Чтение онлайн

В конечном счете неважно, что стало уже почти совсем темно. Повсюду, куда бы ни посмотрела Лаура, разливали мягкий свет лампы и китайские фонарики. Огромная территория виллы «Роза» производила захватывающее впечатление, и Лаура этого никогда не забудет.

– Остановимся здесь на минутку.

Фабиан дотронулся до ее руки, и через тонкое кружево старинной шали Лаура почувствовала, как это обжигающее прикосновение проникло до глубины души. С тех пор, как он поцеловал ее, она вспыхивала от его прикосновений, как спичка. Рядом с ним вся ее защита превращалась в руины.

Они стояли рядом с деревянной скамейкой у старой кирпичной стены, и восхитительная алая бугенвиллея наполняла мягкий ночной воздух соблазнительным ароматом.

– Посидим немного.

– Тебя что-то тревожит? Что-то, связанное с организацией концерта?

– Нет. Я вижу, что у тебя все под контролем, и поражен тем, сколько ты уже успела сделать. У тебя все получается.

Когда Фабиан положил руку на ее колено, Лаура увидела блестевшее в мягком свете изумительное золотое кольцо с изумрудом у него на мизинце.

– Но в чем же дело?

– Я подумал, что нам следует лучше узнать друг друга.

Лаура оказалась не готова к таким заявлениям, поэтому промолчала, но почувствовала, как жаркая волна захлестывает ее тело.

– Я хочу сказать, что у нас есть хорошая возможность поговорить. Почему бы тебе немного не рассказать о себе? Я знаю, что вы с Кармелой вместе учились в школе в Лондоне, что у тебя удивительно красивый голос и страсть к преподаванию музыки детям. А что-нибудь еще?

Лаура, казалось, застыла на мгновение. Рассказ о себе неизбежно заставит ее вспомнить прошлое, а она предпочитала избегать этого.

– Лаура? – в голосе Фабиана прозвучали нетерпеливые нотки.

– Я просто задумалась. А что ты хочешь узнать обо мне?

Как только этот вопрос слетел с ее губ, Лаура поняла, что попалась. Она старалась оттянуть время, и это обернулось против нее.

– Ты говорила, что у вас с мужем были расхождения в вопросе о детях? Скажи мне, почему?

– Почему? – повторила за ним она. В висках пульсировала боль.

– Да. Почему?

– Марк был очень ревнивым человеком. – Во рту у Лауры все пересохло, и она старалась осторожно подбирать слова. – Он хотел, чтобы я принадлежала только ему, и даже не одобрял моих встреч с друзьями. О детях в такой ситуации думать не приходилось.

– И все же ты осталась с ним.

Он попал в цель, и у Лауры тяжело заколотилось сердце. Очарование ночи пропало вместе с ароматом цветов и стрекотанием насекомых.

– Да, осталась. Невероятно, но я была замужем за ним три года.

– Ты, наверно, сильно любила его, если пожертвовала своим желанием иметь детей ради того, чтобы жить с этим человеком? – нахмурился Фабиан.

– Мои чувства к нему были… сложными. – Лаура вдруг почувствовала озноб и плотнее запахнула шаль.

– Что это значит, Лаура? Расскажи мне.

Долгий, немигающий взгляд Фабиана обжигал ее как пламя, и ей было трудно устоять.

– Я… я боялась его.

Фабиан прищурил глаза и еще пристальнее посмотрел на Лауру.

– Он запугивал тебя? Причинял боль?

– Да.

– Он причинял физическую боль?

– Иногда… да.

– Ужасно слышать такое. – На лице Фабиана появилось выражение отвращения. – Но мне нисколько не жаль, что этого человека больше нет в твоей жизни.

Лаура почувствовала комок в горле. Страшные воспоминания снова захватили ее сознание, и она мысленно старалась подавить их. Она редко говорила о Марке и его обращении с ней. Даже своим родителям. Борьба с этими воспоминаниями стала для нее своего рода работой, поскольку ей не хотелось упиваться болью и жалостью к себе. Она снова и снова повторяла себе, что должна думать о будущем…

– Я стараюсь реже думать об этой части своей жизни. Мне кажется, это понятно. Такое может либо закалить, либо разрушить человека, и я сделаю все, чтобы этого не произошло! – Лаура перевела дыхание. – А ты, Фабиан? – Она напряглась, поддаваясь собственному любопытству. Густые сумерки почти скрывали его лицо, но она все равно заметила маску осторожности на нем. – По-видимому, ты тоже… любишь детей?

– Я расстроил тебя, напомнив о прошлом. – Фабиан быстро встал, и стало понятно, что он не собирается сейчас отвечать Лауре. – Давай продолжим прогулку, и я обещаю, что не стану докучать трудными вопросами.

Лаура тоже поднялась. Интересно, почему он спросил ее о желании иметь детей, а она не может задать ему подобный вопрос? Фабиан положил ей руку на спину, и ее словно током пронзило. Некоторое время они шли молча, и напряжение Лауры от его близости понемногу спадало.

– Как это, должно быть, замечательно, расти в таком месте, – нарушила молчание Лаура. – Свой собственный волшебный лес!

– Волшебный? Наверное, для тех, кто смотрит на него сквозь ограду.

Его голос окрасился горечью и сожалением, и Лаура подумала о степени жестокости его отца. В груди все сжалось от сочувствия, и она решила отложить свои вопросы о прошлом Фабиана на другой день.

Фабиан повел ее по узкой вьющейся тропинке, по краям которой пышно цвели экзотические цветы, через беседку из роз, к великолепному саду.

Лаура вдыхала ароматы цветов, наслаждалась красотой ночи и мужчиной, которой шел рядом с ней. Ей вдруг сильно захотелось, чтобы это никогда не заканчивалось.

Она – вдова. Что еще, кроме этой трагедии, могло затаить в этих серых глазах хоть и скрытую, но неоспоримую боль?

На следующее утро, наблюдая за Лаурой из окна офиса, когда она разговаривала с представителем компании по организации приемов, Фабиан вдруг понял, почему он воздержался от предложения, которое собирался озвучить ей. Достаточно ли двух лет, чтобы пережить смерть мужа и жестокие воспоминания, которые он оставил ей? Любила ли она его, несмотря на жестокое обращение? И не окрасил ли этот отрицательный опыт в мрачные тона ее восприятие возможных будущих отношений?