Загробный
Шрифт:
Я недоуменно посмотрел на соседку. Представить ее в качестве объекта вожделения мог только пьяный носорог в безумном сне.
– - Да, конечно, - промямлил я.
– А то, что мы тут, под окнами...
– - Ничего, тут и голуби бывают, а песик что - природа, все естественно. Даже полезно, говорят.
Ну и ну, думал я, возвращаясь с прогулки. Ай да Зверь!
Дома я достал из холодильника заветный кусок холодной телятины и отрезал ему половину. Тот слопал мясо без горчицы и хлеба.
– - Ты че ей сделал?
– спросил я.
– Как из мегер ангелов серпом делают?
– - Не ей, а ему, - невнятно ответил Зверь, прожевывая телятину, - он от меня под кровать спрятался, а хозяйка грудью на защиту стала. Еще бы, мужик без причиндалов - не мужик. Кстати, груди у нее, ого!
Это чудовище облюбовало себе для жилья кладовку, в которой я оборудовал фотолабораторию. Зверь постелил там старый матрас, выпросил у меня спальный мешок и подушку. Когда на столе не было ничего съестного (в холодильник наведываться я ему строжайше запретил) он часами валялся там, созерцая при красном цвете трещины на потолке.
А тут ко мне пришла Люська Мотыль и принесла две литровые бутыли "Абсолюта". Ну, естественно, расположились на кухне, я достал из холодильника остатки телятины, горчицу, открыл банк рижских шпрот, огурчики венгерские малосольные... Короче, сидим, балдеем. Люська мне коленку жмет, я - ей. Хорошо!
И тут появляется эта образина. Голодный, естественно. И, как выясняется, к "Абсолюту" неравнодушный...
– - Ой, мальчики, а я не знала, что вас несколько!
– это Люська.
– - Несколько - это сколько?
– это Зверь острить пытается.
Люська попыталась подсчитать, но так как уже плыла, со счету сбилась. А я выпил еще стакан и поплелся телевизор смотреть. И решил завтра же этого Зверя из квартиры удалить. А то, какое-то общежитие получается, коммуналка идиотская.
Смотрю телевизор, там как раз целая толпа дегенератов пытается отгадывать слова, чтоб получить халявную кофеварку или пылесос. А сам прислушиваюсь, что, мол, на кухне делается. А там голоса все громче и все не по делу. Потом, слышу, запели. Зверь-то он, как и я, безголосый, а Люська мелодию чует, хоть и тембр хриплый, пропитый.
Дядя Федя на гармони,
На гармони заиграл...
Заиграл в запретной зоне -
Застрелили наповал.
Моя милка, как бутылка,
На завалинке лежит...
Ее солнышком пригрело,
Изо рта рассол бежит.
И откуда, думаю, этот Зверь столько частушек знает? Он же не может знать того, что мне не известно?
Помидоры, помидоры,
Помидоры, овощи...
Милка едет на машине,
Я - на скорой помощи.
А по телевизору ведущий с таинственным видом сообщает:
– - Теперь игра со зрителем. Маленький, ушастый, на слона похож, восемь букв. Так как задание очень трудное, то последнюю букву открываю. И открывает букву "К".
Ну, естественно, море рук, выкрики. Кто-то кричит - ушастик, кто-то - тапир, кто-то - ежик. Им, как я понимаю, все равно, что кричать; главное - крикнуть первый, а вдруг угадал.
Наконец какой-то пацан отвечает правильно: слоненок. Ему, естественно, ценный подарок - набор косметики для детей под названием: "Детская косметика "Радость" всемирной фирмы "Зубная паста для беззубых".
– - Как вас зовут?
– спрашивает ведущий.
– - Леша... То есть, Алексей.
– - Что мы от вас ждем, Алексей?
– - Не знаю, что вы от меня ждете. Спасибо, что ли?
– - Нет. Догадайтесь сами...
– а выражение лица лукавое, лукавое.
– - А, вспомнил. Рекламная пауза.. В смысле - пауза.
Терпение мое лопнуло, закрыл я дверь поплотней и завалился спать. Тем более, что после "Абсолюта" меня всегда на сон клонит.
Утром меня Люська разбудила. Довольная.
– - Ну, - говорит, - мужик - уважил! Давно я такого кайфа в постели не испытывала! Аж, - говорит, - протрезвела, пришлось ночью за добавочным горючим бежать. Только почему ты теперь этими делами в кладовке занимаешься, никак не пойму? Там же тесно.
Поцеловала Люська меня в щеку и слиняла. А я со сна никак не пойму, что мы со Зверем так похожи, что ли? Или она с пьяных глаз человека от Зверя отличить не может, морду от лица?..
Встал, поплелся на кухню. Иду и думаю: ну, если они мне еще и похмелку не оставили!..
Нет, все чин-чином, в холодильники полный стакан водки, тут же полпакета томатного сока - запить. Достал, сок в кружку перелил, посолил, поперчил. Сижу и, вот что странно, не испытываю ни малейшего желания пить эту водку.
Прислушался к себе. Легкий дискомфорт, невыспатость некая, пить хочется. Воду или сок хочется пить. Батюшки, так похмелья то нету, ни малейших признаков!
Я поставил на плиту чайник, быстренько сварганил быстрорастворимый кофе и окончательно взбодрился. Теперь мыться, бриться, умываться, чтоб потом на бал собраться.
В кухню ввалился Зверь. Вид его был ужасен. Глаза заплыли, рот приоткрыт, на губах нечистая короста, руки трясутся...
– - Похмелиться есть?
– сказал он в два приема.
Я кивнул на стакан.
Зверь попытался его взять, но побоялся разлить. Тогда он обмотал вокруг кисти полотенце, перекинул его через шею, захватил конец левой рукой и, фиксируя натяжением полотна собственную кисть подтянул стакан к губам...
Выпить он смог только половину, скоренько запил и начал носиться по кухне, стараясь удержать водку в организме. При этом он издавал многообразные звуки, из которых ни один не был приятным.
Я курил и смотрел на него, как зачарованный. Вчера я выпил где-то пол-литра, доза достаточная, чтоб сегодня выглядеть именно так, как выглядит Зверь. Тем ни менее - бодр и свеж. Так, небольшой дискомфорт, приму душ и окончательно оправлюсь. И еще, вчера я не должен был остановиться на выпитом, сроду не останавливался, всегда пил до полного беспамятства. Да, странно. Похоже, Зверь не так однозначен, как мне казалось.