Чтение онлайн

Нимфа фыркнула.

— Ты готов защищать любого убогого, пустившего умильные слюни на твоих птичек. Ещё скажи, что этот храбрец к дракону приглядывался.

— Он на нём летал, — бесстрастно подтвердил Янтарин, не мигая глядя на собеседницу. Лейм зашипела рассерженной кошкой.

— Дурак! Они истребляют нас, считают, что мы погань, нелюди. Конечно мы не люди, ещё б кто попытался причислить меня к сему презренному племени! Они вырезают моих оборотней, считают их недочеловеками, выбили всех твоих пегасов, Ферекрус, жгут твоим, Янтарин, огнём, твои, Родомир, земли. Нилл… разве не от этого стада существ отбивал тебя Янтарин год назад, когда они держали тебя в бочке из-под… напомни… из-под капусты? Или клюквы?

Наяда залилась краской.

— Лейм, угомонись, — попросил Янтарин. — Ты пугаешь Пламеня.

Свернувшийся клубком дракон приподнял золотую морду, укоризненно посмотрел на названного брата и зевнул.

— Неужели? — хмыкнула нимфа. — Ну, допустим, тот мальчик действительно такой из себя чудесный — ну так в семье не без урода.

— В большой семье и уродов насчитается немало, — Янтарин с протянутой рукой шагнул к упрямо задравшей подбородок девице и перед самым её носом разжал ладонь. Бледно-розовое солнце пыхнуло в руку медовой радугой, отразившись в… — Глянь. Неужели пресмыкающиеся, к которым ты так упорно причисляешь людской род, смогут сделать такую вещь?

На ладони лежала огранённая янтарная капля с застывшей в ней раздвоенной веточкой. Капельки воздуха, попавшиеся в янтаре, посверкивали словно мелкие жемчужинки. Солнце взошло, распылив по небу тонкие облака и поразительные волосы огненного бога играли такими же жемчужными бликами.

Нимфа раздула ноздри, свела на переносице брови.

— Подобрали где-нибудь, — буркнула она.

— Нет, ты же знаешь. Пускай их мастерство и не такое изящное, как у эльфов, но и они могут создавать прекрасные вещи. А мы научим жить их в ладу с природой.

— Или уйдём в небытие, — так же упрямо пробурчала Лейм.

— Или уйдём в небытие, — согласился Янтарин. — Бросай хандрить. Нилл права — люди не зло. Но это не значит, что мы не должны защититься от их навалы.

— И потом… — Янтарин и Ферекрус мрачно переглянулись, — здесь, на востоке, появилась новая сила, некое тёмное братство — не боги, не духи и не люди. У них своё божество — Морта. Смерть. Ферекрус, никак в силу своей скромности, умолчал, что уже сталкивался с одним из них — когда тот во славу своей богини попытался выкачать из него жизненные соки. Теперь эта тварь рыщет в поисках понравившегося ей лакомства. Старайтесь поменьше светиться со своей силой, особенно теперь, когда она слабнет.

Кентавр стукнул копытом и обвёл присутствующих — насупленных, вызывающе гневных и просто напряжённых — спокойным взглядом чёрных как ночь глаз.

— Значит, вопрос решён?

Все нестройно согласились.

Ферекрус задумчиво провёл своим пером через кулак.

— Осталось только решить, как будут выглядеть наши амулеты.

Янтарин посмотрел на янтарную каплю в руке, задумчиво склонил набок голову.

— И кто станет защищать Землю Мать, когда наша сила сойдёт на нет…

— Теперь поняла?

Фелиша открыла глаза. Дракон лежал рядом, зажмурившись, но он за ней наблюдал — так и не вылез из головы.

Солнце окрасилось истерично-алым — совсем не таким нежным, как та заря над белым храмом. Краски заката растеклись по всей земле — нерреренский лес стал багровым и неуютным, будто зарево от далёкого пожара, что тысячу лет назад выедал Землю Мать. Вода в озере, такая же красная, как и небо, тихо шуршала о песок. Того же цвета, что кровь в каменной чаше…

— Выброс-сь из головы, глупыш-шка, — дракон по-змеиному свернулся вокруг своей всадницы, медленно выдувая пастью тёплый воздух. — Многих из-с них теперь уже нет, а те, что выжили, с-слишком изменилис-сь — и внешне, и внутренне. Даже Родомир. Раньше он был в курс-се вс-сего, неважно какое рас-с-стояние отделяло его от предмета интерес-са. Теперь же за пределы с-своих земель его вынудило уйти лишь нападение Оникс-са.

— Ты похож на того золотого дракона, Пламеня. Ты его потомок?

Янтарин приоткрыл золотистый глаз.

— Мы все его потомки, — мысленно ответил он.

Фелиша, не подымаясь, ткнула собеседника кулаком в бронированный бок.

— Ладно, с-сдаюс-сь, во мне течёт его кровь, — согласился многотонный Янтарин с девчонкой, едва ли переплюнувшей бараний вес.

Удовлетворённая, принцесса заурчала.

— И вс-сё же… что ты вынес-сла из этой ис-стории?

— Я наконец-то узнала, в честь кого тебе дали такое забавное имя.

— Фелиш-шия…

— Ну ладно. Кажется, тот мальчик, о котором говорил огненный бог — это наш прародитель — первый воин-феникс. От него пошла наша история, ведь так?

— Верно. Юлифь. Первый вс-садник золотого Пламеня. Огненный бог оч-щень его ценил. В его чес-сть вс-сегда называли с-самого быс-строго и ловкого, того, кто летал на золотом драконе. Феникс-сы избрали вас-с как защитников и феникс-сами вас-с нарекли, чтобы помнили свои корни.

— Мы — защитники земли?

— Не земли — Земли. Она — наш-ша мать, наш-ша жизнь, наш-ш дом. Вы защищаете вс-сех нас-с от нас-с же с-самих. Раньше этим занималис-сь те пятеро, но их время уш-шло.

— Осталась куча артефактов, — принцесса провела пальцами по шее, там, где с детства болталась на верёвочке память о матери.

— Половина куч-щи, — лениво поправил Янтарин, вновь разворачиваясь. — Ферекрус-с рас-спрощалс-ся с-со с-своим пером, когда память о нём полнос-стью ис-счезла из с-сердец с-смертных. Родомир рас-сплатилс-ся трилис-стником за свой табун, забитый камнями фанатиков из Феклис-сты. А крош-шка Лейм тем арбалетным болтом рас-сколола Геону на ос-строва, чтобы только люди не тронули её лес-с и её с-сес-стёр. За ос-ставшимис-ся ведёт охоту Мортемир. Ты уже должна была понять, что один из артефактов — янтарная капля твоей матери. Гельхен с-сглупил, когда подарил артефакт ей.