Чтение онлайн

Он уже ощущал действие поступившего в кровь адреналина.

– Посмотри сюда, – сказала Райдер. – Еще одна татуировка. Число «восемьдесят восемь» на спине. Как напоминание о том, что он сделал в восемьдесят восьмом.

– Вроде того. Это шифр. Я как-то работал по делу одной группировки, из тех, что провозглашают лозунг «Власть белым», и помню все их шифры. Число «восемьдесят восемь» у них заменяет двойную букву «эйч», потому что «эйч» – восьмая буква в алфавите. Восемьдесят восемь означает «Heil Hitler». Встречается еще двести шестьдесят восемь – «Zeig Heil». Сообразительные ребята, верно?

– И все-таки я думаю, что восемьдесят восемь означает год. Напоминание о чем-то. Может быть, о том самом.

– Возможно. Там говорится, где он работал?

– Кое-что есть. Когда его арестовали в последний раз, за непристойное поведение, он как раз ехал на буксире. Машина техпомощи? Вот… указаны три предыдущих места работы – так и есть, служба техпомощи.

– Уже хорошо. Для начала.

– Мы его найдем.

Босх вернулся к чтению отчетов. В 1990-м подозреваемого арестовали за кражу со взломом. Маккей забрался в магазинчик при открытом кинотеатре «Пасифик». Сработала сигнализация. Он успел обчистить кассу и набить пластиковый пакет шоколадными батончиками. Возможно, успел бы и скрыться, но решил приготовить себе начос и включил микроволновку. Подъехавшие полицейские выпустили собаку. В отчете указывалось, что его отвезли сначала в медицинский центр, потому что после схватки с псом на левой руке и левом бедре задержанного обнаружились укусы.

Далее говорилось, что Маккей признал себя виновным и был приговорен к шестидесяти семи дням тюрьмы в Ван-Нуйс и двум годам условно.

Еще до истечения срока его снова арестовали, на сей раз за оскорбление действием. Босх только начал читать отчет, когда Райдер забрала у него документы и положила в папку.

– Пора к Гарсии. Сержант сказал, что если опоздаем, то его уже не будет.

Она поднялась. Босх тоже встал, и напарники направились к административному зданию, на третьем этаже которого находился кабинет коммандера Артуро Гарсии.

– В девяносто девятом Маккея арестовали за ограбление магазина «Пасифик», – сообщил на ходу Босх.

– И что?

– Это в Виннетке. Там сейчас большой развлекательный комплекс. От него до дома, где украли пистолет, всего пять или шесть кварталов.

– Что ты об этом думаешь?

– Две кражи в одном и том же районе. Может, Маккею нравится там работать. Думаю, оружие украл он. Или был с тем, кто украл.

Райдер кивнула. Они поднялись по ступенькам, вошли в вестибюль и проделали оставшуюся часть пути на лифте. Коммандер был занят, и их попросили немного подождать.

– Знаешь, а я помню тот кинотеатр, – сказал Босх, опускаясь на диван. – Ходил туда пару раз, еще в детстве.

– А у нас был свой, на южной окраине.

– Что там сейчас? Тоже какой-нибудь комплекс?

– Нет. Всего лишь парковочная стоянка. В тех краях большие деньги ни во что не вкладывают.

– А как же Мэджик Джонсон? – Босх знал, что бывшая звезда баскетбольного клуба «Лейкерс» инвестировал немалые суммы в развитие инфраструктуры южной окраины, включая и строительство открытых кинотеатров.

– Он единственный.

– Один – это уже начало.

К ним подошла женщина с нашивками сержанта на рукаве:

– Коммандер готов принять вас.

Коммандер Артуро Гарсия поднялся из-за стола. Как и его помощница, он был в форме, которую носил – это чувствовалось сразу – с гордостью и достоинством. Короткие, со стальным отливом, волосы, щетинистые усы дополняли облик образцового полицейского. От Гарсии исходило ощущение уверенности в себе, той уверенности, которой не хватало департаменту в последние годы и которую он изо всех сил старался обрести.

– Входите, входите, – сказал Гарсия. – Садитесь и расскажите старику, чем занимаетесь и как дела.

– Спасибо, что приняли нас так быстро, – сказала Райдер.

Они уже решили, что разговор поведет она. Босх не был уверен, что сумеет скрыть неприязненное отношение к Гарсии, который вместе с напарником совершил столько ошибок и промахов при расследовании дела Ребекки Верлорен. К тому же Райдер уже приходилось общаться с ним на прежней работе.

– А как же? Когда тебе звонят из «убойного», приходится выкраивать время, верно? – Он улыбнулся.

– Вообще-то мы из отдела заново открытых дел, – уточнила Райдер.

Улыбка слетела с лица Гарсии, и на мгновение Босху показалось, что в его глазах вспыхнула и тут же погасла боль. Договариваясь о встрече через помощника, Райдер не упомянула, каким делом они занимаются.

– Бекки Верлорен, – проговорил коммандер.

Райдер кивнула:

– Да. Но откуда вы знаете?

– Откуда я знаю? Я сам позвонил вашему начальнику и сказал, что по этому делу есть возможность провести тест на ДНК.

– Вы звонили детективу Пратту?

– Да, точно, Пратту. Как только отдел организовался и приступил к работе, так я сразу же ему и позвонил. Попросил открыть дело Бекки Верлорен за восемьдесят восьмой год. Анализ сделали? И что, есть совпадение?

Райдер снова кивнула:

– Совпадение есть.

– Кто же он? Я ждал этого семнадцать лет. Кто-то из ресторана, а?

Вопрос застал Босха врасплох. Разумеется, из материалов дела он знал, что полиция допросила всех работавших в ресторане Роберта Верлорена, однако ничего подозрительного не обнаружила. В дальнейшем эта линия не отрабатывалась. Ничто не указывало на ресторан. И то, что теперь из уст одного из следователей прозвучало, по-видимому, давно таившееся подозрение… это никак не совпадало с выводами, которые они вместе сделали по результатам знакомства с документами.

– Вообще-то нет, – ответила Райдер. – Анализ ДНК указал на человека по имени Роланд Маккей. Во время убийства ему было восемнадцать лет. Жил он тогда в Чатсуорте. Но в ресторане, похоже, не работал.

Гарсия нахмурился, как будто то ли огорчился, то ли даже растерялся.

– Вам это имя о чем-нибудь говорит? – спросила Райдер. – В деле оно не упоминается.

Гарсия покачал головой:

– Не помню такого, хотя ведь и времени прошло немало. Кто он?

– Этого мы пока не знаем. Начали только сегодня и пока лишь подбираемся.