Юдоль битвы
Шрифт:
Не прощаясь с друзьями, парень умчался к иве.
Подобраться к дереву оказалось несложно. Ниже находилось еще одно, ранее упавшее дерево, корни которого уцелели. Упрямое растение продолжило расти, обратив свои ветви, обращенные теперь вверх, в россыпь молодых деревьев. По ее еще крепкому стволу, обращенному в сторону тропы, Дима и прошел до самого наблюдательного пункта. Пришлось лишь немного расчистить дорогу, трофейный меч в этом плане очень помог.
Наверху оказалось даже уютно. Среди старых ветвей образовалась удобная развилка, густо усеянная палой листвой и мелкими веточками. Ива клонилась макушкой в сторону Пепла и Дима был прикрыт от преследователей наклоном дерева и листвой. Оглянувшись назад, парень разглядел своих друзей, почти скрывшихся в зарослях. Примерно в паре километров впереди лес начинал выглядеть странновато. Со своей высоты Дима разглядел множество кривых, нездоровых деревьев, обилие лиан, мхов и лишайников, густые испарения. Видимо это и была Гниль. Даже отсюда становилось понятно, что место это нездоровое.
Парень повернулся обратно к Пеплу, накинул капюшон, положил голову на сложенные ладони и замер. Легкий мандраж бодрил, и парень очень надеялся, что по итогу не уснет — все же сегодня все в группе не спали почти полночи. Но вырубиться сейчас было бы верхом идиотизма. Поэтому Дима изредка до боли прикусывал язык или щеку, хотя, возможно, это и было лишним. Но кто знает, сколько ему здесь лежать, вдруг сон незаметно подкрадется сзади? Парень суеверно оглянулся. Естественно, позади никого не было.
А ведь действительно, сколько ему здесь лежать? Час, два, все три? Сколько времени нужно, чтобы противник обо всем узнал и отправил погоню? Личного опыта у Димы в этом не было, оставалось опираться лишь на собственные ощущения.
— Лежу, пока солнце полностью не поднимется, потом сваливаю, — решил парень, бросая взгляд на восток.
На горизонте уже виднелась четкая полоса, с каждой минутой все больше наливающаяся краснотой. До восхода оставалось полчаса, может чуть больше.
Делать наверху было нечего. Поднялся легкий ветер, от чего листва над головой начала приятно перешептываться меж собой. Диме почему-то вспомнились его первые дни в этом мире. Он ведь почти так же сидел на дереве, слушал шум ветра в кронах и боялся спуститься из-за фирда, караулившего на земле. А ведь с тех пор прошло больше полугода. Да, из них, наверно, лишь первая неделя была насыщена событиями, причем очень неприятными. Которые и привели его сюда. Вновь в его жизнь врываются какие-то путешествия, сражения и прочие приключения. Этого ли он хотел? Вроде бы нет… Изначально, все что было ему нужно — это крохотный уголок, где он сможет жить спокойной жизнью. И, может быть, несколько близких людей, которые желают того же самого. Дима мог бы и всю жизнь прожить где-то на отшибе. Просто ловил бы рыбу, растил хлеб, заготавливал дрова, строил, а затем чинил бы собственное жилище. Перед глазами вновь возник образ Пурги, заставив парня горько скривится. Ведь и она могла бы быть рядом… Но ничему этому уже не бывать. Все из-за этих уродов…
Парень дернул головой, прогоняя наваждение и, переведя взгляд на Пепел, вздрогнул от неожиданности. Шесть человек замерли перед аномалией, быстро облачаясь в плащи и надевая полумаски. Один из шестерки, уже надевший скудное защитное снаряжение, изучал что-то на земле. Дима прекрасно помнил, что именно в том месте пролегала тропа, которой они и держались. Различить лица с такого расстояния было невозможно, но парень разглядел колчан и чехол с луком за спиной следопыта. Другие тоже были при оружии.
Глянув на восток, парень тут же прищурился — солнечный диск краешком уже сиял на горизонте. Значит неожиданно появившаяся шестерка отставала от отряда всего лишь на час пути. Сомнений в том, что это высланный за группой хвост, практически не осталось.
Дима аккуратно соскользнул с дерева, убедившись перед этим, что чужой отряд вошел в Пепел. Пробежав по упавшему стволу, парень юркнул в кусты. С десяток метров по примеченному проходу, и он выныривает на общей тропе. Веником из ранее срубленных веток Дима слегка прошелся по тому месту, где он вышел из кустов, а затем бросился вдогонку за друзьями. Веник выкинул прочь через несколько шагов. Пусть враг до последнего думает, что их цель бездумно рвется вперед. Ни к чему их пока настораживать оставленными следами наблюдения.
Глава 20
Белый лоскут, нацепленный на ветку, Дима заметил не сразу. Едва заметная тропка при приближении к аномалиям начинала ветвиться. Видимо сборщики, что искали различные полезные ресурсы и артефакты в местной Тени и Гнили, предпочитали здесь следовать уже своими маршрутами. Бегущий по одной из таких тропок парень на полной скорости влетел в Тень. К счастью, он быстро заметил, как все вокруг потеряло в яркости, а восходящее солнце разом стало каким-то тусклым. Выскочив обратно, Дима чуть медленнее побрел в сторону реки.
Лоскуток оказался спрятан в глубине куста. С расстояния почти незаметно, но, если подойти поближе, тряпка становиться заметна. Сорвав метку, Дима ступил на нужную тропу.
Слева, всего в паре метров от парня, землю, деревья, кусты и травы, затянуло мхом, лишайником, плесенью и прочей пакостью. С одного взгляда становилась понятно, что лес здесь нездоров. С некоторых деревьев свисали какие-то лианы или лозы, в иных местах земля пузырилась и с тихим шипением выпускала из себя клубы газа. В стороне Дима разглядел дочиста обглоданный, но уже начавший обрастать какими-то полупрозрачными грибами скелет. Под одним из кустов, к собственному удивлению, парень обнаружил муравейник. Внимательно приглядевшись, он испуганно отпрянул. Муравьи оказались размером с палец, с огромными брюшками, украшенными жалами навроде осиных. На его глазах отряд муравьев накинулся на жирную, мохнатую гусеницу. Ползучая уродина плевалась какой-то слизью, атаковала врага уже своим жалом, или проглатывала целиком — пасть у твари, как оказалась, тянулась вдоль тела почти до середины длинны. Но это ее не спасло и вскоре распухший из-за какого-то яда труп гусеницы поволокли к муравейнику. Наверняка Гниль показала еще не все свои опасности, но соваться вглубь, чтобы увидеть больше, юноша не собирался.
Справа картина была куда более обычной. Просто прибрежный лес, на первый взгляд ничем не примечательный. Но чем дольше Дима шел по тропе, тем лучше он начинал отмечать неестественную тусклость цветов и слишком густые тени. Тень неохотно, но открывала свое лицо. Вскоре парню начало казаться, что среди деревьев по правую сторону тропы, снуют какие-то силуэты, мелькают гротескные лица. Все чаще ему начало казаться, что кто-то за ним наблюдает и это чувство только усиливалось. Вместе с ним все более явными становились силуэты, что скрывались в густых тенях. Ушей начал касаться потусторонний шепот на незнакомом языке.
Парень шел четко вперед, стараясь больше не отводить взгляда от узкой, безопасной тропы, чтобы не пугаться таящихся в тенях кошмаров. Он старался вдыхать через раз, потому что ветер, идущий от реки, приносил с собой тяжелые, гнилостные испарения. Чтобы бессвязный шепот не донимал и без того напряженное сознание, Дима пытался про себя напевать какую-то песенку, но слова путались, скакали со строчки на строчку. Очень скоро парень понял, что вместо песни, просто повторяет из раза в раз одну и ту же бессвязную фразу. С усилием Дима успокоил мысли, хоть и понимал, что это ненадолго. Слишком большой была аномалия под боком, ее влияние явственно ощущалось за ее пределами.
На счастье, тропа наконец закончилась. Парень даже не сразу это понял, но его вдруг окликнули. Замерев, Дима потерянно встряхнул головой и наткнулся взглядом на Лона, до этого прятавшегося в кустах.
— Ты как, в порядке? — участливо спросил татуированный.
— Чуть с катушек не съехал, а в остальном нормально, — судорожно вздохнул Дима.
Лон понимающе кивнул и хлопнул товарищу по плечу:
— Да, я тоже чуть не свихнулся. Хорошо хоть мы толпой шли, друг друга видели. Все полегче было, а ты вообще бледный. Ладно, идем к нашим, расскажешь всем сразу.