Чтение онлайн

Китти уже ждала в экипаже, выглядывая из окна и беззастенчиво флиртуя с грумом. Ян в отороченном мехом плаще сидел верхом на одной из охотничьих лошадей сэра Джона дальше по аллее. Он крепко держал поводья, а рослый конь гарцевал и нетерпеливо бил землю копытами.

– Ступай, – шепнул сэр Джон на ухо Таунсенд. – Твоему мужу не терпится двинуться в путь.

Братья стояли тесной группой около Кейт на ступенях, и Таунсенд оглянулась, чтобы взглянуть на них в последний раз, прежде чем Бейли поможет ей сесть в экипаж.

– Ты не замерзнешь? – заботливо спрашивала Кейт.

– Уже почти июнь, – ответил за дочь сэр Джон.

– Чем дальше на юг, тем лучше будет погода.

– Ты захватила микстуру от лихорадки и сердечные лекарства, которые я тебе дала? – Таунсенд кивнула. Никто из них не знал, есть ли у французских докторов необходимые лекарства, а Ян только рассмеялся, когда Таунсенд спросила, взять ли ей их с собой. Тем не менее она попросила Лурда составить список тех лекарств, которые, по его мнению, могут ей понадобиться, и отнести в одну из комнат, где Констанция и Пикль упакуют их.

– Смотри, не возвращайся домой с развязными лягушачьими манерами, – предупредил Геркуль.

Таунсенд в ответ показала ему язык. Твердо решив не плакать, она быстро забралась в экипаж и откинула голову на подушки.

Бейли захлопнул дверцу, и экипаж покатил по аллее. Огромный конь Яна галопом последовал за ним. Миновав ворота, где Вильям Бит, главный садовник Бродфорда, оторвавшись от прополки, выпрямился, чтобы приветствовать их, экипаж повернул на дорогу в Кинг-Линн, и родной дом и люди, машущие на парадном крыльце, быстро исчезли из виду.

– Ну, ну, мадам, – утешала Китти, – не надо плакать. Мы вернемся домой прежде, чем вы успеете соскучиться по ним. И у вас есть муж, чтобы заботиться о вас, не так ли?

Таунсенд села и вытерла глаза, чувствуя себя лучше от этой мысли. Да, верно, теперь у нее есть Ян и новая жизнь с ним, которая обещает быть безмерно увлекательной. Даже зная, что Китти видит, она не удержалась и подняла штору, чтобы взглянуть на мужа и убедиться, что он рядом. И он действительно скакал легким галопом чуть позади и справа от кареты. Он улыбнулся Таунсенд, заметив ее лицо в окне. Ветер бросил прядь волос ему на бровь и окрасил румянцем высокие, резко скошенные скулы, и Таунсенд почувствовала легкий трепет, когда их взгляды встретились.

Китти, которая следила за этим с противоположного сиденья, не сдержала вздоха.

– Как вы счастливы, – мечтательно проговорила она и тут же закрыла рот рукой и покраснела. Позволить себе такое высказывание по отношению к госпоже было в высшей степени неприлично, но она была не в силах удержаться. К ее облегчению, Таунсенд просто рассмеялась, и ее юное лицо вспыхнуло от удовольствия. Она сознавала, что была самой счастливой девушкой во всей Англии.

Был почти полдень, когда экипаж остановился перед придорожной гостиницей, находившейся на несколько миль к северу от древнего торгового города Эли.

Здесь надо было сменить лошадей и оставить коня Яна, которого, согласно предварительным распоряжениям, следовало засветло доставить в Бродфорд. Дальше герцог должен был ехать в экипаже, так как дорога между Эли и Лондоном была достаточно ровной, чтобы быстро добраться до Грейсвенда. Там их ждал корабль, на котором они переправятся через пролив в Кале.

Таунсенд вышла в холодный, продуваемый ветром двор гостиницы одна. Китти, которая всю дорогу от самого Бродфорда страдала от тряски, сидя спала в экипаже. Ян стоял с кучером у дверей конюшни, наблюдая за лошадьми. Таунсенд подняла воротник плаща и пошла в противоположном направлении, радуясь возможности подышать свежим воздухом и размять затекшие ноги. Не обращая внимания на моросящий дождь, она медленно шла по дорожке мимо столовой, откуда до нее сквозь тяжелые ставни донесся горячий, аппетитный запах еды. Желудок дал о себе знать. Может, ей удастся уговорить Яна поесть, прежде чем ехать дальше?

Эта мысль заставила Таунсенд рассмеяться. Она не сомневалась, что он согласится, потому что со дня свадьбы он соглашался почти на все, о чем бы она ни попросила. Действительно, он был чаще всего терпелив и добр к ней, и с недавнего времени она начала думать, что ей будет нетрудно, в конце концов, занять какое-то место в его жизни. Ведь должен же он любить ее хоть немного? Бывали дни, когда она твердо верила, что это так, потому что время от времени он вдруг останавливался и молча всматривался в ее глаза.

И ее сердце начинало биться быстрее от того, что читалось в его пылающем взгляде. Неважно, что он никогда прямо не сказал, что любит ее, так как она была уверена, что Кейт права. Она сказала, что просто это человек, который ни перед кем не раскроет душу. Кроме того, у Таунсенд было впереди много времени, чтобы убедить его сказать ей слова, которые она больше всего хотела услышать. В сущности, впереди вся жизнь. От этой мысли ее сердце забилось еще быстрее. Кейт была неправа в другом: жизнь не была чем-то тяжким или разочаровывающим, или невыносимым. Во всяком случае, пока Таунсенд чувствовала себя очень, очень счастливой.

– Таунсенд! – Она вздрогнула и круто обернулась, сбивая краем плаща головки цветов, окаймлявших дорожку. Лепестки сыпались на камни и были затоптаны полным молодым человеком в мокром плаще, который бежал к ней через лужайку^

Таунсенд изумленно уставилась на него.

– Перси! Что такое?..

Он приложил палец к губам.

– Шш... Где он?

– Кто?

– Твой муж.

– Разговаривает с кучером, там, во дворе.

Перси, что ты здесь делаешь?

Он заставил ее замолчать чуть заметным жестом.

– Дядя Джон сказал мне, вы остановитесь здесь, чтобы поменять лошадей. Я приехал из Нор-вича повидаться с тобой и ждал несколько часов. Мне надо было увидеть тебя, Таунсенд, и поговорить с глазу на глаз. Я не мог этого сделать в Бродфорде, так как тетя Кейт не разрешала мне приблизиться к тебе, но хотел предупредить тебя – кто-то должен был это сделать.

Брови Таунсенд сошлись на переносице.

– Предупредить меня? О чем? Что же такого он сделал?

– Что он сделал? – неожиданно взорвался он. – О, послушай, Таунсенд, неужели ты так наивна? Я говорю о том, что он тебя обманывает все время, разыгрывая роль преданного жениха, тогда как в действительности ты ему совсем не нужна. Он посватался к тебе только ради твоего приданого – замка, оставленного тебе покойной матерью. Не смотри на меня так! Клянусь, это правда! Моя мать рассказала мне, что герцог совершенно не собирался жениться на тебе, пока она не сказала ему об этом замке.