Чтение онлайн

А потом я увидела, как женщина с глазной повязкой из прокладки и мужчина -- её ровесник -- тащат кого-то к машине скорой помощи на носилках из одеяла, прикреплённого к двум черенкам от мётел.

Ведь можно сделать так же! Я позвала чёрных вдов -- выпустила из террариумов, где они жили. Осы перенесли пауков в нужные места, и я заставила их сплести паутину вокруг нужных предметов и привязать её к специально выбранным насекомым. Паутина вокруг маркера, потом вокруг группы тараканов, которым позже помогут и другие насекомые. То же самое я сделала с йодом, маркерами, ручками, свечами и остальным.

Когда всё было закончено, я призвала рой к себе.

Я обратила внимание на раненых, которые собрались вокруг скорой.

– - Слушайте, -- крикнула я, используя насекомых для усиления голоса, -- некоторые сейчас вытаскивают стекло из ран. Я понимаю, что оно мешает, но вы всех тормозите!

На меня стали бросать растерянные и злые взгляды. Я подняла руку, чтобы подавить все возражения и комментарии.

– - Любой санитар, медсестра или врач, которые помогают вам, должны быть абсолютно уверены в том, что не осталось стекла глубоко в ране. Не думаю, что рентген сможет обнаружить стекло...

Я замолчала, поскольку санитар дернул головой, взглянув на меня. Ладно, я ошиблась. Лучше бы он всё же не показывал, что я не права. Люди следили за медиками, они заметили это, но в данной ситуации быть точной в деталях не столь важно. Хотя, если бы санитар не отреагировал, всё прошло бы более гладко.

– - ...по крайней мере, такие мелкие осколки, как те, что достались вам, -- поправилась я.

Пожимание плечами и кивок от медика. Я собралась с духом и продолжила:

– - Если вы вытащите стекло из порезов и ран и не будете знать, какие раны вы уже обработали, врачам придётся исследовать каждую рану, и направлять вас на рентген, и, возможно, делать разрезы позднее, когда кожа срастётся, чтобы вытащить каждый осколок, который они проглядели.

Я заметила волнение в толпе и подняла руку как раз в тот момент, когда прибыл мой рой, чтобы выхватить ручку, которую облако летающих насекомых поднесло мне. Рой рассеялся, оставив ручку.

– - Я дам некоторым из вас ручки и маркеры. Мы организуем всё так, чтобы врачам было проще. Пунктир вокруг тех ран, где стекло торчит наружу. Сплошная линия вокруг ран, где стекло могло проникнуть глубже.

Медбрат махнул мне. Я быстро прошла через толпу к носилкам.

– - Столбняк, -- сказал он, когда я подошла.
– - Нужно знать, делали ли они прививки.

– - Наверняка нет, -- ответила я, усилив свой голос, но не настолько, чтобы услышали в толпе.

– - Нужно знать точно, а время, которое мы тратим на вопросы -- это время, за которое мы можем помочь кому-то ещё.

Я взяла за руку неопрятного старика, который стоял рядом со мной, и вытянула ее:

– - Вы делали прививки?

Он отрицательно покачал головой.

Я нарисовала ручкой букву "С" на тыльной стороне его руки, обвела её и перечеркнула. Вручив старику ручку, я сказала:

– - Идите и задавайте людям тот же вопрос. Если они не делали прививки, рисуйте то же самое. Если делали, то просто рисуйте "С".

Я заметила, как смущение мелькнуло в его глазах. Он неграмотный? Я повернула его руку и нарисовала С на ладони.

– - Вот так, если они делали прививки, -- сказала я, подняв старческую руку, чтобы было видно людям вокруг, затем повернула, -- вот так, если не делали.

Он кивнул и взял ручку, поворачиваясь к людям помоложе, стоявшим за ним.

Я обратилась к толпе:

– - Напоминаю: пунктир вокруг ран, если вы видите стекло или вы абсолютно уверены, что стекла там нет, сплошной круг, если вы не знаете. Когда вы или кто-то другой нарисовали пунктирную линию, то вы можете вытащить стекло, если оно меньше, чем ваш ноготь. Если больше -- не трогайте.

– - Нам нужно больше места, -- сказал медик в окровавленных синих перчатках. Люди теснились вокруг него, внимательно следя за его работой, чтобы успеть занять место следующего пациента, как только он закончит.

А ведь это ещё не все нуждающиеся в помощи: скоро Шарлотта и другие помощники приведут новых раненных, а некоторые вообще не могут передвигаться.

– - Мы перемещаемся, -- крикнула я. Я заметила, что людям эта мысль не понравилась.
– - Если вы можете стоять, то не скоро получите помощь, в которой нуждаетесь, ведь многие люди пострадали куда серьёзнее. Поймите это!

Я подождала возражений. Ни одного.

– - Если будете слушать меня и помогать друг другу, то получите помощь быстрее. Мы переберёмся внутрь фабрики, там нет пыли, сухо и достаточно места для всех.

Не сразу, но толпа зашевелилась и двинулась к фабрике. Насекомые принесли мне свечи и зажигалки, и я начала раздавать их вместе с ручками и маркерами. Я шла за толпой к заброшенной фабрике, позади машин скорой помощи.

Мы сняли ткань со станков и расстелили поверх ящиков и на земле, чтобы людям было где сесть и лечь. Постепенно все втянулись в процесс пометки типов ран.

– - А дезинфекция?
– - спросили сзади.

Я повернулась к пожилой женщине с измученным лицом, примерно моего роста.

– - В смысле?

– - Ты вытащила эти вещи из тучи мух, -- сказала она.
– - Можешь достать средства для дезинфекции, или у тебя есть только наборы для рисования и свечи?

Она создавала впечатление строгой учительницы, которой побаиваются даже отличники, а хулиганы считают смертельным врагом.

Я вытянула руку, и рой пронёсся над ладонью. К счастью, пузырёк несло достаточно насекомых, чтобы я смогла одним точно рассчитанным движением выхватить его. Насекомые улетели, а пузырёк остался у меня в руке.