Чтение онлайн

– Вы знаете, у нас никто об этой встрече не слышал, – через минуту виновато сообщила девушка.

– Ну как же так! Девушка! – начал нервничать Сухарик. «Вот наседка! Не знает ни хрена, а сидит и вякает!» – думал он. – Я же к вам приходил, оставил резюме, вы обещали позвонить… Позвонила женщина. Назначила встречу…

– Извините, молодой человек, но это не ко мне. До свидания.

«Ту-у, ту-у, ту-у…» – раздавались противные гудки.

– Чего там? – спросила Ольга.

– Да дуру какую-то посадили, а она ничего не знает! – возмутился Сухарик. – Говорит, они мне не звонили и не договаривались.

Однако подруга оказалась сообразительнее.

– А кто же тогда тебе звонил? – задалась вопросом Ольга, не требуя ответа от Сухарика. – Ты прикинь, если они тебе правда не звонили, тогда кто?

Устами женщины часто глаголет истина, только мужчины этот факт часто игнорируют. Из солидарности. Парень задумался.

– Хм… Не знаю, – пожал он плечами. – Прикололся, что ли, кто-то?

Сухарик вытащил из автомата карту и вернул Ольге.

– Ладно, поехали.

Они спустились в метро…

Красная отметка на мониторе слежения погасла, как задутый ветром огонек свечи. Коротая время в ожидании окончания смены, мужики в оперативном фургоне курили и предавались вялотекущему трепу…

С пересадкой добравшись до «Академической», Сухарик и Ольга вынырнули на улицу и осмотрелись.

– Это чего за дед с бородой? – поинтересовался парень, заметив памятник на площади. – Дерсу Узала, что ли?

– Хо Ши Мин! – рассмеялась Ольга.

– А на хрена он тут стоит? – не понял задумки властей Сухарик.

Ольга лишь пожала плечами:

– Стоит и стоит. Лучше улицу ищи.

Адрес нашли быстро. Баркас жил в старой пятиэтажке в десяти минутах ходьбы от метро.

– Иди один. Я тут подожду, – не желая разговаривать с незнакомой женщиной о ее погибшем муже, решительно заявила Ольга.

– Договорились, – ответил Сухарик. Неспешный разговор в оперативном фургоне ФСБ перешел в горячее обсуждение больного для Кузина вопроса о ввозе иномарок. Неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы капитан Капустин не бросил взгляд на монитор.

– Объект вынырнул! – сообщил он, наблюдая устойчивую отметку маяка.

– Где? – приблизился к экрану Кузин.

– Метро «Академическая», улица Шверника, – констатировал Капустин, укрупнив масштаб изображения.

– Черт! – схватился за голову старлей. – Там же живет Баркас! Жил.

– Ну и что? – поинтересовался «технарь».

– Там милицейская засада! – обеспокоенно пояснил старлей и бросился к трубке спецсвязи…

В пустой «Волге» Каледина аналогичный аппарат подавал бессмысленные вызывные сигналы.

Тогда Кузин связался с дежурным…

Сухарик вошел в дурно пахнущий подъезд, поднялся на второй этаж и нашел пятьдесят четвертую квартиру. Перед ней не было даже коврика, и это отличало ее от трех других. Зато на истрескавшейся стене нашлась грубо закрашенная, вероятно, еще в сорок первом году, кнопка.

Парень надавил на звонок. За дверью прозвенело, и эхо пробежало по пустому лестничному маршу. Звук показался странным, стереофоническим, будто звонок прозвенел сразу в двух ушах.

На самом деле Сухарику это не показалось, и, хотя его слух был далек от музыкального, он точно уловил пространственное разнесение источников звука.

Только пользы это не принесло.

Звонки раздались сразу в двух квартирах: у Баркаса и напротив. Парень в джинсах и синей рубахе, находившийся в засаде в жилище пенсионерки Егоровой, насторожился и взял со стола пистолет…

Егорова, проживавшая напротив Баркаса, внезапно получила от собеса путевку в подмосковный санаторий и, по настоятельной просьбе общественницы Шурки Гордеевой, пустила молодого квартиранта – родственника или студента, внешность которого, однако, при встрече не внушила доверия. Впрочем, воровать в квартире бывшей работницы киностудии «Мосфильм» было нечего, а путевку на отдых с полным пансионом дают теперь не каждый день. Вернее, не дают вовсе. Пусть парень месяц поживет, а в санатории хоть поесть бесплатно можно. Егорова уехала, а в ее квартире поселились двое (вместо одного!) молодых парней. В данный момент один из них, оперуполномоченный местного отделения милиции старший сержант Касимов, отсутствовал, отлучившись за очередной порцией пива.

Оперативников заселили к пенсионерке по просьбе ФСБ для негласного круглосуточного наблюдения за квартирой Баркаса. Большого смысла в засаде Каледин не видел, но для очистки совести ее следовало устроить. Ввиду ординарности мероприятия полковник не стал привлекать к нему своих контрразведчиков, перепоручив все милиции. Разумеется, что приказ начальнику отделения исходил не от ФСБ, а из уголовного розыска с Петровки.

Молодые сотрудники Касимов и Попов также не видели в задании ничего важного (ну, кто придет к почившему в бозе уголовнику?) и отнеслись к нему как к свалившейся с неба паре недель расслабухи от тяжелой неблагодарной работы да вечных придирок зама по розыску майора Скобцова, готового за сотню баксов в месяц чуть ли не ночевать на работе. Касимов с Поповым были не из таких и с энтузиазмом брались лишь за то, что могло принести им реальную финансовую выгоду. Замордованные бытом и службой, менты и на работе не считали зазорным снять напряжение и усталость несколькими бутылками пива или водкой. За это их и ругал Скобцов и даже грозился выгнать…

«Странно, – подумал Попов. – Напарник недавно ушел и вряд ли успел добежать до ларька и обратно. Может, деньги забыл?»

Младший лейтенант осторожно прокрался в прихожую и припал к дверному глазку. Изображение было мутным и искаженным. Лестничная клетка будто отражалась в елочном шарике. Присмотревшись, Попов увидел спину незнакомого парня с короткой стрижкой, стоявшего перед наблюдаемой дверью.

В затуманенном пивом мозгу опера заметался извечный вопрос русской интеллигенции: что делать? Он осторожно прошлепал в комнату и, схватив рацию, вызвал напарника.

– Ты где носишься? – стараясь говорить тише, выпалил в микрофон младший лейтенант.

Касимов к этому времени уже подал в окошко деньги и обменял их на пакет с «ужином». Шипение рации заставило его отвлечься.

– Я «на точке», – с некоторой задержкой радостно ответил он. – Взял по паре «Клинского».

– Давай бегом назад! – шепотом велел Попов. – К нам «клиент» пришел!

– О, черт… – Забыв взять сдачу, Касимов побежал к напарнику.

Ответственный – майор Скобцов – находился в дежурной части отделения милиции и слышал диалог отправленных в засаду оперов.