Шрифт:
Глава 1
«Обожженный твоею слезою,
Я сжимаю в ладони, прижимаю к груди
То прозрачное и пустое, что зовется – душа»
«О горе мне, свидетелю гибели моего рода! Океан, как свирепый зверь, заглотил великую Атлантиду в свою смертельную бездну. Может быть, кто-то смог выжить? Может, они уцелели? Матушка, отец, сестра? Нет слов, чтобы передать мою печаль и скорбь, нет слез, которые могут пролиться от скорби моей утраты. Словно обманчивые сирены заманили всех забвенным хороводом на морское дно! Я один? Нет! Со мной вера! Не могла целая цивилизация кануть в Лету минувших столетий за один миг и не оставить наследия! Кто-то выжил! Кто-то обязательно уцелел, как я!» – мрачно и холодно делал записи в своей тетради молодой вмиг осиротевший юноша. Тетрадь была дня него как его продолжение, толстая, слегка потрепанная, она служила ему холстом и верным слушателем, хранящим его тайные мысли и секреты, когда он заносил в нее записи.
Прошло всего несколько дней, как великие умы Атлантиды запустили большой бур, питаемый энергией космоса, невидимой материей для человеческого глаза.
Что-то пошло не так, и целый остров с живой, развитой цивилизацией, живущей в отчуждении от всего окружающего мира, пошел на дно…
Кончился век великого рода Атлантов…
Нет больше их знаний, нет силы и мощи…
Некому продолжать их род…
Юноша двигался в сторону суши, ведомый звездами и интуицией. Он знал, что если вдруг доберется до берега, уцелеет, не собьется с пути и встретит землян из внешнего мира, то будет отличаться от них как интеллектом, так и внешне.
Высокий, атлетично сложенный, с бело-синеватой кожей, со светло-голубыми глазами и пепельно-белыми волосами. Он знал, что дикие люди внешнего мира и не знают о существовании когда-то великого рода, расы могучих воинов и мудрецов.
«Летать! Что будет, когда энергия в кристалле кончится? Я слишком далеко был от дома, когда все произошло, и много энергии потратил на поиски выживших, когда раздался оглушающий грохот взрыва. Не успев зарядить маленький осколок, который питает энергией все…
Все, чего больше нет, а значит, это всего лишь маленькая вещь, напоминающая мне о доме…»
Неторопливым движением руки юноша переключился с автопилота и взял управление в свои руки. Электромагнитные установки внизу летательной капсулы были на расстоянии нескольких сантиметров от воды в океане, питаемые энергией, создавая электромагнитный резонанс, вступая в реакцию с энергией, исходящей из подвижных волн, это позволяло находиться в воздухе, на небольшом расстоянии от воды. Все эти колебания и резонансы создавал небольшой кристалл, легко умещающийся на ладони, приводил в действие весь механизм.
– Наверняка многие успели воспользоваться этими капсулами, чтобы спастись, и прихватили с собой несколько дополнительных кристаллов для заряда, – рассуждая вслух, он продолжал движение к суше.
Гонимый одинокими мыслями и страданиями, он знал, что его семья осталась без шанса на спасение…
В тот ужасный день, еще ранним утром, любимый сын и преданный брат взял капсулу и улетел на небольшой необитаемый остров, на котором он готовил сюрприз на день рождения своей младшей сестры. По далекой черной вспышке и оглушающему хлопку он понял, что произошло что-то очень плохое, но представить не мог, что лишится всего.
Земля! Берег! После нескольких дней пути трясущимися ногами он ступил на землю, принадлежащую чужой расе, недалеко ушедшей в развитии от обезьян или варваров.
«Прошел не один месяц, прежде чем я увидел первого дикаря! Они носят шкуры животных и громко кричат! Не знаю, кто больше испугался, я или он! Мне удалось скрыться до того, как к нему подоспели другие, не менее устрашающие и противные всем своим видом и запахом…
В среднем атланты живут лет пятьсот, а то и более. Мне сейчас шестьдесят лет! Юношей я буду казаться еще лет сто, после стану воинственным мужем и сохраню такой лик еще лет на двести, а после начну очень медленно стареть. Если доживу! А сколько живут дикари?»
Долгие годы он бродил по пустынным местам, гонимый собственным страхом и одиночеством. Рисовал образы матери, отца, сестры, чтобы навсегда сохранить их в памяти. Он хранил прозрачный кристалл с остатками энергии, не имея возможности ее применить, как напоминание, к какому великому народу он принадлежит. В тени наблюдал за людьми. Они были не похожи на него. Розовая кожа, у кого-то смуглая, черные, рыжие, белые волосы, глаза могли быть карими или зелеными, иногда голубыми. Говорили на разных языках. Они болели и умирали на его глазах. Рождались и старели.
Полстолетия он бродил по свету. Искал. Надежда встретить хоть одного родного, близкого по крови. Солнце иссушило его кожу и придала золотой румянец. Он был уставшим и разбитым, но продолжал идти, нигде не задерживаясь подолгу.
«Как звезд не сосчитать на небосводе, не сосчитать мне опрокинутых надежд. Куда идти и где искать? Что делать дальше? Я разбит, потерян, пуст. Огнем горит внутри меня душа, и тело все страдает. Изранен, исхудал. Отвратной пищи я вкушал, мясную плоть отведал! Богам молиться перестал! С моим народом в черный мрак поглощены!»
Глава 2
«Твоя тень – вестник моей скорби,
Холодным одеялом накрываешь меня ей.
Остановись! Зажги огонь! Не оставляй меня наедине с моими чувствами»
Его тащили против воли. Жестоко, как дикого зверя. Идет кровь. В открытые раны попадает грязь и песок.
– Кто ты? – раздался хрипловатый голос большого, толстого и до живота бородатого мужчины. Юноша сидел на коленях, весь в ссадинах и порезах. Борода дикаря была заплетена в небрежную косу.
– Кто ты? – еще раз нетерпеливо спросил мужчина с важным видом и ударил чужака по лицу так, что он упал на сырую землю. Занося над его головой острый меч, он злобно нахмурился, всем своим видом пытаясь показать, что больше спрашивать не станет.
– Я эхо прошлых времен… – откашливаясь, произнося на одном из земных языков, сказал юноша. Он не решился подняться, сжимая в руках кусочек земли, склонил голову.
За долгие годы и странствия он освоил несколько языков дикарей.
– Колдун? Или глупец? – невнятно произнес один из воинов, подкарауливших и схвативших чужака еще на рассвете.