Чтение онлайн

– Вам не кажется, что это немного слишком, - осторожно поинтересовался господин Иглицын, опасливо поглядывая на человека, сидящего за столом.

Молодой мужчина отвлёкся от разложенных перед ним бумаг и кристаллов-накопителей, чтобы посмотреть, о чём идёт речь. Золотистые глаза, ставшие в полумраке подземелья окончательно звериными, вызвали дрожь даже у бывалого боевика, заставив простых служак и вовсе передёрнуться от страха перед лютующим начальством.

– Хм, - задумчиво протянул Глава Замка Мастеров, - пожалуй. Мне сказали, что присланный Мастер-Инквизитор был большим эстетом и даже зал для сжигания пытался покрыть фресками, но они слишком быстро рыжели от копоти, и от идеи пришлось отказаться.

– Я не об этом, - чуть бодрее продолжил помощник, понимая, что если сразу не получил в голову пресс для бумаги, то с начальством можно вести диалог и дальше.
– Вам не кажется немного лишним пытать их после того, как наши диагносты уже сняли слепки узлов с ключевых воспоминаний и даже расшифровали?

– Ты называешь ЭТО ключевыми воспоминаниями?
– низко зарычал молодой человек, яростно сбрасывая в стоявшую поодаль корзину ближайшие кристаллы.
– В них же ровным счётом ничего! Не может, человек, служивший несколько лет на одном месте, не иметь в голове ничего необходимого!

– Невысокий чин...
– попытался заступиться за пленника Дилеон Святиточич, которого творящаяся в Замке беспрерывная экзекуция уже начала порядком смущать своими безумными поветриями.

Глава, чей образ последнее время своей бескомпромиссностью и отчаянностью действительно напоминал безумца, скептично изогнул бровь:

– Невысокий чин? Не смеши меня. Нам досталась не группа слепо-глухо-немых инвалидов, что не способны воспроизвести события своей жизни. А по полученным данным, самым ярким событием для этого отребья было дефиле какой-то полуголой девицы по крыше дома! Хотя нет, вру. Один умудрился описать выбегающего из кухни герирозавра! Представляешь? У нас оказывается, предтечи драконов в свободном доступе есть!

– Нужно учитывать, что они получили серьёзные повреждения при разрушении системы защиты, - Иглицын отошёл от рабочего стола подальше, под видом проверки записывающего артефакта: хотя в нынешних условиях молодой самозванец на месте Главы и оказался очень эффективным, методы его уж слишком пугали.

Араон Артэмьевич Важич заправил больную руку, что просто отказывалась заживать в таких экстремальных условиях, за клинковую перевязь, поддерживающую крепкий стёганный колет с прошитыми защитными пластинами. Вместо клинков у него, правду к ней крепились несколько бляшек охранных артефактов, метательные пластинки и большая фляга с укрепляющим зельем, сваренным стариком Милахом во избежание соблазнов для желающих поквитаться травников и лекарей. К бедру в хитроумной конструкции из кожи и серебра крепился большой серп с длинной цепью грубого плетения, что казалась снятой с крестьянского амбара, но излучала весь спектр боевых чар. Молодой человек, ещё совсем недавно казавшийся беспечным и жизнерадостным юношей, отрадой и головной болью наставников, вечно влезавший в передряги и выходящий из них с широкой улыбкой, нынче выглядел страшно. Он был добротно одет без лишнего шика, но соответствующе статусу, чисто выбрит, несмотря на катастрофическую нехватку сил и времени, и даже потрудился промыть длинноватые волосы (скорее всего сразу вместе со всем телом). Только выглядел Важич при этом дико, как матёрый дворовый кот, подвергшийся насилию со стороны грумеров, но не потерявший ни нрава, ни инстинктов. Казалось, в любой момент эта маска цивилизованности спадёт и всем снова предстанет окровавленный демон, которого после разгрома залы заседаний в своих кошмарных снах, наверняка, видел каждый второй служащий административного корпуса.

– О системе защиты следует спросить отдельно: конструкция, способ взаимодействия, управление, создание, - отметил для себя Араон, неспешно прохаживаясь по длинной и узкой камере.
– Сейчас повтори вопрос о Медведе, да так, чтобы вскрылось больше связок. Наши диагносты не блещут подготовкой, чтобы из одной распутать приличный текст.

Пленник неистово закричал и Иглицын не выдержал:

– Араон Артэмьевич, сделайте перерыв! Они нам уже умудрились пересказать полную физиологию медведей, происхождение животного и сказок собрать на два сборника. Но ничего не могут сказать о человеке. Очевидно же, что он у них под другой кличкой числится!

– Посланник Cefa?
– ухмыльнулся молодой человек.
– И что это знание даёт в расследовании? Время утекает. Мы теряем преимущество.

Господин Иглицын, что, несмотря на свой высокий чин, был весьма скромно информирован о причинах проводимых зачисток и их конечной цели (определённые догадки безопаснее было оставлять догадками до всякого официального заявления), тяжело вздохнул, но от комментариев воздержался. Старшие Мастера, недавно посетившие подобные камеры тоже очень любили комментировать решения начальства.

– Арни!!!

От душераздирающего вопля, донёсшегося из-за двери, Араон Важич дёрнулся в бок, едва не вскочив на стол с пыточными инструментами, помощник выронил сменный кристалл, а пленник перестал дёргаться, впав, казалось, в глубокий обморок.

– Арни!!!
– после второго удара дверь, зачарованная против побегов и пожара, пала под ручкой госпожи Альжбетты Важич.
– Нам нужно серьёзно поговорить!

Невысокая женщина форм замечательного сдобного пирожного и того примечательного возраста, когда эти формы кажутся действительно уместными и привлекательными, влетела в мрачные чертоги подземелья ничуть не смущённая наличием пленных, опасных артефактов и, собственно, обязательной охраны. Одета была соответственно образу матери едва ли не второго человека в княжестве, из положенного вдове чёрного цвета на ней были лишь длинные перчатки и крупные бусы, несколькими ярусами, закрывающими грудь. Сперва она собиралась вся облачиться в траурные цвета, чтобы напомнить нерадивому сыну о своих невыносимых мучениях и глубокой скорби, но представив, что в этом придётся добираться через весь город, решила поубавить степень давления, компенсировав за счёт эмоций. Опытный боевой чародей, привыкший иметь дело с разъярённой нечистью и один на один выходить с самыми злостными тварями, увернуться просто не успевал.

– Сынок, какой ужас! Упаси Триликий! Это случилось! Я знала, что это случится! Я говорила, говорила, но кто же послушает несчастную женщину. Проклятый старый пенёк, я всегда его подозревала в неладном! И вот...- обхватив за шею чуть оторопевшего Арна, Альжбетта Важич разразилась настолько горькими слезами, что их можно было заливать в клепсидру вместо едкого состава.

Араон Важич попытался одной рукой отцепить от шеи пальчики рыдающей матери, но Альжбетта в плане страданий была женщиной опытной и держала крепко:

– Как же я извелась за это время! Как волновалась! Почему ты не приходил домой? Мы с Дилией, бедной девочкой, совершенно извелись, как только до нас дошли слухи об этом ужасном нападении! Кто бы мог подумать! Тебе просто непременно нужно вернуться домой. Нужен отдых и...

Прекрасно понимая, что так просто выбраться из объятий дорогой родительницы у него не получится, а звать на помощь телохранителей смешно и бесполезно, Глава Замка Мастеров смирился с выпавшими на его долю испытаниями, взглядом приказав помощнику удалиться. Тот понятливо кивнул и поспешил закрыть дверь снаружи, чтобы лишний раз не подрывать авторитет начальства. Его мать, почитавшая себя первой женщиной со всеми вытекающими последствиями, справлялась с этой почтенной миссией значительно лучше.

Стоило двери пыточной захлопнуться, безутешная вдова отцепилась от шеи младшего сына и поспешила утереть разводы косметики краем перчатки, благо всё равно она была чёрной. Следовало начать обещанный серьёзный разговор как можно более эффективно, но подходящий тон не находился. Альжбетта Важич проявляла удивительно несвойственную себе неловкость и можно сказать кротость, что заставило Арна впервые серьёзно обеспокоиться её состоянием. Матушка часто использовала слабость для достижения своих целей, но никогда ранее не пыталась её скрыть.