Чтение онлайн

Длинная, бледная форма свернулась, как Спиннинг. Мускулистая спина, три зубчатых шрама, проходящих по коже. Он был белым, как брюхо рыбы, с копной темных волос.Они выглядели так, будто некоторое время их не подстригали. Он дрожал, голый на холодном камне, и когда его голова задвигалась, у виска я увидела белую полосу. Она доходила до самого конца, как полоса у скунса, и белые волосы имели серебристый оттенок.

Как лунный свет.

— Святое дерьмо! — я вдохнула.

Когда он задрожал, под слишком белой кожей задвигались мышцы. Он закашлял, и это был ужасный, влажный, рвотный звук, я поняла, что он плакал.

Это кое-как дало мне сил, чтобы двинуться. Я неловко перекатилась, подошва одного кроссовка царапалась о пол. Мне удалось это сделать на четвереньках. Только так я смогла двигаться. Меня трясло так, будто я только что пробежала пять миль без остановки. Мочевой пузырь был близок к разрыву, и жаль, что у меня не было времени почистить зубы. На левой части лица было пятно крови, горячей и невыносимой, я облизала губы и пожалела о том, что сделала это, потому что я чувствовала кровь, наводнение смешанных, красных изображений собственного лица закрутилось во мне.

Черт возьми! Рваная дыра снова дрожало внутри меня, как если бы не была уверена, что делать с собой. У меня появилось смутное представление, что вскоре она начнет болеть, но я была слишком уставшей, чтобы заботиться об этом.

— Пепел, — прокаркала я. — Пепел.

Он дернулся. Рыдание было похоже на рыдание грязного, огромного малыша.

Я не могла встать, поэтому поползла.

— Дрю! Ты истекаешь кровью... — Нэт отошла от двери. Спиннинг издал еще один вопль; я услышала, как она упала. Она тоже приземлилась на него. Сегодня он действительно выиграл в лотерею.

— ОуууУУУУ! — снова завопил Спиннинг, и я достигла Пепла.

Его кожа была мягкой. Я схватила его за плечи, и он свернулся еще сильнее, обнимая колени. Я не могла подложить под него руку, но перебросила через него левую руку и обняла его настолько сильно, насколько могла. Он лежал, дрожа, из него выливались настолько сильные рыдания, что могли причинить боль ребрам, но я держалась. Серьга Грейвса, висящая в левом ухе, лежала на щеке. Она была ледяной, точно таким же был мамин медальон, но оба быстро нагрелись, когда я обняла его, дыша ему в волосы. От него пахло, как на улице в полночь, в одну из тех холодных, ясных ночей, с полной луной, где лед делает каждый край острым, как бритва. А под этим был сильный запах парня и грязи. От него пахло немного... немытым телом.

Но он был человеком. Он снова находился в форме парня. Я не знала, что это значит, если только не что-то фантастическое. Все это время он пытался вернуться в человеческую форму, и у него наконец получилось это!

— Дрю? — Натали казалась испуганной до полусмерти. — Миледи?

— Все будет хорошо, — прокаркала я через свое скрипучее, сухое от жажды крови, горло. — Все будет хорошо.

И на одно мгновение я даже поверила в это.

— В двадцатых существовали восстановительные команды, — Спиннинг осторожно опустился на атласный подоконник. — Потери были высоки, возможно, причиной тому было то, что дампиры не оказали поддержку. Мы были сами по себе. Мы думали, что с достаточным количеством еды и спокойствия, сможем вернуть их.

— Это сработало? — я приложила пакетик со льдом к левой стороне лба. Я даже не знала, что способствовало тому, что у меня открылась кровотечение чуть выше брови. Полуденное солнце светило через стеклянную крышу, и я слышала, как Нэт бормотала в ванной. Они с Дибсом пытались уговорить Пепла, чьи глаза светились дикостью, измерить кровяное давление. Дибс настаивал на этом после того, как настаивал на том, чтобы продезинфицировать и наложить повязку на мою голову, потом приложить пакетик со льдом.

Дибс не бездельничает, когда дело доходит до лечения людей. Это странно, потому что в остальное время он едва может произнести, не запинаясь и не краснея, «привет».

Однако мне было жаль, что я не знала, из-за чего у меня на голове открылось кровотечение. И мне действительно было жаль, что прямо сейчас я не могла исцеляться быстрее, чем человек, то есть не так, как после становления.

Бенжамин прислонился к двери, скрестив на груди руки.

— Вы не должны были идти туда без меня, — снова пробормотал он, глядя на нас из-под челки в стиле эмо-бой. Как обычно, он выглядел слишком привлекательным, чтобы быть настоящим. Практически все парни-дампиры выглядели так, за исключением Леона. — Рейнард убьет меня.

Открытая дыра внутри меня все еще чувствовалась пустой. Но я могла справиться с этим. Я потрясла головой, мне снова удалось сосредоточиться.

— Так мы не расскажем ему, — я обратила свое внимание к Спиннингу. — Это сработало?

Высокий, темный оборотень пожал плечами. Он был бледен под своим загаром и выглядел так, будто движения причиняли ему боль. Очевидно, и Нэт, и я побили его достаточно хорошо.

— Насколько я слышал, не всегда. Папа не много говорил об этом, кроме тех случаев, когда он злился и думал, что дети спят.

— Я не могу скрыть это от Рейнарда, — Бенжамин говорил так, будто здесь даже не было Спиннинга. Полагаю, выйти за дверь и обнаружить Нэт, тянущую меня и Спиннинга, и Дибса, тянущего новообретенного парня Сломленного в мою комнату, кровь на мне и мои трясущиеся руки, не придало ему хорошего настроения. — Он убьет меня!

Я сильнее прижала ко лбу пакетик со льдом.

— Он не сказал мне, что весь Совет собирался уйти утром. Все по-честному, — я посмотрела назад на Спиннинга, который находился возле окна, сгорбив плечи и уставившись на меня. — Но, должно быть, было что-то еще, правильно? Какой-то метод? Или, возможно, нам просто повезло. Я даже не знаю, что мы сделали.

— Что ты сделала, — больше Спиннинг не использовал «мы». — Ты сделала это.

— Я даже не знаю как, — однако я могла бы предположить. По крайней мере, что-нибудь. То давление — с другой стороны цепи — это, должно быть, был Сергей. Его желание.

Призыв хозяина. Я вздрогнула. Неужели Пепел чувствовал такую силу все это чертово время? И боролся с ней?

Неудивительно, что каждую ночь он сходил с ума. Я бы тоже сходила с ума.

Прямо сейчас у меня появилась тревожная мысль, что та сила — это то, что делал Сергей на любом расстоянии. Это давало мерзкую пищу для размышлений, не говоря уже о кошмарах. Я могла бы потерять глаз. Плюс, я повредила в себе что-то из-за силы тяги. Я хотела, чтобы на некоторое время все заткнулись и чтобы я смогла исследовать большую, сырую, пустую вещь внутри головы, выяснить, что происходило. Это не было похоже на то, когда Кристоф пил мою кровь, где дар исчезал, и весь мир выглядел двумерным. Это больше походило на... какой-то покров, о котором я даже не подозревала, а он нависал надо мной, он был разорван, прямо как корка, а под ним я была чувствительной. Дар все еще отражался эхом внутри головы, но слабым и далеким, как если бы он находился в комнате намного большего размера, чем раньше.