Чтение онлайн

Целые панели на стенах из нежно-розового камня, с роскошными вставками из разноцветного хитина. Там часто попадались изображения озера прямо в пиршественной части Великого чертога. По стенам тянулись барельефы, как я понял, ну ладно, мне подсказали руны под ними, о дальних путешествиях обитателей этой цитадели.

Говорящие изображения. Местные не особо скрывали, чем живут. Даже напротив, гордились. Торговля. В Медном Горне не самое достойное занятие. Одно из самых недостойных, если быть точнее. Похоже, эта конкретная цитадель была основана, чтобы добывать здесь медь, но очень быстро выела жилы. Однако само место оказалось очень успешным из-за озера и множества рек, которые в него впадали и вытекали. И стало чем-то вроде торгового хаба. Цивилизация, всё такое.

К тому же здесь осталось много пустот, в которых можно было пасти камнежоров. Этим, по-видимому, в своё время и воспользовался Уль.

Как всегда, в священную часть Великого чертога нас не пригласили, но поставили много сытной еды на столы. Много, похоже, мяса камнежоров и, конечно, блюда из толстошлемников в огромном ассортименте.

Я пил пиво и, слушая разговоры остальных, задумался.

Мои спутники, казалось, забыли про голема. Впрочем, по-другому, наверное, тут не выжить. Дварфы могли оставлять за спиной проблемы и никогда больше не оглядываться. Если надо. Не всегда, далеко не всегда, но часто. Или, как минимум, умели отличать те, которые можно оставить во тьме.

А я думал, что в конце концов это ведь очень логично. Ну, не конкретно этот голем, а что-то в таком роде. Ожидаемо. Если у вас в мире есть электричество, значит, будет молния. Если есть воздух, значит, есть ветер. А если есть ветер, значит, есть ураган. Если есть вода, то может быть и цунами. И если есть магия, то, чёрт подери, вот, пожалуйста: зомби или произвольно оживающие големы. Как некоторые фоновые опасности.

Да, такая же редкость, как молния. Да, есть способы её ещё больше минимизировать. Но это то, с чем приходится жить.

Другое дело, что само сознание дварфов воспринимало это как данность. А моё сознание современного человека подсказывало, что ветер можно предсказать, от цунами укрыться, разбить его волнорезами, по воде можно плавать, а на реке поставить гидроэлектростанцию. И если не захомутать саму молнию, то, по крайней мере, использовать электричество. Ну а саму бурю и молнию сделать почти безопасными с помощью громоотвода и правильного подхода к проектированию.

Но для всего этого нужна была какая-то теория. Паттерн. Разложить проблему, понять, в чём её составляющие, выявить закономерности и использовать их.

Наука, бородачи. Вам нужна наука. Вы ведь очень для неё подходите. Должно же быть что-то похожее, механика же у вас есть? Должно быть и что-то связанное с магией.

И здесь я упирался в абсолютную простоту.

Дварфы, несомненно, использовали магию. Использовали часто, подолгу, но так же бездумно, как люди в нашем мире почти всю свою историю использовали, например, огонь. Никак не озадачиваясь, что это такое и как работает. Наоборот, сначала наука допёрла до того, чтобы посмотреть на огонь внимательно и придумать что-то вроде окисления. Вернее, сначала придумать и разобраться, как работает окисление, а потом понять, что такое огонь. Логично же что кто-то должен пытаться осмыслить магию.

Но ничего такого в Подземье я пока не видел.

Да, у дварфов были руны. Руны, которые совершенно точно обладали магическими свойствами. И для этого их достаточно было просто начертить. Правда, для того чтобы они заработали, нужно было некое камлание, которым чаще всего занимались женщины, жрицы богини Знаний. И кто его знает, чем они там толком занимались.

Я с удивлением обнаружил в воспоминаниях Скьеля смутные намёки на оргии. Хотелось бы. Но, пожалуй, это были его бурные подростковые фантазии.

Также было несомненно, что некоторые дварфы обладали особыми свойствами. Так называемые "отмеченные" или даже "увиденные" богами. Причём градация этой самой отмеченности или заметности для богов была сложной и ветвистой. Ещё и помноженной на все семь богов, разумеется. Для Труса или Безымянного такой опции не было.

Насколько я понял, это появление "отмеченных богами" дварфов ещё большая редкость, чем появление големов. Причём кратно. Поэтому у дварфов уже очень давно эти божественные наделения силой заместились личными маркерами статуса и мастерства. Отталкивались, вполне логично, от качества сделанной работы: выдающееся качество сделанной работы считалось маркером избранности.

Для того, чтобы получить метку своего бога, тоже никаких внятных инструкций не было. Нет, они были. И много. Но настолько же запутанные и противоречивые, как критерии настоящего мужчины в соцсетях.

Из задумчивости меня вывел не нестройный хор голосов за столом. И даже не забытое мной пиво, так и оставшееся наполовину полным. Мой блуждающий взгляд упёрся в дальний стол у стены, где сидели местные старейшины. Там же стоял Уль, почему-то Хедди и какой-то тип со странной бородой. Я даже присмотрелся внимательнее. Вместо центральной толстой косицы у него было заплетено сразу несколько, будто он, издеваясь, подражал плетению разных цитаделей.

Впрочем, Скьель уже видел несколько раз что-то подобное. Так поступали те дварфы, которые промышляли торговлей. В иерархии дварфов они занимали место чуть выше охотников, поскольку бывали иногда очень полезны. Ибо изолированные друг от друга цитадели просто физически не могли производить всё сами, и приходилось что-то довыменивать. Но всё же не намного выше.

Позы, взгляды, напряжение — я уловил конфликт.

Ладно, кого я обманываю? Я бы не уловил конфликт, даже если бы они начали размахивать... Нет, конфликт я бы уловил только если бы они начали размахивать друг перед другом оружием. А так как оружия у них не было, Уль просто размахивал перед этим типом кулаками.

Я толкнул в плечо Торва, который, разумеется, ничего не замечал. Показал ему на Уля у дальнего стола старейшин. Тот толкнул следующего, так дело дошло до Грима.

Грим, надо отдать ему должное, принял решение довольно быстро. Он кивнул нам всем, мы встали из-за стола и все вместе подошли к столу старейшин.

Вернее, попытались.

Мы не смогли подойти ближе. По дороге из наших волокит к нам примкнули только парочка, так что нас было не очень много. А дорогу нам преградили не меньше десятка местных дварфов. И эти, как-то так получилось, были в броне, хоть и без оружия и без шлемов. Стояли они довольно угрюмо. И не то чтобы прямо стеной, но просто кто-то из них сказал, что невежливо подходить к старейшинам, пока об этом не попросят.