Чтение онлайн

— Это правда? — нарушила мертвое молчание лунная воительница.

— Что? — глухо ответила Венера, подняв усталые глаза.

— Ты и правда любила его?

Воительница неопределенно качнула головой и отвела взгляд:

— Я сказала то, что он хотел услышать.

Посмотрев на Кунсайта в последний раз, Венера развернулась и двинулась дальше по коридору, рука об руку с Сейлор Мун — два огонька любви и надежды против царства мрака и вечного холода.

Комментарий к 49. Последняя битва. Часть первая. Буду рада видеть вас в группе, посвященной фанфику: https://vk.com/selia_meddocs_group

Арты, иллюстрации и дополнительные материалы к “Я в любовь нашу верю...” — здесь.

Перевод эпиграфа:

Кроваво-красные небеса, мне так холодно,

Невинность потеряна, мы играем свои роли,

Колесо воплощает в себе то, куда мы движемся.

В конце концов, ты ждешь от мудрецов большей мудрости,

Впав в немилость,

В конце концов, мне кажется,

Мы должны были знать об этом лучше, ведь...

====== 50. Последняя битва. Часть вторая. ======

I could never say goodbye

To the sadness in my eyes

You know you are in my heart

But the miles keep us apart

Enya — I could never say goodbye

Секунды. Минуты. Часы… Ход времени в Темном Королевстве был искажен, и Венера с Сейлор Мун не могли сказать с относительной уверенностью, как долго они бродили по коридорам подземелий. Тьма, разбавляемая неясным свечением сочащихся влагой стен, обволакивала воительниц погребальным саваном, питаясь чистой энергией сердец и оставляя по себе лишь липкое чувство страха. Нервы девушек напоминали туго натянутые канаты, готовые вот-вот лопнуть; волнение достигло апогея, заставляя воительниц чутко и с оправданной осторожностью реагировать на каждый шорох. Кулаки сжимались и разжимались; в любой момент сенши были готовы пустить свои силы в ход.

Так, трепеща перед неизвестностью, поджидающей за каждым поворотом, Сейлор Мун и Венера упорно двигались вперед. В сердцах их пудовыми булыжниками лежала скорбь по безвременно почившим подругам, горло сжималось от едва сдерживаемых горестных стонов, а глаза горели от непролитых слез… Но воительницы не позволяли себе пасть в уныние, понимая, что сейчас нет времени предаваться эмоциям и горю. Они молили богов лишь о выдержке и силах двигаться дальше, вперед, в хладный мрак сырых подземелий, навстречу победному концу.

Всю дорогу девушки единодушно молчали, понимая, что слова излишни. Здесь, в коридорах Темного Королевства, их линии жизни тесно переплелись, и они остро чувствовали настроение друг друга, улавливая каждое движение душевного нерва и читая мысли друг друга.

Но так не могло продолжаться вечно, и молчание все же было нарушено озвученной мыслью, невольно слетевшей с уст Венеры.

— Когда мы вернемся, то обязательно сляжем с пневмонией. Это как пить дать, — фраза, произнесенная вполголоса, нарушила гулкую тишину пещер, и Сейлор Мун, вздрогнув, вышла из ступора. Стало ясно, что мысль эта занимала лунную воительницу куда меньше ее спутницы; впрочем, сырость и холод, пробирающие до костей, невольно заставляли с собой считаться. Сейлор Мун тут же ощутила, как в горле запершило, и она поспешила прижать ладонь к губам, дабы подавить клокочущий внутри кашель.

— Или еще с чем похуже, — хрипло прокомментировала она, выражая таким образом солидарность с Венерой. Правда, в отличие от подруги, в ее мыслях грядущая болезнь связывалась не со словом когда, а со словом если. Если вернемся. После гибели троих сенши уверенность Сейлор Мун в триумфальном возвращении домой таяла снежинками на губах.

Вдруг Венера схватила лунную воительницу за запястье и сжала так крепко, что та едва сдержала крик боли.

— Т-с-с! Слышишь? — взволнованно прошептала девушка, и Сейлор Мун послушно замерла. Гулкое эхо подземелий донесло до ушей сенши звук приближающихся шагов. Кто-то шел воительницам навстречу. Но кто? Друг или враг? На первое, исходя из печального опыта, полагаться не приходилось.

Венера, сделав лунной воительнице знак держаться ближе, легко скользнула вдоль стены, едва касаясь носочками туфель каменистого пола, и замерла у поворота, вжимаясь спиной в сырую каменную кладку. Сняв с пояса Мерцающую Цепь, воительница натянула ее в руках и что-то прошептала, едва шевеля губами. Спустя мгновение девушка уже сжимала в руках верный Святой Клинок, закусив от напряжения губу.

Звук шагов нарастал с каждой секундой; ему вторило биение сердца Венеры. Все ближе и ближе; все быстрее и быстрее…

«Еще немного, — говорила себе воительница, с трудом сдерживая бурное, взволнованное дыхание. — Дай ему подойти ближе…»

Наконец, когда напряжение достигло своего апогея и сердце едва не выскочило из груди, Венера выскочила из своего укрытия и сделала выпад мечом. Раз — и хрусталь клинка встретила сопротивление; два — и удар был парирован. Вместе с тем раздался бархатный, знакомый до дрожи голос, от которого ноги воительницы стали ватными от мгновенного облегчения.

— Я знал, что ты поступишь именно так. Молодец, не теряешь бдительности!

— Мамору! — воскликнула Венера и, потянувшись к любимому всем телом, обняла его свободной рукой за шею, не выпуская при этом меч. Быстро прижавшись, она тут же отстранилась. Как бы ни хотелось Венере остаться в объятиях Эндимиона, на это не было времени.

Принц бросил взгляд через плечо возлюбленной, выхватив маячившую невдалеке фигуру Сейлор Мун. Девушка стояла, опустив голову и сцепив пальцы в замок, словно чувствуя себя посторонней при этой сцене встречи. В глазах Эндимиона на мгновение вспыхнула теплая искорка, но тут же погасла, сменившись мрачной решимостью.

— Где остальные? — спросил он, хотя интуиция уже шепнула принцу ответ.

— Они… — Венера опустила глаза, скрывая вновь навернувшиеся слезы, и Эндимион сразу все понял. Мстительный огонек сверкнул холодной сталью в синеве его глаз, и молодой мужчина сжал кулаки.

— Мы отомстим за них, обещаю, — произнес он и, обратив взор на лунную воительницу, добавил: — Впрочем, сейчас перед нами стоит проблема поважнее. Берилл отправила меня за твоей головой, Сейлор Мун.

Услышав это, воительница вздрогнула и невольно попятилась. Ей стало так страшно, что она едва не поддалась желанию бежать сверкая пятками, и Эндимион, уловив настроение Сейлор Мун, тут же поспешил заверить ее в своих благих намерениях: