня. Вы получаете плюс один балл ко всем характеристикам.

– О, как здорово… Даже телепатические способности теперь появились. Интересно, смогу ли я взрывать головы силой мысли? Или однёрки для этого мало?

На самом деле, его мало заботили параметры. Хотелось поскорее стать на ноги. И если не продолжить игру, то хотя бы избавиться от мучительной боли.

– Ну и… Где мой проклятый мел!? Я что так и будут подыхать на голом полу!?

Не успел Коврин это подумать, как на досках появился бугорок. Он треснул, высвободив зеленый отросток.

– Дерево? Какого черта тут дерево?

Вообще, это был цветок. Нечто похожее на тюльпан. Он раскрыл свой красный бутон, обнажив пестик, который состоял из нескольких небольших мелков.

– Очень оригинально… – отметил Виктор. – Но мне уже как-то плевать.

Он протянул руку, сорвав цветок. Жадно схватил куски белого минерала. И сразу же использовал один из них. А следом второй, потому что с первого раза все повреждения не исчезли.

Третий мел Коврин забрал на потом. Ведь злоключения еще не закончились. Могло случиться не просто всякое, а даже то, что не предполагает квантовая физика.

Еще какое-то время Виктор провел на полу. Он ощущал себя настоящим школьником, которому лень вставать по будильнику.

Невнятные мысли лезли в голову. Не хотелось ничего делать. Но с другой стороны, загруженность сознания стала значительно меньше.

Несмотря на все пережитое, парень отдохнул от рутины. И теперь начал забывать, что именно делал до этого. Казалось, вся его жизнь прошла в борьбе с монстрами или призрачными явлениями.

Виктор посмотрел на то место, где рос меловой цветок. Там уже ничего не осталось. Может быть весь этот мел, энергетические удары, мечи-линейки – сплошные галлюцинации? Думать об этом можно до бесконечности. Но других путей просто нет. Поэтому Виктор потянулся, не спеша, поднимаясь на ноги.

– Как не хочется вставать к первой паре. Убейте меня поскорей, – простонал парень.

Встав, Виктор осмотрел одежду. Как ни странно, вид был вполне цивильным. Это измерение похоже на стерильную капсулу.

После всех испытаний Коврин должен был стать оборванцем. Но его свитер, штаны и ботинки сами приводились в порядок. Никакого швейного ателье и стиральных машин. Один из немногих плюсов темной игры.

– Да, не скажу что горю желанием! Но давайте уже с этим покончим! Кидайте другие пытки, маньяки! Я как бы готов… – Воскликнул парень. Ему сразу ответило школьное радио.

– Все уровни пройдены. Вы можете осуществить переход на второй этаж.

– Что? Правда что ли? Не хочу рыдать и толкать речи! Но это неплохо… Не зря я крошил быдловатых тинэйджеров и разных чертей, – хмыкнул Виктор.

Он хотел казаться серьёзным, измученным воином. Только внутренний азарт пробивался из-под брутальной оболочки.

Неизвестно почему, хотелось бежать и даже немного радоваться. Похоже, Коврин втянулся в игру. Да! Раз ему хочется достичь оперённого результата.

Или это просто желание оказаться дома? Хотя, именно из такого желания рождается, в итоге, «Стокгольмский синдром».

Предпочитая не копаться в глубинах сознания, Виктор ткнул стену, ожидая, что она развалится, как в прошлый раз.

Только ничего подобного не случилось. Бетонная твердь продолжала смотреть на парня, удивляясь его глупости.

– Так, так… может вот здесь?

Коврин пнул ближайшую дверь. Затем прошёл немного вперед и ударил кулаком новый участок стены.

– Вот засада! То есть, Иринка искала портал черте сколько! И мне теперь тоже надо облазить все коридоры? Ну, уж нет! Меня выставляли никчемным лохом, били, пытались расчленить, давили потолком, как клопа! Я что не заслужил нормального доступа к идиотским ступеням? А кстати, еще хотели насадить на бутылку… Это тоже учтите! Самое страшное испытание. Уверен, для Иринки оно было бы не настолько опасным!

Туповатые вопли Виктора никто не воспринимал. Радио молчало. В пустынном коридоре не появлялось ничего нового. И подождав некоторое время, «школьник» поперся в другой проход, пытаясь найти подсказку.

Но прежде чем свернуть за угол, он заметил странную вещь. Тьма в конце главного коридора исчезла. Был виден тупик. Он представлял собой запасной выход, но был вечно задраен, как люк на подводной лодке.

При этом рядом с «люком» лился приятный свет. Скорее всего, там находилась лестница. На своем старом месте. Та самая лестница, по которой Коврин бегал многие годы, и которую он не видел более десяти лет.

– Круто! Для Ирки сделали отдельный проход. А мне хватит старых, добрых порожков! Господи, а вы умеете делать сюрпризы!

Забыв про напускную строгость и прошлые ужасы, парень бросился к цели. Недавний «повелитель мира» бежал вперёд, будто ребенок, которого поманили конфетой.

На подходе к лестнице, в душе появились сомнения. Слишком уж все гладко выходит. Опасения, к счастью, не сбылись.

Начищенные до блеска, коричневые ступеньки с металлическими прутьями, лакированными перилами – предстали во всей красе. Лестница была необычно высокой. Конец ее уходил далеко, словно в самое небо.