Чтение онлайн

— И что теперь — смотреть, как она умирает?! — вскипела Марс и, изнемогая от собственного бессилия, ударила кулаком в грудь лорда. Кунсайт понимал, сколь велико ее отчаяние, но ничего поделать не мог. Тот, кто попадал в руки демонесс, был обречен на мучительную смерть.

Удары тока пронзали тело Юпитер раз за разом, причиняя невыносимую боль. Тело ее билось в конвульсиях, но девушка молчала; ни одного стона не сорвалось с плотно сжатых, побелевших губ воительницы. Юпитер чувствовала себя безвольной марионеткой в руках жестоких кукловодов, сумевших пленить тело, но бессильных сломать мятежный дух.

С трудом приоткрыв глаза, воительница сквозь красную пелену посмотрела на отчаянно жестикулирующих подруг, стоящих на относительно безопасном расстоянии от демонических дев. Один лишь Кунсайт стоял неподвижно, хотя Марс кричала на него, пытаясь чего-то добиться, но безрезультатно.

«Почему они не уходят?..» — подумала Юпитер, однако очередной приступ заставил воительницу забыть обо всем, кроме всепоглощающей боли. Щупальца сжимались все крепче и крепче, ломая кости и сдавливая внутренние органы. Демонессы намеревались раздавить сильнейшую из сенши как лягушку, чтобы потом издевательски бросить изувеченное тело к ногам ее подруг.

«Нет, не бывать этому!»

В тот роковой момент Юпитер все для себя решила. Уж если ей суждено погибнуть, то смерть эта не будет напрасной. Да, враги лишили воительницу возможности атаковать, связав по рукам и ногам, но все-таки кое-что она еще могла.

Собрав остатки сил, воительница вскинула голову и сосредоточилась, мысленно призывая Дух Грома. Импульс тока ускорился, и электрические разряды, шипя и потрескивая, стали концентрироваться у диадемы Юпитер. Прикрыв глаза, девушка ощутила, как прирученный ток течет по ее венам вместе с кровью. Воительница впитывала разряды, посылаемые демоническими девами, так же легко, как губка впитывает воду, и это разозлило юм.

— Ты! — прошипела Синяя дева. — Как смеешь пользоваться нашим же оружием?!

Но Юпитер ее уже не слышала. Блаженно улыбнувшись напоследок, она вместе со своим последним вздохом освободила всю накопленную энергию…

Прогремел оглушительный взрыв. Мощность его была такова, что земля, содрогнувшись, поднялась и опала, а последовавшая за этим взрывная волна не только подбросила в воздух демонических дев, но и сбила с ног воительниц и Кунсайта, разбросав их в разные стороны. Ошеломленные, они лежали в снегу, боясь даже пошевелиться. В ушах стоял непрекращающийся звон, от которого раскалывалась голова, и на секунду сенши даже испугались, решив, что взрыв лишил их слуха. Однако легкая контузия быстро сошла на нет, но воцарившаяся вокруг гнетущая тишина не вызывала желанного облегчения.

Отряхиваясь, девушки осторожно поднялись на ноги и тут же, бросив взгляд перед собой, пораженно замерли, почувствовав, как в сердца каждой вонзается острая игла потери, а на глаза наворачиваются жгучие слезы. Там, где совсем недавно пятеро демонических дев пытали Юпитер, возвышались острые ледяные пики, мерцающие голубоватым сиянием; самих же юм нигде не было видно. Но Юпитер… Ее тело, избитое и искалеченное, свисало с ледяных сталагмитов вниз головой; на белом точно мел лице багровым цветком расцвел кровоподтек. Однако изумрудно-зеленые глаза, хоть и покрытые мутной поволокой, по-прежнему взирали на холодный бесприютный мир, хоть и несколько равнодушно.

— Мако! — Сейлор Мун сорвалась с места и быстрокрылой птицей помчалась к ледяным скалам. Слезы жгли глаза, но моментально остывали, стоило им скатиться по холодным щекам. Девушка ничего не видела вокруг себя — в тот момент весь мир ее вращался вокруг сломленной Юпитер.

Оказавшись у цели, лунная воительница попыталась вскарабкаться наверх — туда, к Мако. Однако ноги раз за разом соскальзывали, не находя опоры, и Сейлор Мун приходилось начинать восхождение сначала. Ледяные пики были неприступны — ни выбоин, ни трещин, ни выступов, за которые представлялось возможным ухватиться, но все равно девушка не оставляла попытки добраться до Юпитер.

— Сейчас, сейчас, — лихорадочно бормотала она, с отчаянной надеждой глядя на распахнутые в небо глаза подруги. — Слышишь, Мако? Подожди, сейчас я помогу тебе. Еще не все потеряно… Только не закрывай глаза, хорошо?

Сейлор Мун умудрилась подтянуться на одном из сталагмитов так, что ее лицо оказалось вровень с лицом Юпитер, и, взволнованно дыша, вперила в подругу горящий пламенем надежды взор.

— Мако… Мако… — в исступлении, точно мантру, шептала лунная воительница, но взгляд Юпитер по-прежнему оставался стеклянным и неосознанным. Лишь пару раз сократились зрачки, и с обескровленных губ ее слетело последнее слово — тихое и легкое, как шепот ветра:

— Мама…

И, прежде чем Сейлор Мун успела хоть что-то понять, глаза Макото Кино закрылись навсегда.

— Мако? Мако? — лунную воительницу затрясло мелкой дрожью, и она быстро облизнула пересохшие губы. — Нет… Нет. Не-е-ет! — вдруг взвыла девушка, глядя на почившую подругу широко распахнутыми глазами, в которых плескался первостатейный ужас. Руками и ногами она крепко вцепилась в ледяной сталагмит и зарыдала, сотрясаясь всем телом. Сейлор Мун было невыносимо осознать тот факт, что Мако больше нет, и она не могла с этим примириться. Слезы лились ручьями, и девушка буквально захлебывалась в них, но утешение так и не приходило.

Кто-то решительно дернул ее за ногу, и лунная воительница, все так же рыдая, соскользнула вниз. Венера и Марс тут же схватили ее под руки и принялись оттаскивать подальше от места гибели Юпитер.

— Нет!!! — Сейлор Мун тут же принялась сопротивляться, извиваясь всем телом. — Нет!!! Пустите меня к ней! Это я должна быть там, я, а не она! — девушка отчаянно билась в руках подруг, упираясь каблуками в землю, но воительницы все же умудрялись удерживать ее, хоть удавалось им это с превеликим трудом. — Как вы можете быть такими черствыми? Она же умерла! Умерла!!! — истерически взвизгнула Сейлор Мун, быстро мотая головой. — Да никакой Кристалл не стоит ее жизни! — неистово воскликнула она, бешено вращая глазами. И тут лунную воительницу словно осенило. Она вдруг выпрямилась и, набрав в грудь побольше воздуха, крикнула что есть мочи: — Эй вы, там! Слышите? Я отдам вам…

Эхо от звонкой пощечины разнеслось по снежной пустоши, и Сейлор Мун, от неожиданности пораженно охнув, тотчас умолкла и прижала ладонь к горящей щеке. Истерика ее утихла, не успев достигнуть крещендо; Марс и Венера, убедившись, что она пришла в себя, отпустили лунную воительницу и отошли в сторону.

Как подкошенная, Сейлор Мун упала на колени в снег, по-прежнему не отнимая руки от щеки, где горел след от пощечины. Глаза вновь наполнились слезами, и сквозь их бриллиантовую пелену силуэт стоящей перед ней Меркурий расплывался и дрожал. Лунная воительница моргнула, и слезы, прочертив две дорожки, слились на подбородке и сверкающей каплей упали в снег.