Чтение онлайн

Девушка ощущала, как он собран и напряжён – даже не как тугая пружина, а как металлическая стружка в прессовальной машине. Наверное, не стоило надеяться, что родители живы, и Илмари придётся пережить потерю и похоронить их. Брата встретить реальнее, если он ещё живёт в том доме.

Общение с родными не всегда приятно, иногда грозит потерей нервов и настроения. Близкие ранят больнее всего, но их стрелы не смазаны ядом и даже смертельное попадание не причинит такого вреда, как царапина от злейшего врага. Однако всё гораздо сложнее, когда не видишься с ними двадцать пять лет, в течение которых мёртв. Да, его оплакали, но ведь не забыли! Энви искренне в это верила.

Илмари по-прежнему смотрел в окно, но, казалось, ничего там не видел, и его дух витал где-то между мирами. Завитки волос скрыли лицо, лишь серьга в левом ухе подрагивала от тряски автобуса. Девушка скользнула взглядом по ткани плаща, которая показалась ей грубой и необработанной в сравнении с его кожей.

– Илмари… – позвала она, отогнав грешные мысли.

Он вздрогнул и повернулся. По лицу скользнула тень, будто его вырвали из седьмого круга ада – прямиком из кипящей кровавой реки, из пасти пса или из-под струй пламени в знойной пустыне. Энви стало безумно его жаль, но сумрак душевных страданий уже сменился на спокойную и тёплую улыбку.

– Да, Энви? – произнёс он с яркими томными интонациями. Но вряд ли в тот момент хотел соблазнить девушку. Вероятно, даже не подозревал, какой умопомрачительный эффект производит его низкий голос. Особенно вместе со взглядом…

– Я… просто хотела сказать, что мы скоро выходим, – растерялась она.

– Хорошо, – кивнул тот. – Это новая дорога? Я её не помню.

– Да, новая, объездная.

Короткий разговор завершился, и оставшееся расстояние они молчали, но не в удушливой тягости, а в приятной меланхолии, благотворной для обоих. Они будто общались на невидимых уровнях, но вряд ли подозревали об этом, просто им было хорошо рядом друг с другом: Илмари успокаивался и настраивался на встречу, а Энви впитывала расслабленное течение времени и постигала прелесть тишины.

Из автобуса вышли молча и двинулись по улице под гудение поезда. Значит, рядом проходила железная дорога, а, следовательно, и дом семьи Суло. Девушка спешила за Илмари, отставая на полтора шага – дистанцию, которая преодолевалась без особых усилий, но кажущуюся колоссальной, если глубоко задуматься. Но размышлять на эту тему сейчас не хотелось, и она просто шла мимо старых кирпичных домов, любовалась цветущими липами, вдыхала ароматы бадана и лобелии. Кажется, парень узнал местность и зашагал быстрее.

«Интересно, бьётся ли его сердце? – вдруг подумала Энви. – По большому счёту, не должно…», – она тоже прибавила шаг, чтобы не отстать.

– Скоро будем на месте, – бросил парень через плечо со стойким волнением в голосе.

Оно передалось и ей, и девушка затрепетала, будто что-то важное и эпохальное грозилось свершиться прямо сейчас. В тот момент она ощущала себя не песчинкой в жаркой пустыне или крупицей в безбрежном океане, а чем-то колоссальным, например, оазисом или островом. Она улыбнулась, понимая, что эти мысли навеял ей Илмари своим присутствием, сама бы она никогда не подумала о себе, как о ценной и важной.

В конце улицы Суло остановился и спрятался за пушистыми ветками пихты. Заполучив дерево в качестве укрытия, он выглянул на другую сторону дороги на двухэтажный дом из красного кирпича. Стены и местами крыша едва проглядывали из-за густо разросшихся винограда, вьюна и плюща. Растительность также оплетала забор. На первый взгляд создавалось впечатление, что дом запущен, но в ухоженном саду – никакой пожухшей листвы, заросли аккуратно подстрижены, а цветы росли, будто создавали узор.

Энви поняла, что они пришли.

– Так мило! – она не удержалась от возгласа.

– Мама всё свободное время проводила в саду, ухаживала за ним. Даже после работы находила силы поковыряться в земле. Но никогда не ругала ни меня, ни Питари за то, что мы топтали грядки и цветы… – Илмари тонул в воспоминаниях и вдруг вздрогнул. – Пойдём, – сказал он и пошёл вперед.

«Наверное, чтобы скрыть слёзы», – подумала Энви, идя за ним.

Но шаги парня, сначала широкие и бойкие, всё больше теряли уверенность и скорость. Вскоре он остановился, не дойдя до калитки, сделанной наполовину из дерева, наполовину из сетки. Его взгляд растерянно бегал по каменным плитам дорожки, уводящей к крыльцу.

«Сделать ещё хоть шаг для него, наверное, тяжело, как если бы к ногам приковали неподъёмные гири. А какой груз у него на сердце… Я должна помочь ему!»

Но только она собралась сказать что-то ободряющее, как парень решился. Пара быстрых шагов – и он схватился за калитку. А после тихо вскрикнул, согнулся пополам, как от резкой боли и сжал руками за голову.

От неожиданности Энви опешила, но быстро пришла в себя и кинулась к Илмари. Она колебалась всего секунду перед тем, как дотронуться до него, подумав, что, возможно, опять увидит образы, но ничего не было.

«Если бы я коснулась его, когда он взялся за калитку, как тогда с постаментом».

Но сейчас она ничего не хотела видеть – понимала, что парня посетили страшные и болезненные образы. Это касалось его одного, посторонние не должны подглядывать.

– Илмари! Что случилось? Ты снова что-то видел? – она обхватила его руками, помогая разогнуться.

Суло трясло, он резко побледнел, а во взгляде ещё отражалось пламя боли, пожирающей мозг. Но она постепенно утихала – выступившие слёзы гасили пожар, возвращая глазам мягкий свет. Парень распрямился и опустил руки, он посмотрел на Энви, но будто не видел её и не понимал, где находится.

– Умерли… Они умерли… – пробормотал он.

– Твои родители?

– Да. Я видел их похороны… Видел, как выносят тела, – он так зло посмотрел на калитку, будто это она убила его мать и отца. – Свой гроб я тоже видел… Это сводит с ума, я не могу, – он попятился, – я не могу войти туда, слишком больно!

– Илмари! Прошу, не уходи! Если уйдёшь сейчас, прийти второй раз будет сложнее. Пожалуйста! Мы пришли сюда за ответами, и мы на верном пути. Это видение что-то значит. Давай поговорим с братом. Это же твой дом! А я буду рядом, обещаю.