Чтение онлайн

— Профессор Зенгердт, — представился эскулап. — Лечащий врач…

Лечащему врачу я сунул пятьдесят рублей, сиделке — десять.

— Странный характер повреждений, — объявил доктор после небольшой успокоительной речи о том, что брату, в общем-то, ничего не грозит. — Такое впечатление, будто упал откуда-то. С высоты. Не знаете, что произошло?

— Не знаю, — покачал головой я. — Но нашли его в поле. Может быть, машина сбила?

— Маловероятно, — ответил Зенгердт. — Перелом ноги — как если бы он упал на нее. Ребра сломаны — как будто после падения запнулся и задел камень. Ну, и лицо стесано так же. Все — с одной стороны. Если бы машина — по-другому выглядело бы.

— А если упал с самолета?

— Самолет летит с такой скоростью и на такой высоте, что живым приземлиться невозможно. К сожалению, — вздохнул Зенгердт. — Разве что с вертолета…

— Не слышал я шума вертолета, — вздохнул я. — У нас деревенька тихая. Уж вертолет-то мы бы услышали… Не я, так крестьяне.

— Понятно. Кстати, извините за любопытство, откуда все эти рентгеновские снимки? Почему он был голым? Надеюсь, я не спрашиваю ничего лишнего? — эскулап пристально посмотрел на меня.

— Сам бы хотел получить ответы на все эти вопросы.

— Но вы ведь знаете, как и где его обнаружили? — начал загонять меня в угол доктор. — Стало быть, заботились о нем после? Или нет?

Я подумал, что вряд ли выболтаю что-то лишнее — в конце концов, тот факт, что Дмитрия похитили, репутации отца ущерба нанести не мог.

— Брата обнаружили в степи, неподалеку от церкви, где я служу. Как он там появился — неизвестно. Отец по моей просьбе вызвал медицинский вертолет. Но какие-то люди прилетели раньше. Представились докторами. Забрали его. А потом уже мне сообщили, что нужно приехать к вам в больницу. Кто его доставил сюда, я не знаю.

Доктор опустил очки на нос, посмотрел на меня поверх них.

— Занятный сюжет! Но кто бы мог провернуть такую операцию?

— Те же, кто бросил его в степи, — ответил я.

— Зачем?

— Не знаю…

— Вы заявили в полицию? — поинтересовался Зенгердт.

— Отец нанял частных детективов.

И тут Дмитрий открыл глаза и посмотрел на меня.

— Дима! — вздохнул я. — Ты очнулся?

— Все пропало, — прошептал брат. — Они забрали камень…

— Нет, — коротко ответил я. — Не беспокойся.

— Поймали? — с надеждой спросил брат.

— Ловят, — ответил я.

Доктор тактично отвел глаза, предложил:

— Побеседуйте наедине. Только недолго.

Когда дверь за ним закрылась, я спросил брата:

— Что произошло? Как ты оказался рядом с Гнилушанкой?

— Камень? Где камень? — опять спросил брат.

— Алмаз у меня.

— Отдай отцу! Сейчас же! Позвони отцу! Скажи! Отдай!

Дима прохрипел эти слова и обессилено закрыл глаза. Заснул? Потерял сознание? Он дышал, причем довольно ровно, и я позвал врача.

— Что с ним?

Зенгердт нахмурился.

— Шок. Травматический. Болевой. Психологический. Было бы хорошо, если бы некоторое время вы его не беспокоили. Какие бы важные дела вам не предстояли.

— Хорошо, — согласился я.

Выйдя из палаты, набрал по мобильному телефону номер отца. Но не успел раздаться гудок, как меня под руку взяла высокая красивая медсестра. Я с трудом удержался от того, чтобы сделать ей замечание — хватать таким образом священника, по меньшей мере, неприлично. Впрочем, молодежь сейчас развязная. Анархисты. Может быть, она даже сделала это намерено. Ради эпатажа. Или еще с какой целью…

— Что вы хотели, сударыня?

— Нужно срочно оформить финансовые документы. Пройдемте со мной, — предложила девушка.

Я нажал на телефоне кнопку отбоя. Решу финансовые вопросы — и тогда уже позвоню отцу. В любом случае, при настойчивой девице рассказывать о хранящемся у меня алмазе не стоит.

— На улицу, — заявила девушка. — У нас бухгалтерия в одноэтажном домике. В саду.

— Не очень-то удобно, — заметил я.

— Зато больных не тревожат крики родственников, — ответила медсестра.

— Вы хотите сказать, родственников не тревожат крики больных?

— Нет. Больных — крики родственников. Которые расстаются с деньгами за их лечение.

Шутка была грубой, но я не выдержал и рассмеялся.

Мы вышли в сад через какой-то подсобный выход. Рядом стоял грязно-белый фургончик.

— О, Вадим! — обрадовалась моя проводница. — Довези нас с батюшкой до бухгалтерии!

— Стоит ли затруднять молодого человека? — спросил я.

— Что вы, что вы, — осклабился паренек, отбрасывая дешевую сигарету прямо на тротуар. — Конечно, я вас довезу.

Дверца фургона съехала набок. Я вошел в салон фургона, который оказался оборудован как пассажирский, несмотря на отсутствие больших окон. Тут же кто-то прижал к моему лицу мокрую тряпку. Я вдохнул что-то мерзко-приторное и отключился.

Очнулся с сухостью во рту и головной болью. Меня куда-то везли. Из трещащего радиоприемника звучала пошлая, крикливая музыка.

— Быстро очухался, — пророкотал гулкий бас. — Крепкий поп!

— А что? Им пахать не надо, работа на свежем воздухе, — отозвался молодой голос с хрипотцой. Я узнал Вадима, водителя фургона.

— Ты его обыскала, Ольга? — поинтересовался бас.

— Ясное дело. Только ключи нашла. Здоровые! И денег немного. Сложен он, надо сказать, неплохо…

Меня покоробило от лестной, в общем-то, оценки. С трудом открыв глаза шире, я осмотрелся. Надо мной нависал громила, голова которого упиралась в потолок фургона. Весил он пудов восемь. Широкая грудь, мощные руки… Мнимая медсестра, которую, как выяснилось, звали Ольга, устроилась возле дверей. Вадим управлял микроавтобусом. Насколько я мог разглядеть, мы ехали вдоль Дона.