Чтение онлайн

Однако сегодня вечером все будут праздновать вместе — и будущие пилоты, и будущие уборщики.

Наконец Железнобокая обратила на меня внимание.

Я показала ей отцовский значок.

— Сэр, как дочь пилота, который сражался в Битве за «Альту», я хотела бы подать прошение о зачислении меня в летную школу.

Она оглядела меня с головы до ног, задержавшись на порванном рукаве, грязном лице и засохшей крови на руке, и взяла значок. Я затаила дыхание.

— Ты и правда думаешь, что я признаю значок предателя? — спросила она.

Сердце у меня ухнуло в пятки.

— Откуда он вообще у тебя, девочка? Разве он не был уничтожен, когда твой отец разбился? Или ты стащила чужой?

— Сэр, — ответила я натянуто, — его не было с отцом во время крушения. Отец оставил его мне перед тем, как отправился в последний вылет.

Адмирал Железнобокая повернулась, чтобы уйти.

— Сэр? — взмолилась я. — Пожалуйста. Пожалуйста, просто дайте мне шанс.

Адмирал помедлила, и я решила, что она раздумывает, но потом она подалась ко мне и прошептала:

— Ты хоть понимаешь, какой общественный кошмар можешь вызвать? Если я допущу тебя, а ты тоже окажешься трусихой… В общем, на этой планете тебе никогда не сидеть в кабине пилота. Радуйся, что тебя вообще пустили в это здание.

Мне словно влепили пощечину. Я отшатнулась. Эта женщина — один из моих героев — развернулась к выходу.

Я схватила ее за руку. Адъютанты вокруг ахнули, но я не отпустила.

— У вас мой значок, — сказала я. — Они принадлежат пилотам и их семьям. Согласно традиции…

— Значки принадлежат семьям настоящих пилотов, а не трусов, — отрезала Железнобокая и с удивительной силой вырвалась из моей хватки.

Я могла бы броситься на нее, что чуть и не сделала. Внутри разгорался пожар, лицо похолодело.

Однако прежде чьи-то руки схватили меня сзади.

— Штопор? — позвал Риг. — Спенса! Что ты делаешь?

— Она его украла. Она забрала отцовский… — Я замолчала на полуслове, когда адмирал и ее спутники вышли из класса, и обмякла в объятиях Рига.

— Спенса? — позвал он. — Пойдем на вечеринку. Поговорим обо всем там. Как ты написала тест, что думаешь? Мне кажется, я налажал. Спенса?

Я отстранилась от него и побрела обратно к своей парте. От усталости внезапно подогнулись ноги.

— Штопор?

— Риг, иди на вечеринку, — прошептала я.

— Но…

— Оставь меня. Пожалуйста. Просто… дай мне побыть одной.

Он не знал, как вести себя в такие моменты, и, немного потоптавшись, ушел.

А я осталась сидеть в классе одна.

Минули часы.

Вначале мой гнев был горячим, как магма. Теперь я ощущала холод. Оцепенение.

Из другой части здания доносились отголоски вечеринки. Я чувствовала себя ненужной, глупой, а более всего опустошенной. Наверное, мне полагается сломать карандаш и в ярости опрокинуть столы? Поразглагольствовать о мести врагам, их детям и внукам? Повести себя, как обычная Спенса?

Я просто сидела и безучастно смотрела перед собой, пока отзвуки вечеринки не стали стихать. Наконец в класс заглянула адъютант.

— Э-э, тебе пора уходить.

Я не двинулась с места.

— Ты уверена, что не хочешь уйти?

Меня придется отсюда выволакивать. Я представила, как это будет, — очень героически и непокорно, но адъютант, похоже, не особо горела подобным желанием. Она выключила свет, и я осталась сидеть при красно-оранжевом аварийном освещении.

В конце концов я встала и подошла к столу у стены, где Железнобокая, возможно, случайно оставила тесты детей Первых граждан. Я пролистала стопку: на каждом листке стояло только имя, все места для ответов были пустыми.

Я взяла верхний, сданный первым. На нем значилось имя Йорген Уэйт, а дальше вопрос:

«1. Назовите четыре основных сражения, которые обеспечили Объединенным Пещерам Непокорных независимость в качестве первого крупного государства на Детрите».

Вопрос с подвохом, так как о стычке при Юникарне всегда забывали — она не была на слуху. Однако именно там новоиспеченная АОН впервые применила истребители второго поколения, тайно построенные в Вулканической. Я вернулась к своей парте, уселась и записала ответ.

Я отвечала на вопросы один за другим. Вопросы были хорошими, не просто перечисления дат или подробностей событий. Несколько математических заданий о боевых скоростях. Большинство касались намерений, мнений и личных предпочтений. Трудности возникли с двумя вопросами. Я пыталась решить, написать ли то, что требовалось, или то, что считала правильным.

Я оба раза выбрала второе. Да и кого это заботило? К концу теста снаружи послышались голоса.

Судя по разговору, уборщики.

Я вдруг почувствовала себя глупо. Неужели я буду кричать и вынуждать беднягу уборщика вытаскивать меня за волосы? Я потерпела поражение. Невозможно победить в каждом бою и не стыдно проиграть, когда тебя превзошли численно. Я перевернула тест, постучала по нему карандашом. Я по-прежнему сидела почти в темноте, корпя над вопросами при аварийном освещении.

Я начала рисовать на обороте теста W-образный корабль, и тут меня осенила безумная идея. Изначально АОН была не официальными военными силами, а всего лишь группой мечтателей, носившихся с безумной идеей: запустить Комплекс и построить корабли по сохранившимся в крушении чертежам.

Они построили собственные корабли.

Открылась дверь, впустив свет из коридора. Снаружи загремело ведро, двое уборщиков жаловались на что-то разлитое в помещении, где проходила вечеринка.

— Выйду через минуту, — сказала я, заканчивая набросок. Думая.