Чтение онлайн

На лестничной площадке между вторым и первым этажами конвоируемые нос к носу столкнулись с Тварью в окружении внимающих ее рассказу кровососов. Женщина выглядела уже совсем по-другому и была, как ни странно, в одежде. Она едва взглянула в их сторону и, сделав вид, что знать не знает, продолжила болтовню. После выполнения задания они стали для нее обычными кусками мяса, которыми, кстати, совсем скоро можно будет полакомиться. На другое отношение Дарк и не рассчитывал, а вот Диану поведение бывшей соратницы почему-то задело. Наверное, сказывался необычайно малый опыт жизни в роли моррона.

Подвал замка был обустроен на славу, здесь находились и складские помещения, и холодильный зал для хранения запасов плазмы, а также клетки для содержания живых сосудов с кровью, то есть людей, прикованных к стенам цепями. Щемящее сердце зрелище, оптимальное будущее для людей, с точки зрения сиятельной графини Самбины, на которую возлагал такие большие надежды ныне покойный маг Мартин Гентар. К сожалению, гении обычно близоруки, отлично разбираются в сложных кознях противников, но доверчиво пригревают гадюку на собственной груди.

Развязав им руки, морронов впихнули в переполненную людьми камеру. Страшная вонь, запах пота и ужасная сырость стали не самым тяжким испытанием. Находившиеся на крошечном пятачке в шесть квадратных метров узники плакали, выли и стонали, тем самым постепенно сводя друг друга с ума. По счастливой случайности Дарк заметил маленький пробел на скамейке слева от входа и едва успел усадить растерявшуюся Диану. Страх страхом, горе горем, но желающих поудобнее устроиться было множество.

Аламез сел рядом, у ног Дианы, и положил голову на ее колени. Девушка осторожно погладила ее кончиками пальцев.

– Дарк, а ты им сказал правду? – внезапно спросила девушка, когда моррон уже почти задремал.

– Ты о чем? – поднял сонный взор Аламез.

– Ты не боишься смерти?

– Я уже привык, – пытался пошутить моррон, но, видя, что у девушки совершенно не то настроение, ответил серьезно: – Правда, когда-нибудь и я не воскресну.

– А за меня... за меня ты боишься?

– Боюсь, но им этого нельзя показывать. Стоит лишь намекнуть на свое слабое место, и туда обязательно ударят грязным сапожищем, да еще каблук провернут.

– Но ведь все чего-то боятся. И у нас, у морронов, есть слабости. Что же делать?

– Не показывать, обманывать, пусть враг думает, что ты боишься чего-то другого.

– Так чего же боишься ты? Неужели есть что-то страшнее окончательной смерти?

– Есть, – ответил Дарк, кивнув на толпу стенавших людей. – Их будущее. Я умер тысячу лет назад и с тех пор живу только для них. Это не громкие слова, поверь. Я не могу позволить превратить человечество в безвольное стадо баранов. Потеря личности – вот истинное лицо смерти.

– Ты ведь не сдался, ты что-то придумал, – тихо прошептала Гроттке. – У нас ведь еще есть шанс спастись?

– Придумал, – соврал Аламез, боясь лишить надежды единственного близкого ему человека, – но пока нужно ждать... возможно, долго.

Клотильда Дебарн сильно рисковала, выйдя наружу и направившись навстречу врагу. Хотя наводчики орудий и не сводили с моррона перекрестье прицелов, но близость к мишени их повелительницы не позволила бы им выстрелить в случае неадекватных действий террориста-одиночки. Конт понимал это и оценил, поэтому и не пытался захватить заложницу, а наоборот, вызывающе продемонстрировал свою беззащитность: снял бронежилет и поднял руки вверх, показывая, что не прихватил с собой оружия.

– Что ты делаешь? – удивилась Дебарн.

– Ребят твоих успокаивают, наверняка нервничают, – ответил моррон, оценивающе глядя на смуглую темноволосую красавицу, в чьей родословной явно не обошлось без трех-четырех эфиольских поколений.

– Напрасно, они знают, что делать, и совершенно спокойны, – заверила Клотильда.

– Извини, как-то раньше не доводилось беседовать под дулами сразу трех орудий, – небрежно пожал плечами моррон и опустил руки.

– Так в чем же дело? Пошли внутрь. – Дебарн ловко развернулась на высоких каблуках и, подав Конту знак, следовать за ней, пошла к боковому люку грозного танка.

– А на фотографии она красивее, – прошептал себе под нос Конт, ничуть не опечаленный этим фактом, скорее, наоборот, обрадованный.

Крепость на колесах была небольшой, но расположение внутри аппаратуры и механизмов отличалось предельной компактностью. Экипаж состоял всего из четверых шаконьесов, не считая высокопоставленной пассажирки. В принципе «танкистов» было даже много, учитывая степень компьютеризации и автоматизации управления бронированным монстром. Сложность систем не исключала комфорта, проектировщику даже как-то удалось впихнуть между кабиной управления и орудийным отсеком маленький кабинет, в который и завела гостя Клотильда. Впрочем, радушие хозяйки ограничилось предложением сесть в кресло, напитков из бара и яств Дебарн не предлагала, видимо, решив свести предварительные деловые игры к минимуму и сразу перейти к делу.

– Чего ты хочешь? – задала откровенный вопрос Клотильда и, сев напротив, без страха посмотрела в бесцветные глаза Конта.

– Откуда ты меня знаешь? – задал встречный вопрос моррон и не собирался продолжать разговор, пока не услышит ответа.

– Много читала, – пошла на поводу Клотильда. – «История Легиона» плюс еще кое-какие источники.

– Допустим, а как ты узнала, что в подземелье именно я?

– А кто же еще? Только один из вашей братии подходил под описание убийцы добряка Отто.

Моррон ощутил легкий толчок, поезд тронулся с места и куда-то поехал. Тряска не чувствовалась, но скорость мгновенно стала огромной. На мониторе компьютера появилась умопомрачительная цифра: «2500 километров в час».

– Куда мы?

– Подальше отсюда, – не покривила душой Дебарн. – Не думаю, что встреча с «воронами» или иными подразделениями нашей армии сейчас уместна.

– Плетешь интриги? – усмехнулся Конт.

– Нет, – покачала головой Клотильда, – просто я спасаю положение. Есть врачи-хирурги, они стараются вырезать любой гнойник, любую опухоль, – шаконьесская красавица выразительно посмотрела на Конта, давая понять, что гнойником является именно он, – я же скорее терапевт, сторонница экстенсивных методов. Но ты не ответил на мой вопрос, чего же ты все-таки хочешь достичь, убивая Великих Вождей?