Заглянуть в ад
Шрифт:
В эту первую рабочую ночь Алёна узнала многое. Оказывается, существует такое понятие, как консумация – то есть стриптизёрша, сидя на коленях у клиента, должна уметь побудить его купить для неё, к примеру, очень дорогой коктейль, а бармен подаст грамотно украшенный обычный сок. И заказ еды или алкоголя гостем, приват-танец тоже прибавит процент к доходу опытной танцовщицы. Существует и «увольнение» – выкуп девушки у клуба на определённое время, а то и на всю ночь.
Девочки не очень охотно общались с Алёной и вели себя довольно настороженно. Вероятно, чувствовали конкуренцию. И Алёна ненавязчиво интересовалась всем у Вадика.
– Вадик, а кто сегодня здесь так красиво пел? Я просто заслушалась!
– Это я, – засмущался парень.
Вскинув брови от удивления, Алёна произнесла:
– Я потрясена!
– Я вижу. Ты б видела мой наряд!
– Обязательно посмотрю! Вадик, я заметила, что здесь много танцовщиц. У вас что, обособленные отношения и все сидят по своим каморкам?
– Что-то вроде. Не без этого, в общем, – уклончиво ответил он.
В комнату вошла Анфиса – высокая девушка шикарных округлых форм с зелёными большими глазами и тёмно-русыми волосами объемной укладки, в блестящих чёрных ботфортах на каблуках и с костюмом Красной Шапочки в руках. Сев за свой столик, она посмотрела на Алёну и сказала:
– Ну, наверное, тебе опять выступать, – она перевела взгляд на хореографа. – Да, Вадик?
– Да, она уже в курсе! Кстати, девочки! – обратился он ко всем присутствующим: – Алёна теперь наша подружка. Отметим это дело на нашей любимой базе отдыха? На природе, с банькой, бассейном и коктейлями, а? А ты иди, дорогая, мужчины заждались шоу.
В эту первую рабочую ночь Алёна хорошо заработала, выступая и в одиночку, и в паре с ровесницей Анфисой, что потихоньку и сблизило её с коллективом. Она даже радовалась в душе, что Игорь Сергеевич, так сильно запавший в сердце, уехал практически сразу после разговора с ней.
После трудовой ночи, отоварившись в ближайшем ночном магазине, все дружно выехали за город на такси. Дорога с утра была свободной, и за весёлым общением и хорошей скоростью не заметили, как подъехали на место: огороженный и охраняемый в чудесном лесном массиве участок, застроенный на достаточно большом расстоянии друг от друга двух- и трёхэтажными коттеджами, и бревенчатыми банями.
Вадик забежал в сторожку – если этот домик, выложенный двуцветным кирпичом, с зарешёченными красивой ковкой окнами и тяжёлой металлической дверью, можно было так назвать. Он довольно быстро вышел, радостно держа в руке заветные ключи.
Алёна была приятно удивлена их привычке отдыха вскладчину, так как выбранное место оказалось очень дорогим удовольствием. Весело общаясь, компания прошла к третьему по счёту дому, рядом с которым находилась баня с небольшим бассейном внутри.
Трели соловьёв, чистый воздух, лёгкий прохладный ветерок, озорно трепавший листву, вызывали покой и умиротворение. Алёна, очарованная природой, сидела на траве, закрыв глаза и подставив лицо играющим меж покачивающихся деревьев лучам тёплого солнца.
Почувствовав на себе взгляд, настороженно осмотрелась вокруг. Никого не заметив, решила пройти в дом. Коридор и кухню-столовую отделяла деревянная ромбовидная перегородка-решетка, усыпанная вьющимися цветами, которая находилась справа от входа с большим прямоугольным столом посередине. Кухонный гарнитур цвета спелой вишни со встроенной техникой и плазменным телевизором на стене был оборудован всем необходимым для длительного проживания. Девчата накрывали на стол.
– Располагайся, Алёнка! – предложила бойкая, активная 31-летняя Вероника, внешне очень похожая на Мэрилин Монро. Её гражданский брак со всегда занятым сисадмином, как она его называла, не приносил ей радости. Она находила эту радость в работе и этом, как верно подметил Вадик, дружном женском коллективе.
В открытое окно лился шум леса. Алёна вымыла руки и села за стол рядом с окном, тоскуя по родному зелёному городку на Волге. На солнышке её разморило, и она едва не клюнула носом в тарелку с летним салатом. Все за столом, завидев это, весело рассмеялись.
– Давайте, девочки, уже выпьем, а то, не ровен час, всех в сон потянет! – поднимая бокал с «Мартини», сказала Анжела. Двадцати четырёх лет от роду, импульсивная и озорная, окончившая финансово-экономический институт и в силу своей неуемной энергичности и сильного характера оставившая семейный очаг, она имела два официальных брака за плечами, объясняя разводы тем, что семейные обязательства давили на неё. Милая худышка-брюнетка с короткой стрижкой и взглядом дикой кошки…
Анастасия – кареглазая хохотушка тридцати пяти лет, самая старшая среди девчат. Тоже довольно худенькая, всегда с прекрасным настроением; миловидное светлое личико и огненно-рыжие волосы до плеч придавали ей какое-то подростковое очарование. Она имела возможность жить в своё удовольствие: воспитание тринадцатилетней дочурки и роль домохозяина взял на себя её нигде не работающий муж.
– Да что с тобой? – спросила она у Алёны. – Что ты всё в окно оглядываешься?
– Наваждение какое-то! – пожала плечами в ответ Алёна. – Кажется, что кто-то наблюдает за мной, прямо прожигает взглядом!
Вадик тут же вышел из дома:
– Ау! Ну, кто там, где прячется? Кто мешает нам? Не видите – звёзды на отдыхе, ёлки-палки! Заплатили кучу бабок, отстаньте уже! – и, заходя в столовую, гордо добавил: – Всё, дорогая, я всех прогнал!
Так, за непринужденными разговорами, танцами, банными процедурами и плаванием в прохладном бассейне время незаметно приближалось к ночи. Компания разбрелась по комнатам, и дом затих. Вадик предусмотрительно закрыл дверь и окна на первом этаже, лег на диване в гостевой возле бильярдного стола, укрывшись простыней, уснул.
Алёна не спала – слишком много эмоций за один день, в голове мысли так и роились. Лёгкий ветер, влетая через москитную сетку в окне, раскачивал тюль, и уже давно стихло назойливое жужжание комаров. Жаль, не было шторки, которая спасала бы от внезапно включившегося света на фонарном столбе… Вдруг этот свет стал перемещаться в сторону кровати, где она лежала. Алёна вздрогнула от неожиданности и насторожилась. Сердце учащенно билось, гоняя кровь – резко стало жарко. Заметив силуэт за окном, она не выдержала и закричала со всей мочи: